Мы с Алисой встречались полтора года. Жили вместе в моей квартире уже полгода. Всё шло нормально. Без скандалов и драм.
Я работаю в логистической компании. Менеджер по закупкам, зарплата приличная. Купил двушку в ипотеку три года назад. Один тянул кредит. Зато своё жильё.
Алиса — дизайнер на фрилансе. График свободный. Сидела дома за компьютером. Рисовала логотипы. Встречалась с клиентами.
Я приходил с работы в восемь. Она встречала. Ужинали вместе. Обсуждали день. Смотрели сериалы. Обычная жизнь.
По выходным гуляли. Ездили за город. Я покупал ей цветы. Она готовила ужины. Казалось, всё отлично.
Мне тридцать два года. Алисе двадцать шесть. Я собирался сделать предложение через год. Присматривал кольцо.
Но в среду вечером всё изменилось.
Я пришёл домой в восемь. Алиса сидела на диване. Лицо серьёзное. Я сразу насторожился.
— Эдик, нам надо поговорить.
Я сел рядом. Она взяла мою руку.
— Я много думала. О нас. О наших отношениях.
— Что-то не так? — спросил я.
— Не то чтобы не так. Просто я чувствую, что мы застряли. В одной точке. Живём по инерции.
Я нахмурился. Мне казалось, всё отлично.
— Я не понимаю.
— Эд, я хочу предложить тебе кое-что. Давай попробуем открытые отношения.
Я замер. Не поверил.
— В смысле открытые?
— Ну, ты знаешь. Свобода. Мы можем встречаться с другими людьми. Но остаёмся вместе. Как основная пара.
Она говорила спокойно. Уверенно. В голосе не было сомнения. Только решимость.
— Алис, ты серьёзно?
— Абсолютно. Это поможет нам развиваться. Получать новый опыт. Мы не будем друг друга ограничивать. Многие пары так живут. Это современно.
Я встал. Прошёлся по комнате. Не мог думать. Тысяча вопросов. Откуда это взялось? Почему сейчас? Что я сделал не так?
— Я не хочу встречаться с другими. Мне хорошо с тобой.
— Эд, ну не будь таким консервативным! — она поморщилась. — Сейчас двадцать первый век. Люди экспериментируют. Это нормально. Ты что, боишься конкуренции?
Последняя фраза задела. Конкуренции? При чём тут конкуренция?
— Для меня это не нормально, — твёрдо сказал я. — Если я с тобой, то только с тобой.
Она вздохнула. Закатила глаза. Посмотрела на меня как на ребёнка.
— Это такой стереотип. Мужчины должны хотеть разнообразия. А ты прямо как из прошлого века. Может, тебе психолога посоветовать? Поработать над установками?
Психолога? Мне? За то, что я не хочу, чтобы она спала с другими?
— Может, я и из прошлого века, — ответил я. — Но я не согласен.
Она села прямо. Скрестила руки на груди.
— То есть ты даже не готов попробовать? Ради меня?
— Нет. Я не готов делить тебя с кем-то. И не хочу, чтобы ты меня делила.
Алиса молчала. Потом резко встала.
— Хорошо. Я поняла. Спасибо за доверие.
Она ушла в спальню. Хлопнула дверью. Я остался стоять посреди гостиной. Растерянный.
В следующие дни она была холодной. Отстранённой. Отвечала односложно. Я пытался поговорить. Она отмахивалась.
— Я просто разочарована. Думала, ты более открытый.
— Открытый к чему? К тому, чтобы ты была с другими?
— Не вульгарничай! — возмутилась она. — Это называется свобода в отношениях. Но тебе не понять.
Я не хотел ссориться. Решил дать ей время остыть. Подумал, что это блажь. Прочитала статью. Послушала подруг. Пройдёт.
Но она не остывала. Наоборот.
Через неделю я заметил странности. Алиса стала задерживаться. Уходила рано утром на «встречи с клиентами». Возвращалась поздно вечером. После десяти. Иногда после одиннадцати.
