Чтобы понять судьбу этой женщины, вернитесь в прошлое и вспомните себя в 20 лет. Какие интересы двигали вами, о чём мечтали, к чему стремились? Вспомнили? Действительно, молодость - это время полное романтики и перспектив. Когда мечты, как дуновение ветерка, такие же лёгкие, воздушные и невесомые, а планов такое количество, что они не укладываются в голове. Хочется всё успеть, постичь и осуществить. А теперь представьте её - молодую, активную и воодушевлённую девушку. Нина Савельева только-только делала первые шаги во взрослую жизнь, как в её судьбу вклинилась война.
Автор: Оксана ЕРМАКОВА, фото: архив семьи Савельевых
Нина, Ниночка…
Передо мной лежат её записи. Чётким, аккуратным почерком написаны семь страниц. Даже не верится, что в них уместилась целая жизнь. Сложная, но такая героическая судьба. Всё написано сердцем, без прикрас и выдумки.
Честное, откровенное послание так важно для потомков. Чтобы сохранить глубину и детали представим повествование максимально близким к оригиналу. А чтобы вспомнить про военное лихолетье, вернёмся в прошлое.
Родилась Нина 27 января 1923 года в городе Тара Омской области. После окончания школы она поступила в Омский зооветтехникум. Уже шла война. Девушка окончила всего два курса. Тогда в военных условиях специалистов готовили по сокращённой программе. Нина получила распределение по специальности, но судьба распорядилась иначе. Она попала на Ямал.
Ямал 1941 - 1945гг.
Ямал в годы войны стал глубоким тылом. Все цели фашистов захватить полуостров были безуспешными. Северный край оставался глубоким тылом. В то время его население составляло почти 46 тысяч человек. На фронт призвали 8 982 человека, из них 500 - женщин. Не вернулись с полей сражений четыре тысячи ямальцев.
С Ямала на фронт отправляли продовольствие и тёплую одежду. Все жители независимо от пола и возраста: женщины, старики и дети самоотверженно трудились для фронта. Заготовка пушнины, рыбы, а также оленеводство стали основными направлениями. Общий труд каждый день приближал победу.
В годы войны сотням ямальских юношей и девушек присвоено звание гвардейцев тыла. Подвиг ямальцев в тылу был высоко оценён руководством страны: медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941 - 1945гг.» отмечены семь тысяч жителей автономного округа.
Продовольственный щит
На Обский Север было эвакуировано оборудование рыбоперерабатывающих предприятий из Одессы, Мариуполя, Керчи и Азова. В 1942 году организовали несколько трестов, в том числе Ямальский и Ханты-Мансийский. На местах промыслов стали создаваться рыбоприёмные пункты, запускались в действие заводы по переработке рыбы.
Для того, чтобы обеспечить в этой ситуации достаточное количество рабочих, партийные организации провели мобилизацию молодых коммунистов и комсомольцев, направив тысячи парней и девушек на этот далёкий трудовой фронт.
Вот таким путём в мае 1942 года девятнадцатилетняя комсомолка Нина Грязнова была мобилизована в трудовую армию. Прибыла она сначала в Тобольск, там прошла комиссию, но осталась ждать ледохода. Как только реки освободились от льда, она на пароходе «Ленинград» почти месяц добиралась в Салехард. Там молодые люди и получали распределение на рыбозаводы и на фактории.
Рыбные артерии Победы
Сначала Нину направили в Ныду. Там она получила обмундирование, бродни.
- Это был такой вид обуви, похожий на унты, но они были даже не прорезиненные, но предназначались для работы, постоянно связанной с водой, - вспоминала Нина Ивановна.
Вот так она стала рыбачкой: одной из сотен таких же девчонок. Жили они в бараках по 50 человек. Со временем Нину поставили звеньевой и отправили на факторию Ядо-Епоко.
