— Паше-то сказала, что раньше приедешь?
— Зачем, мам? Хочу сделать ему сюрприз. Возьму любимый тортик, винишко.
— Ну романтики! Ну молодцы!
Я была в отпуске, гостила у мамы в соседней области. А тут дядя Гриша, мамин брат, сказал, что едет в наш город по делам. Правда, на день раньше, чем у меня был поезд. Я подумала, почему бы не поехать с ним? Билет на поезд сдам, деньги сэкономлю. Да и веселей на машине. Дядя Гриша у нас юморной, с ним скучно не бывает.
Мужу Паше, как и решила, не сказала. Просто в нашей жизни так давно не было романтики, что я уцепилась за эту возможность.
Но в пути у дяди Гриши случился форс-мажор. Машина сломалась. Благо, остановились неравнодушные люди и дотащили нас до ближайшего сервиса. Но, вместо того, чтобы приехать к ужину, как я планировала, мы подъехали к нашему дому только к десяти часам вечера.
— Спасибо, дядя Гриша! — поблагодарила я его перед тем, как выйти из машины. — Может, давай хоть на бензин скинусь?
— Успокойся, Мария! — отмахнулся дядя. — ничего не надо! Не на себе же вёз?
— А ты куда на ночь глядя? Может у нас заночуешь?
— Что ты? Там зять меня ждёт. Пол-литра в морозилку поставил. Он же мне не простит! Да и ехать тут всего ничего.
— Ну, бывай, дядь Гриш! Ещё раз большое тебе спасибо!
Дядя Гриша уехал, а я зашла в магазин, чтобы купить тортик и вино. Взяв всё это, я пошагала по двору к своему подъезду, волоча за собой свой багаж.
Поднимаясь на этаж, я представляла, как сначала удивится, а потом обрадуется Пашка. Мы не виделись целых две недели, а тут такой сюрприз.
Но, как оказалось, сюрприз ждал не Пашу, а меня.
Я неслышно открыла дверь ключом, и на цыпочках вошла, приподняв чемодан, чтобы его колёсики не шумели по полу. Медленно закрыла дверь, скинула пальто и бесшумно пошагала по коридору. Свет горел в спальне. Видимо, Паша готовился ко сну или просто читал книгу в кровати, как он любит.
И тут услышала голоса. Остановилась, боясь издать неосторожный звук и выдать себя. Голоса действительно были, мне не показалось. Приглушённый Пашин бас и чей-то ещё голос — женский, до боли знакомый мне.
Я не могла поверить своим ушам. Это была Ленка — наша хорошая общая знакомая. Сколько вечеров мы провели вместе, когда она была ещё замужем за Давидом. Мы что-то там собирались, выпивали, играли во всякие весёлые игры. Потом они развелись, Давид переехал в столицу, а с Леной мы продолжали общаться, хотя не так активно, как раньше.
Но, оказалось, что кое-кто за моей спиной продолжал общение с Леной, и, судя по всему, очень даже близкое.
— А во сколько она завтра приедет? — как будто чуя мой дух в квартире, спросила Ленка.
— Вечером у неё поезд. Поеду встречать. Поедешь? — ухмыльнулся Паша.
— Ты нормальный вообще? Как-то подозрительно будет.
— Да шучу я! Совсем шуток не понимаешь?
— Да поняла. Иди ко мне, мой юморист.
Я услышала, как она поцеловала его в губы. Сильно, страстно, даже я его так не целовала.
— Ну что, давай ещё разок, да я пойду? — спросила его Ленка.
— Куда ты пойдешь? — возмутился Паша. — Оставайся с ночёвкой. Когда ещё потом так накувыркаемся?
Она захихикала, но судя по молчанию в ответ, согласилась.
— Ладно, я тогда в душ, — защебетала она, и спрыгнула с кровати.
Я услышала её лёгкие шаги, и направлялась она в аккурат в мою сторону.
— Привет! Сюрприз! — сказала я, едва она вышла в коридор.
Её чуть не хватил сердечный приступ. Я стою в прихожей, у меня в одной руке чемодан, в другой торт. Она смотрит на меня выпученными глазами. С такими же глазами вышел Пашка в подаренном мною халате.
А я смотрю и думаю, кому на голову надеть этот торт: своему неверному мужу, или этой... Потом решила — никому, лучше сама съем.
— А мы тут это… посидели… — придумывал на ходу Паша.
— Угу, так посидели, что аж вспотели, — я кивнула на Ленку, направляющуюся в душ. — А «ещё разочек» — это, наверное, про какую-то игру. Шашки? Шахматы? Города? Я что, по-вашему, совсем дура?
— Маш, прости! — Ленка теперь смотрела на меня виноватым взглядом.
— За что прости? За то, что свой брак не уберегла, теперь пришла мой рушить?
— Маш, тут всё совсем не так… — попытался ввязаться в разговор Паша.
— А ты вообще молчи, предатель! — перебила я его. — С тобой развод, квартиру делим, и иди успокаивай свою Леночку, сколько влезет. А я молодая, красивая, себе другого найду, нормального, которому верить можно будет. Хорошо, что детей не успели завести!
Паша вздохнул. Он отлично понимал, какая разница между мной и Ленкой. Я — это та, с которой заводят семью. А Ленка — это… это так, на один раз. Но, пусть ему это будет уроком на всю оставшуюся жизнь.
— Но куда ты пойдёшь сейчас? — как будто начал за меня переживать.
— Куда пойду?! Вы не охренели? Я у себя дома, это вы валите, куда хотите!
Они начали суетиться. Паша не стал собирать вещи — наверное, надеялся, что я остыну, а потом нормально поговорим. Наивный!
А я ушла в кухню, отрезала себе большой кусок торта — йогуртовый с клубникой — наш любимый. Потом налила себе вина в большой бокал. Я просто ела торт, запивала вином, и мне это сейчас казалось самым вкусным лакомством на свете. А ещё — это, оказывается, так успокаивает.
Пока наши голубки собирались, я просто сидела и наслаждалась.
Потом они ушли, а я продолжала свой маленький пир. Сидела и думала: а может всё не так уж и плохо? Вот если бы сущность Паши открылась значительно позже — тогда да, было бы обидно. У нас были бы общие дети и годы потраченной жизни. А так даже не обидно!
Я девушка молодая, красивая — другого себе найду!