— Гу-у-у-агу! — донеслось из детской кроватки.
Я открыла глаза и потянулась. Книга соскользнула с колен на пол. Снова задремала над детективом, хотя обещала себе дочитать хотя бы главу. Шея затекла от неудобной позы в кресле.
— Проснулся, мой хороший? — я подошла к сыну и взяла его на руки.
Марку было чуть больше двух месяцев. Он улыбнулся, и моё сердце сжалось от нежности. Никогда не думала, что способна так любить. Этот крошечный человечек с беззубой улыбкой и пухлыми щёчками стал смыслом моей жизни.
— Такой сладкий, — зацеловала я его макушку, шею, носик.
В дверь без стука ворвалась Вероника с пакетами в руках.
— А вот и мы! Смотри, что я купила нашему мальчику! — она потрясла покупками. — Будет самым стильным в песочнице!
— Ника, мы договаривались, что ты стучишь, — напомнила я, прикрывая грудь.
— Да ладно тебе! Я же с пакетами, чем стучать? — отмахнулась она. — Давай его мне, пойдём гулять. А ты отдохни, прими ванну. Ты бледная какая-то, да и... пахнет от тебя потом, честно говоря.
Щёки вспыхнули. Я утром принимала душ, надела чистую футболку. Но всё равно смутилась и отдала сына. Марк заскулил, не желая покидать мои объятия, но Вероника тут же принялась его укачивать.
Я послушно поплелась в ванную.
*
Всё началось полгода назад, когда я узнала о беременности. Мы с Толиком были вместе всего несколько месяцев, но он повёл себя как настоящий мужчина.
— Это знак свыше! — радовался он, кружа меня по комнате. — Значит, судьба хочет, чтобы у нас был малыш!
— Но я пила таблетки! Не понимаю, как так вышло, — растерялась я.
— Любовь сильнее любых препаратов, — засмеялся Анатолий и тут же сделал предложение.
Правда, свадьбу предложил скромную, без гостей.
— Зачем пышное торжество? Деньги лучше на ребёнка потратить. Да и с родителями я в ссоре, а у тебя родных нет, — резонно заметил он.
Я согласилась. Мне не нужны были белое платье и трёхъярусный торт. Важно было другое — я больше не одна. У меня появилась семья.
После свадьбы мы съездили в небольшое путешествие. Вернувшись домой, обнаружили, что одна из комнат превращена в детскую. Вероника, двоюродная сестра мужа, постаралась. Всё было оформлено со вкусом: серо-голубые стены с изображением гор, кроватка с балдахином, милые игрушки.
— Хотела сделать сюрприз! — сияла Ника.
Меня же задело, что со мной никто не посоветовался. Но муж объяснил, что сестра хотела помочь, и я почувствовала себя неблагодарной.
Вероника въехала к нам незадолго до этого. Появилась однажды вечером со следами побоев на лице.
— Бывший поднял на неё руку, — мрачно сообщил Толик. — Пусть поживёт с нами, пока не найдёт квартиру.
Я пожалела её и не возражала. Но пара месяцев растянулась почти на год. Когда я робко спрашивала, не пора ли Нике съезжать, муж убеждал, что она станет мне хорошей компанией.
— У тебя здесь никого нет. А ей сейчас трудно, рассталась с женихом. Вам обеим нужна поддержка, — говорил он.
*
После ванны я завернулась в полотенце и прошла в спальню. Толик как раз вернулся с работы. Увидев меня с влажными волосами, его глаза загорелись.
— Какая роскошная женщина мне досталась, — прошептал он, обнимая за талию и целуя в шею.
— Эй, твоя сестра дома! Она постоянно появляется не вовремя, — засмеялась я.
— Толик! То-о-олик! — тут же раздался голос Ники из коридора. — Срочно нужна помощь!
— Говорила же, — фыркнула я.
— Провожу их с сыном на прогулку и вернусь. Не смей одеваться! — подмигнул муж и вышел.
Я улыбнулась своему отражению в зеркале. Вдруг взгляд упал на радионяню. Обычно я выключала её днём, но сейчас, в игривом настроении, решила пошутить над мужем. Включила устройство, собираясь что-то сказать, но замерла.
Из динамика донёсся голос Вероники, совсем не похожий на её обычный сладкий тембр:
— Меня это достало! Заколебало! Эта девка бесит... Права качает. И чего ты за ней в спальню побежал? Хихикали там. Признайся, глаз на неё положил? Понравилось иметь двух жён?!
Сердце ухнуло вниз.
— Никусь, не говори ерунды. Я только тебя люблю. Для Светы просто роль играю, как договаривались, — ответил Толик.
— Нет! Мы так не договаривались! — злилась Ника. — Она должна была родить ребёнка и свалить! Дадим денег и пинок под зад. А если не согласится, толкну из окна. У этой сироты родни нет, никто искать не станет.
Меня затошнило. Рука прижалась ко рту, чтобы не закричать.
— Я начал думать, что это жестоко, — неуверенно протянул муж.
— Так тебе она понравилась! Захотелось кого-то помоложе?! — взвилась Вероника.
— Ты ревнуешь? Сама говорила, что сцен устраивать не будешь.
— Сначала так и было. Посмотри на меня и на эту сироту! Но ты к ней липнешь! Даже после родов. Я что, зря справки покупала о половом покое до и после родов?!
— Детка, между нами снова искра появилась. Мысль, что через стену жена, которая может застукать, с ума сводит, — мурлыкал Толик.