- Как сейчас помню, что за день надо было в майнах, вырубленных во льду, проверить и достать 75 сеток, а в каждой по пять - восемь килограммов рыбы. Это была норма, меньше которой сделать было нельзя. А заведующий факторией, годы стёрли в памяти его имя, был вредный, не щадил: мороз - не мороз, всех отправлял на работу, - рассказывала наша героиня.
Нина Ивановна вспоминала: «Руки так замерзали, что белели пальцы, спасением было сунуть их в ледяную воду. Порой казалось, что это кипяток, так горели руки. Часто приходилось бить себя по плечам, чтобы согреться. Ещё побыстрей мы совали их в подмышки фуфайки, чтобы обсохли и отошли от холода. Делали мы так много раз на дню, потом вечером на фуфайке такая наледь образовывалась, что хоть колотушкой стучи, чтобы лёд сколоть. Нельзя было, чтобы он таял сам по себе в бараке, иначе до утра одежда не просушится, так и придётся идти в сырой».
Работая в таких условиях, рыбачки хоть и сами добывали рыбу, за свой труд имели только 200 нормированных граммов той же рыбы в день и 400 граммов хлеба, разделённых на две пайки. Картошки не было. Мать Нины отправляла из Омска посылки, деньги, но ничего так и не доходило.
На рыбацких рубежах
Затем бригаду Нины перевели на факторию Нижняя Харвата. Жили молодые люди в палатках. Неподалёку от них располагались два колхоза. Один имени Ленина, второй имени Сталина. Когда лов был закончен, и все 60 человек бригады уехали, Нину Ивановну, как комсомолку и звеньевую оставили работать приёмщицей рыбы.
- Жить пришлось одной, кругом не было ни души. Сначала казалось, что от комаров ничто не могло спасти, но как-то выживали. Много раз видела медведей. Порой выгляну из окна - и вот они разгуливают рядом. Словом, страху я натерпелась, - делилась воспоминаниями Нина Ивановна.
А потом бригаду перевели на Обскую губу на лов осётра. С тех пор она не встречала более сильных ветров, чем там. Пронизывало всех насквозь. Жили рыбачки в палатках, поставленных прямо на льду. Дров, чтобы обогреться и высушить одежду, не было. Их иногда привозили на лошади, поэтому расходовали очень экономно. Зимой искренне ждали тепло, но даже летом трудовой артели было непросто выжить в суровых условиях.
- Летом, когда поднимался шторм, надо было выбирать якоря, вытаскивать большие лодки на берег. Поскольку я считала себя сильной, брала с собой только одну помощницу. Была такая Маша - образованная девушка из Ленинграда. Вот мы с ней и работали. Казалось, губа выходит из берегов, ветрюган, а мы, вымокшие до нитки, тащим эти якоря, - рассказывала Савельева.
Вот в таких условиях рыбаки давали в год по три путинных плана по добыче рыбы. Кроме того, зимой рубили лёд, замораживали в чанах обработанную рыбу, а с наступлением тепла из Салехарда приходили плашкоуты (паромы) с тарой, в них рыбу перегружали и отправляли на материк.
Общественный деятель
В 1947 Нину Ивановну избрали депутатом Шугинского сельского совета, который находился на территории Надымского района. Выдвинута она была жителями посёлка Ярценги. На первой сессии утверждена секретарём сельсовета. В 1949 принята в ряды КПСС. В 1952 году мужа Нины Ивановны направили в Пуровский рыбкооп, она отправилась вслед за супругом. С 1966 по 1974 год работала в Пуровском исполкоме райсовета заведующим отделом районного ЗАГС. С 1974 года вышла на пенсию, но продолжала трудиться на предприятиях и в учреждениях города Тарко-Сале.
Спустя годы, когда были записаны эти строки, Нина Ивановна Савельева выглядела достаточно молодо, она сохранила свою сердечность и доброжелательность. Она всегда признавалась, что не любит вспоминать то тяжёлое военное время.
- Подчас мне не верится, что это можно было пережить, - часто говорила отважная и горячо любившая свою Родину Нина Ивановна Савельева.