Найти в Дзене
Адвокат из 2000-х

Эпоха пост‑ЕСПЧ: как сегодня добиться расследования преступлений в следственном комитете

Этой статьёй начну роман‑фельетон, как его могли бы назвать во времена Александра Дюма‑старшего, на тему злоключений, связанных с привлечением, мягко говоря, нашкодившего следователя Следственного комитета нашей страны. Об этом деле я упоминал в нескольких своих статьях, например здесь и здесь. Прежде чем перейти к сути, расскажу немного о сегодняшних реалиях расследования уголовных дел — в самом начале, когда заявление только пишется и следователь ещё будет решать, возбуждать ли уголовное дело, а также о способе уклонения следователя от принятия заявления и начала расследования. Ещё лет семь назад, если бы вы пришли в подразделение Следственного комитета в вашем городе и написали заявление о том, что, скажем, сотрудник полиции применил к вам запрещённые методы дознания, то заявление у вас, хотя и без особого желания, но приняли и зарегистрировали в книге приёма и регистрации сообщений о преступлениях (КРСП). Выдали бы талон‑уведомление, и вы могли бы быть уверены, что, худо‑бедно, но

Этой статьёй начну роман‑фельетон, как его могли бы назвать во времена Александра Дюма‑старшего, на тему злоключений, связанных с привлечением, мягко говоря, нашкодившего следователя Следственного комитета нашей страны.

Об этом деле я упоминал в нескольких своих статьях, например здесь и здесь.

Прежде чем перейти к сути, расскажу немного о сегодняшних реалиях расследования уголовных дел — в самом начале, когда заявление только пишется и следователь ещё будет решать, возбуждать ли уголовное дело, а также о способе уклонения следователя от принятия заявления и начала расследования.

Ещё лет семь назад, если бы вы пришли в подразделение Следственного комитета в вашем городе и написали заявление о том, что, скажем, сотрудник полиции применил к вам запрещённые методы дознания, то заявление у вас, хотя и без особого желания, но приняли и зарегистрировали в книге приёма и регистрации сообщений о преступлениях (КРСП). Выдали бы талон‑уведомление, и вы могли бы быть уверены, что, худо‑бедно, но проверка по заявлению, так сказать, пред-расследование будет проведена. Вы сможете обжаловать результат — постановление об отказе в возбуждении уголовного дела — если оно вас не устроит, в прокуратуру или суд. И скорее всего, постановление отменят и ещё раз «дадут» следователю шанс на восстановление ваших прав.

Всё это я говорю с иронией, так как о ваших правах давным‑давно думают в самую последнюю очередь, а потому приложат усилия, чтобы проведённое пред-расследование выглядело более‑менее пристойно — и не более. Чтобы можно было назвать его проверкой сообщения о преступлении.

Эффективность таких проверок, конечно, также очень давно — это притча во языцех. До 2022 года у нас было достаточно серьёзное орудие борьбы с безразличием и безделием следователя, которое можно было противопоставить таким «проверкам». Это называлось обращением в Европейский суд по правам человека. В те времена можно было получить достаточно солидную сумму за то, что нерадивый следователь не почесался, чтобы расследовать ваш случай тщательно.

Навскидку можно вспомнить дело «Миронова против России», результатом которого стало взыскание с Российской Федерации 18 000 евро.

Но всё хорошее заканчивается, и ныне граждане России такого удовольствия лишены. И если кто‑то расстроится от этого, смею уверить этого человека: это не горе и не такая проблема, как нынешняя система расследования уголовных дел в Следственном комитете РФ.

Сегодня, если вы подадите заявление в вышеназванный орган, его, конечно, примут, но вот зарегистрируют ли его в КРСП (книге регистрации сообщений о преступлениях) — это ещё посмотрят.

Дело в том, что в последние годы был изобретён совсем не остроумный способ отклонять обращения граждан и создавать им препятствия на пути к справедливому расследованию. И облечён этот способ в некий служебный документ с названием «Инструкция по рассмотрению поступающих в Следственный комитет Российской Федерации заявлений, обращений, жалоб и иной информации (за исключением содержащих сообщения о преступлениях), а также по приёму граждан».

Теперь, если вы направите заявление, которое следователь или руководитель следственного отдела Следственного комитета ну никак не захочет расследовать, он ответит на ваше заявление так, как будто вы не заявляете о факте совершения преступления, а жалуетесь, как это часто формулируется: «выражаете несогласие с действиями какого‑то должностного лица».

Та же схема может быть применена, кстати, и при обращении с ходатайством по уголовному делу. Например, уголовное дело приостановлено, и возобновлять его ради рассмотрения вашего ходатайства ему не хочется — он спишет ваше ходатайство именно как обращение, а на его форму как ходатайства и содержащуюся в нём просьбу сделает вид, что не заметил.

А поскольку нашелся способ построить барьер, нашелся и способ преодоления такого препятствия.

Способ этот — обжаловать бездействие или действия должностных лиц, связанных с уклонением от возбуждения уголовного дела. И о практике такого обжалования подробнее поговорим в следующей статье.

_____________________________________

P/s. Я искренне рад, когда мои публикации награждают лайками, еще больше, когда их комментируют и задают вопросы.

Потому, прошу не ограничивать себя в эмоциях, лайкать, комментировать, задавать вопросы!

Можете даже поспорить со мной!

С уважением, адвокат Павел Козюков.