Ника сменила гнев на милость:
— Ладно, потерплю. Но только из-за того, что сиротке квартиру от государства дадут. Она в браке нажита, значит, наша будет!
Рация выскользнула из рук и ударилась об пол. Я испуганно выдохнула — в детской могли услышать! Быстро выключила устройство и попыталась унять дрожь. Услышав шаги в коридоре, я сделала первое, что пришло в голову.
В комнату ворвался взъерошенный Толик.
— Наконец-то, — улыбнулась я, поманив его пальцем. — Разобрался с сестрой? Я замёрзла. Согреешь?
— Светочка... В детской радионяня сработала. Звук странный был.
Я пожала плечами:
— Может, неполадки.
Толик поверил, но в постель не лёг. Вскоре они с Никой ушли гулять с Марком.
Я металась по комнате, кусая ноготь. За что они так со мной? Зачем им мой ребёнок?
Одно я знала точно — Марка не отдам. И к окнам близко подходить не буду.
Сделав глубокий вдох, я взяла телефон. У меня был козырь. Тайна, о которой я не рассказывала мужу.
Набрала номер. После гудков услышала родной голос:
— Да, сестрёнка?
— Тёма... Приезжай, пожалуйста. Мне угрожает опасность.
*
Артём вышел из тюрьмы три месяца назад. Когда ему было девятнадцать, он приехал домой на каникулы и застал кошмар. На кухне пахло гарью, на полу лежала без сознания мама. Со второго этажа донёсся крик сестры. Тёма взлетел по лестнице. Отчим, пьяный, нависал над шестнадцатилетней Светой.
Брат оттолкнул его. Завязалась драка. Отчим вылетел в окно, упал в кусты роз. Мама умерла от удара головой о кафель. Отчим скончался от травм через сутки.
Света говорила, что брат защищал её. Но у отчима была влиятельная родня. На Тёму повесили распространение веществ, которые подбросили при обыске. Дом отошёл родственникам отчима. Света попала в детский дом.
Следователь был откровенен:
— Будь умным. Не порть сестре жизнь. Пусть спокойно учится. Подпиши признание и отсиди.
Артём подписал. Жалел только, что не защитил мать раньше.
Брат с сестрой всегда поддерживали связь. Света писала письма, присылала посылки. Но Тёма попросил:
— Не рассказывай никому про меня. Криминальное прошлое родственника — не то, чем стоит хвастаться.
Света послушалась. Но всегда держала брата в курсе своей жизни.
*
Когда раздался настойчивый стук в дверь, Толик ворчливо поднялся с дивана:
— Кого принесло...
Распахнув дверь, он опешил. На пороге стояли трое бритоголовых парней.
— Ребят, вы кто? — испугался он.
— Мы — твоя совесть, — заявил тот, что повыше. — Двигайся.
Оттеснив мужчину, троица вошла в квартиру.
— Я в полицию позвоню! — засуетился Толик.
Мужчины загоготали. В коридор вышли я и Ника.
— Ника, спрячься! Света, ты тоже! — скомандовал муж.
Но я, улыбнувшись, бросилась в объятия высокого парня:
— Артём! Как я скучала!
Вскоре Ника с Толиком жались друг к другу на диване. Тёма вышагивал перед ними с битой в руках.
— Итак, рассказывайте. Вы не брат с сестрой? — усмехнулся он.
— Троюродные! — быстро выпалил Толик. — Поэтому не женились и с родней не общаемся.
Друг Тёмы взял на руки Марка и покачал его, присвистнув:
— Во, дают...
— А сестра моя вам зачем? — сжал кулаки Артём.
— Это Ника придумала! — рявкнул Толик.
— Заткнись! — испуганно крикнула Ника.
Тёма кивнул другу. Тот полез в сумку. Ника зарыдала, представляя молотки и плоскогубцы.
Но друг достал... бутылку средства для мытья окон и тряпку.
— Бери и иди, мой окно. Если покажется, что твой «братец» врёт, оступишься. Так ты с моей сестрой хотела поступить? — спросил Артём.
Ника, рыдая, поплелась к окну.
— А ты продолжай, — Тёма повернулся к Толику. — Зачем вам ребёнок от Светы?
— Ника не может иметь детей после аварии. А я хотел своего! Зачем мне приёмный? — признался Анатолий. — Света подвернулась случайно. Молодая, здоровая, сирота. Я подменил противозачаточные на витамины...
— Значит так, — деловито начал Артём. — Сидел я за тяжкое. Испачкать руки ещё раз готов, а ты станешь червей кормить. Смекаешь?
— Что хотите? — сглотнул Толик.
— Вот это деловой разговор. Разведёшься, ребёнок остаётся с Светой. Перепишешь на нее свою квартиру. В полицию не суйся, иначе друзья мои достанут.
Сначала я думала, что брат перегнул палку. Но вспомнила, как Ника хотела поступить со мной. И промолчала.
*
Всё вышло, как сказал Артём. Мы с братом вернулись в родной город. Мне дали квартиру. Тёма пожил со мной, потом снял своё жильё. Я продала квартиру бывшего мужа, часть денег отдала брату. Он открыл бизнес, поднялся. Нашёл жену, которая судила его не за прошлое, а за поступки.
Когда Марк подрос, я устроилась учительницей начальных классов, как мечтала. Позже встретила нового мужа, учителя физкультуры. Родила ему дочку.
От него секретов не таила. Как и он был со мной честен.
А прошлое стало лишь опытом. Я не оглядывалась назад, смотрела в будущее.