— Где ты была?
— С подругами, — отвечала она. — Сидели в кафе. Обсуждали проекты. Новый заказ подвернулся, крупный клиент.
Я верил. Почему бы нет? Она дизайнер. У неё много коллег и клиентов. Фриланс — дело такое. Встречи в любое время.
Но что-то не давало покоя.
Телефон. Она стала прятать телефон. Раньше он всегда лежал на столе экраном вверх. Я мог взять, включить музыку или посмотреть погоду. Она не возражала. Мы доверяли друг другу.
Теперь всё изменилось. Телефон она брала с собой даже в душ. Клала на полку возле душевой кабины. Экран всегда вниз. Уведомления отключила.
— Алис, что с телефоном?
— Что с ним? — она нахмурилась.
— Ты его прячешь.
— Не прячу. Просто берегу батарею. Она быстро садится. Это мои личные дела, между прочим.
Ложь. Я чувствовал это. Батарея у неё всегда держала хорошо. Просто отмазка.
— Алис, что происходит?
— Ничего не происходит, — отмахивалась она.
Но я видел, как она смотрит в телефон и улыбается. Набирает сообщения и хихикает. Кому она пишет? О чём так радостно переписывается?
Я терпел. Думал, пройдёт.
Ещё один звоночек. Она начала по-другому одеваться. Раньше дома ходила в спортивках и старой футболке. Косметикой почти не пользовалась. Волосы собирала в хвост. Удобно, по-домашнему.
Теперь она стала делать макияж даже на «встречи с клиентами». Надевала платья. Духи брызгала.
Однажды вечером я пришёл домой раньше. В шесть вечера. Обычно я приходил в восемь. Но совещание отменили.
Алиса сидела на балконе. Говорила по телефону. Тихо. Но я услышал.
— Нет, он не узнает. Я же сказала, он против. Эд такой зануда. Увидимся завтра? Хорошо. Я скажу, что у меня встреча с клиентом.
Она замолчала. Засмеялась. Потом добавила:
— Я тоже скучаю. До завтра, Костик.
Я замер. Костик? Кто это? О ком она говорит? И при чём тут я?
Я тихо закрыл дверь. Вышел на лестничную площадку. Постоял там минут пять. Собирался с мыслями.
Потом вошёл снова. Громко. Хлопнул дверью. Позвал:
— Алис, я дома!
Она вышла с балкона. Улыбалась. Как ни в чём не бывало.
— Привет, милый. Как день?
— Нормально. А у тебя?
— Тоже хорошо. Работала над проектом. Устала.
Ложь. Чистая ложь.
На следующий день я не смог сосредоточиться на работе. Сидел перед монитором. Смотрел в код. Не понимал ни строчки. Думал о Костике. Кто он?
В обед я сказал начальнику, что плохо себя чувствую. Голова болит. Надо домой. Он отпустил. Я сел в машину. Поехал.
Приехал домой. Припарковался во дворе. Поднялся в лифте. Волновался. Может, я параною? Может, она правда работает?
Вышел на свой этаж. Встал у двери квартиры. Слушал. Из-за двери доносились голоса. Алиса смеялась. Громко, весело. Потом мужской голос. Низкий. Незнакомый. Он что-то говорил. Она снова смеялась.
Я вставил ключ в замок. Тихо. Медленно повернул. Открыл дверь.
Картинка. Алиса на диване. На нашем диване. В халате. Волосы распущены. Макияж накрашен. Улыбается.
Рядом мужик. Лет тридцати. Спортивного телосложения. Тёмные волосы. В джинсах и белой футболке. Он развалился на диване. Положил ногу на ногу. Как дома.
На столе стояли две чашки с кофе. Тарелка с сыром и виноградом. Домашняя обстановка.
— Эдик! — Алиса вскочила. Побледнела. — Ты... ты чего дома?
Голос дрожал. Глаза бегали. Она лихорадочно думала, что сказать.
