Если вы хоть раз натыкались в ленте на фотографии Цхалтубо, то, скорее всего, это были кадры с колоннами, лестницами и огромными залами, которые выглядят так, будто их бросили прямо посреди праздника, потому что архитектура ещё держит осанку, а жизнь внутри давно стала совсем другой, тихой и тяжелой, без вывески «курорт», без путёвок и без привычного смысла слова «санаторий».
Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max.ru/eremin_media
Почему Цхалтубо вообще стал легендой, хотя это маленький город
Цхалтубо находится в западной Грузии рядом с Кутаиси, и в советское время этот курорт работал как отдельный мир со своими правилами, потому что сюда ехали лечиться минеральной водой, жили по расписанию процедур и воспринимали поездку как награду, а город при этом жил не местными, а потоком людей, которые постоянно приезжали и уезжали. В материале JAMnews упоминалось, что в советский период в Цхалтубо построили 22 санатория, а курортная инфраструктура была рассчитана примерно на 5800 человек одновременно, и эта цифра хорошо показывает, что это была не «точка на карте», а крупная система отдыха.
Что случилось после распада СССР, когда курорт внезапно остался без смысла
Когда исчезла страна, которая содержала всю эту красоту, исчезли и деньги, и поток путёвок, и логика, по которой санаторий мог жить, даже если он сам по себе убыточный, потому что его окупали не кассой, а идеологией и государственным бюджетом. В результате здания начали пустеть, ремонты прекращались, коммуникации ломались, а величественные холлы и колоннады очень быстро стали декорацией к совсем другой эпохе, где уже не отдыхали, а выживали.
Как санатории превратились в жильё, и почему это не романтика «сквота», а вынужденная жизнь
Самый важный поворот в истории Цхалтубо связан не с туризмом и не с эстетикой руин, а с тем, что после войны в Абхазии в начале 1990-х многие внутренне перемещённые лица оказались расселены именно в этих санаторных корпусах, и временное решение растянулось на годы и десятилетия. Eurasianet писал о том, что спустя долгое время тысячи переселенцев продолжали жить в бывшем курортном городе в разрушающихся зданиях, и в этот момент Цхалтубо перестаёт быть просто «красивой заброшкой», потому что он становится историей о людях, которые не выбирали такой дом.
Кто такие «последние обитатели» и как выглядит жизнь внутри бывшей здравницы
В таких местах особенно сильно ломается привычная картинка, потому что вы заходите в огромный холл, где когда-то звучала музыка и стояли очереди к администраторам, а теперь видите верёвку с бельём, кухонный стол, ведра для воды, импровизированные перегородки и чей-то быт, который прицепился к архитектуре как к единственной опоре. Wired со ссылкой на правительственные данные писал, что по состоянию на 2014 год в Цхалтубо оставалось почти 6000 внутренне перемещённых лиц, и даже если часть людей позже получила другое жильё, сама цифра показывает масштаб, потому что это не «пара семей», а целый пласт жизни, спрятанный внутри санаторных стен.
Почему руины Цхалтубо одновременно притягивают туристов и делают жизнь местных ещё сложнее
Цхалтубо давно попал в объективы тревел-блогеров и любителей урбан-руин, потому что советская архитектура здесь выглядит не просто старой, а именно величественной, как будто её строили с мыслью «на века», и поэтому она впечатляет даже в разрушенном виде. При этом для тех, кто живёт внутри, чужие камеры часто ощущаются не как интерес, а как вторжение, потому что человеку приходится объяснять, что это не «локация», а дом, пусть странный, неудобный и тяжёлый, но всё-таки дом, в котором растут дети и стареют родители.
Есть ли у города шанс на новую жизнь, и что при этом происходит с людьми в корпусах
Периодически появляются новости о восстановлении отдельных зданий и о попытках вернуть городу статус курорта, и эта идея звучит логично, потому что место действительно может зарабатывать на туризме и лечении, но каждый такой проект упирается в сложный вопрос, который редко проговаривают вслух в красивых роликах: что делать с теми, кто жил в санаториях годами, и как переселять людей так, чтобы это не выглядело как «вас попросили выйти из кадра, потому что начинается реконструкция». The Guardian писал в 2025 году, что Цхалтубо стал убежищем примерно для 10 тысяч внутренне перемещённых людей, и эта «временность» растянулась примерно на 30 лет, что звучит почти как отдельный диагноз эпохи.
Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max.ru/eremin_media
Почему эта история цепляет сильнее, чем просто красивые фотографии заброшенного курорта
Цхалтубо бьёт по нерву именно тем, что здесь два слоя реальности накладываются друг на друга без зазора, потому что архитектура всё ещё играет роль декорации «богатого прошлого», а жизнь внутри напоминает, что любое большое прошлое может закончиться очень бытово, когда дворцы становятся коммуналками, а санаторные номера превращаются в квартиры без ремонта и без выбора.