— Плохо себя чувствую, — спокойно ответил я. Я злился. Но держался спокойно. — А вы кто?
Мужик встал. Поставил бокал на стол. Вытер руку о джинсы. Протянул мне.
— Константин. Друг Алисы. Коллега по работе.
Я не пожал руку. Посмотрел на его руку. Потом на него. Потом на Алису.
— Это тот самый Костик?
Алиса замерла. Глаза расширились. Губы задрожали.
— Ты... ты подслушивал?
— Случайно услышал. Вчера вечером. Когда ты говорила по телефону на балконе. Про то, что я зануда. И что увидимся завтра.
Тишина. Звенящая тишина. Константин неловко кашлянул. Посмотрел на Алису. Она смотрела в пол.
— Слушай, я пойду, — начал он, делая шаг к двери. — Алис, созвонимся потом.
— Сиди, — сказал я. Голос железный. — Никуда не уходи. Сейчас всё выясним. Раз вы такие друзья, давайте дружно поговорим.
Я сел в кресло напротив. Скрестил руки на груди. Смотрел на них обоих. Как на подсудимых.
— Так. Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? И только правду. Вранья и так достаточно было.
Алиса нервно теребила край халата. Кусала губу. Искала слова.
— Эд, это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю? — спокойно спросил я. — Давай, расскажи. Что я должен думать, когда вижу свою девушку в халате с посторонним мужиком среди дня?
— Костя — просто друг. Коллега. Мы вместе работаем над проектом. Проект сложный, обсуждали детали.
— В халате? — я усмехнулся. — Среди дня? За кофе работаете? Серьёзный подход.
Константин встал. Взял куртку со спинки дивана.
— Извините, но я правда пойду. Не моё дело.
— Садись, — жёстко повторил я. — Мужик, ты сюда пришёл не по работе. Ты здесь оказался не случайно. Так что садись и объясняй. Или мне самому догадаться?
Он посмотрел на Алису. Она еле заметно покачала головой. Но Константин, видимо, решил, что врать бессмысленно. Я уже всё понял. Осталось только услышать правду.
Он тяжело вздохнул. Сел обратно.
— Слушай, мы с Алисой встречаемся. Два месяца уже.
Я замер. Не мог поверить. Два месяца. Два месяца назад у неё ещё не было разговора про открытые отношения. Она просто изменяла. За моей спиной. В моей квартире. На моём диване.
— Два месяца, — медленно повторил я. Пытался переварить. — То есть ещё до разговора об открытых отношениях?
Алиса побледнела ещё сильнее.
— Эд, это сложно объяснить...
— Попробуй. У меня есть время. Много времени.
Она села. Закрыла лицо руками. Плечи задрожали.
— Я встретила Костю на конференции. По дизайну. Два с половиной месяца назад. Мы разговорились. У нас много общего. Похожие взгляды на творчество. Он тоже дизайнер. Понимает меня.
— И? — холодно спросил я.
— Потом начали встречаться. Просто как друзья. Кофе попить. Поговорить. Но потом... Ну, ты понимаешь. Чувства. Они не контролируются.
— Не понимаю, — отрезал я. — Объясни.
— Мы влюбились, — тихо сказала она. — Я не хотела. Но это случилось. Я люблю его. И тебя тоже люблю. Можно же любить двоих?
Я смотрел на неё. На эту женщину, которую знал полтора года. Я не понимал, кто она. Как я мог так ошибиться?
— То есть ты изменяла мне два месяца. А потом предложила открытые отношения. Чтобы я дал разрешение задним числом?
— Это не так! — взорвалась она. — Я просто хотела честности! Хотела, чтобы мы могли всё обсудить!
— Честности? — я засмеялся. — Алиса, честность — это сказать правду до того, как начнёшь спать с другим. А не после.
Она молчала. Слёзы катились по щекам.
— Эд, прости. Я запуталась. Я не хотела тебя ранить.
— Не хотела ранить? — я встал. — Ты два месяца врала мне в глаза. Водила любовника домой. В мою квартиру. На мои деньги. И говоришь, что не хотела ранить?
— Я люблю тебя! — закричала она. — Просто я полюбила и его! Это возможно! Люди могут любить нескольких!
— Может быть, — кивнул я. — Но я не могу. И не хочу. Собирай вещи. Сейчас.
— Что? — она не поверила. — Ты выгоняешь меня?
— Именно. У тебя час.
— Эдик, подожди! — она бросилась ко мне. — Давай обсудим! Я объясню! Мы можем всё наладить!
— Нет. Не можем. Я не хочу быть с тобой.
— Но я люблю тебя!
— А я больше нет.
Она зарыдала. Упала на колени.
— Не делай этого! Пожалуйста! Я исправлюсь! Я порву с Костей! Всё будет как раньше!
Константин уже стоял у двери. Явно хотел смыться.
— Или как вариант, — сказал я, — езжай к Косте. Раз вы так влюблены.
Алиса посмотрела на Константина. Он отвёл взгляд.
— У меня жена, — пробормотал он. — Извини, Алис. Это было ошибкой.
Он открыл дверь. Вышел. Исчез за секунду. Алиса смотрела ему вслед. Потом на меня.
— Видишь? — спокойно сказал я. — Он женат. Ты для него — просто развлечение. А я для тебя — что? Мужчина с жильём?
— Нет! — она закричала. — Это не так! Я думала, он свободен! Он врал!
— Все врут, Алиса. Особенно ты.
Я пошёл в спальню. Достал её чемодан. Начал складывать её вещи. Она стояла в дверях. Всхлипывала.
— Эд, не надо. Давай поговорим спокойно.
— Мы уже поговорили. Месяц назад. Когда ты предлагала открытые отношения. Я сказал нет. Но ты не послушала. Ты открыла их сама. Без моего согласия.
— Я боялась, что ты не поймёшь!
— Правильно боялась. Не понимаю. И понимать не хочу.
Через полчаса чемодан был собран. Я вынес его в прихожую. Алиса сидела на диване. Обхватив колени руками.
— Куда я пойду?
— К подругам. К родителям. Куда угодно.
— Эд, я не могу к родителям.
— Это твои проблемы. Решай их сама.
Она встала. Подошла ко мне. Взяла за руку.
— Дай мне ещё один шанс. Пожалуйста. Я всё исправлю. Буду честной. Буду верной.
Я вытащил руку.
— Поздно.
Она заплакала снова. Но я был непреклонен. Я открыл дверь. Вынес чемодан на лестничную площадку.
— Уходи.
Алиса медленно оделась. Взяла сумку. Подошла к двери.
— Ты пожалеешь, — тихо сказала она.
— Вряд ли.
Она вышла. Я закрыл дверь. Повернул ключ. Прислонился лбом к косяку. Выдохнул.
Тишина. Впервые за полгода в квартире была тишина. Никаких её песен. Никакого смеха. Никакой лжи.
Алиса звонила неделю. Каждый день. По десять раз на дню. Я не брал трубку. Она писала длинные сообщения. Умоляла вернуть её. Обещала всё исправить. Клялась, что порвала с Константином.
Но это уже не мои проблемы.
Я понял главное.
А если кто-то предлагает открыть отношения, — остановись. Подумай. Задай вопросы. Скорее всего, они уже открыты. Просто ты об этом ещё не знаешь. Тебя просто ставят перед фактом.
Не ведись. Не соглашайся из страха потерять человека. Если человек уже изменил, ты его уже потерял. Просто ещё не знаешь об этом.
Теперь я живу один.
Мне хорошо. Спокойно. Честно. Без игр и манипуляций.
Я не жалею ни на секунду. Лучше быть одному, чем с той, кто врёт в глаза. Которая водит любовников в твою квартиру. Которая пытается легализовать измену под соусом «современных отношений».