Ульяна с сестрой выросли в селе. Родители их воспитали в строгости. Они не разрешали девчонкам гулять допоздна.
- Ровно в одиннадцать вечера должны быть дома, - строго наказывал отец, когда они собирались в клуб на дискотеку. – Я не хочу, чтобы принесли в подоле, опозорили нас с матерью.
В то время отец ругался, что девчонки надевали короткие юбки, но молодость брала свое. Первой вышла замуж старшая сестра за местного парня и ушла жить к нему в семью.
Вскоре Ульяна познакомилась с Кириллом, он приезжал из соседней деревни в гости к своей тете. Когда он стал ухаживать за Ульяной, она обрадовалась. Он был хорош собой, умел красиво говорить. Поэтому когда он предложил замуж Ульяне, она сразу же и согласилась.
Ей хотелось поскорее вырваться из-под родительской опеки, устала от нравоучений отца. Кирилл и ее родителям понравился, поэтому тоже дали согласие.
- Девушка должна вовремя выйти замуж, не стоит долго засиживаться в девках, - согласилась мать.
Свадьба была скромной, Кирилл жил вдвоем с матерью. Ульяна переехала к мужу в соседнюю деревню. Первое время было тихо и спокойно, но со временем Ульяна поняла, какое счастье досталось ей.
Оказалось, Кирилл уходил временами в запой. Свекровь была недоброжелательной, злой, во всем обвиняла невестку. О том, чтобы уйти от мужа, не было речи, она уже ждала ребенка. Родился сын Дениска, хлопот прибавилось. Так и жили, чаще всего пьяный муж, сварливая свекровь. И капризный малыш.
- Сама выбрала мужа, вот и живи, терпи, - говорила ей мать, когда Ульяна пыталась жаловаться, и она терпела, а куда деваться.
Когда сыну исполнилось два года, Ульяна оставила ребенка на свекровь и устроилась на работу в райцентр. В деревне работы не было, хорошо, что до райцентра всего семь километров и ходил автобус. Небольшая зарплата мужа, половину которой он пропивал, не устраивала Ульяну. Не хватало на нормальную жизнь.
Да еще свекровь часто говорила:
- Сидишь с ребенком на нашей шее, - поэтому и нашла работу в райцентре.
Так и жила Ульяна. Работа, дом, автобус, вечно ворчащая свекровь и пьяный муж, от которого никогда не слышала доброго слова.
Дениске исполнилось четыре года, когда Ульяна встретила Бориса. Он подвез ее до деревни, когда она стояла на остановке. Увидев Бориса, она сразу же и пропала. Он был старше Ульяны лет на десять. Солидный и уверенный в себе мужчина. Разговорились.
Он подобрал её тогда, на дороге, когда она мёрзла, дожидаясь редкого автобуса. Он был за рулём тёплой иномарки, улыбался спокойно, уверенно. Говорил тихим голосом, он был другим. Не таким, как парни из деревни. Он слушал её, казалось, понимал с полуслова. Он сказал, что одинок. И она, изголодавшаяся по простой человеческой доброте и уважению, поверила.
Некоторое время он ее подвозил, а однажды после работы повез ее в кафе, был праздник восьмое марта. Он вручил ей цветы и дорогой подарок. Ульяна растаяла… Она уже в тайне любила его. В этот вечер они стали близки.
Ульяна решилась на развод с мужем, ей стыдно было жить в обмане, она призналась чистосердечно Кириллу в том, что изменила ему. Был скандал. Ульяна собрала свои вещи и сына и уехала в райцентр, сняла квартиру на окраине города.
С Борисом они встречались, он часто говорил о любви, но она не понимала, почему он не предлагает ей замуж.
- Ведь знает же Борис, что я развелась с мужем, - задумывалась она, я теперь свободна.
Однажды все-таки задала этот вопрос Борису, хоть и было неловко. Вот тогда-то и выяснилось…
- Я женат. У нас двое детей, жену не люблю, но живу ради детей. Не хотел тебе говорить сразу, ты бы не согласилась встречаться со мной. Ты мне понравилась с первого взгляда, и теперь не представляю жизни без тебя, - признался Борис.
Ульяна была в шоке от его признания, будто из-под ног ушла земля.
- Боже мой, я всегда осуждала женщин, если они встречались с женатыми мужчинами. Я никогда не буду влезать в чужую семью, это же грех, - думала она. - А теперь получается, я сама столько времени встречаюсь с женатым.
Районный центр зимой был уныл: серое небо, панельные пятиэтажки, похожие одна на другую. Ульяна вышла из автобуса, плотнее закутавшись в старомодное, но тёплое пальто. В руках сумка с любимыми булочками для Дениски и сметана по дешёвке. Снятая на окраине однушка была её крепостью и её клеткой одновременно. Здесь она могла дышать, не оглядываясь на хмурую свекровь, и не прислушиваясь к пьяным шагам мужа. Здесь был только её сын, его смех и его чистые глаза.
Она шла по знакомой улице, но мысли, как назойливые мухи, кружились вокруг одного и того же. Вокруг Бориса.
- Сама выбрала мужа, вот и терпи, - эхом звучал в голове голос матери, строгий и безапелляционный.
Ульяна тогда взбунтовалась, сделала по-своему: ушла, развелась, начала жизнь с чистого листа. Она думала, что этот поступок взрослый, смелый, правильный. А теперь? Теперь она была «той самой», с которой «встречается женатый». Та, кого в её же деревне осудят сильнее, чем пьяницу-мужа.
- А что делать? - этот вопрос висел в воздухе её жизни тяжёлым, сырым туманом.
Она думала о сыне. Дениска засыпал, спросив вчера:
- Мама, а когда дядя Боря будет жить с нами?
У неё сжалось сердце. Что она могла ответить? Что дядя Боря не может, потому что у него есть своя семья, свои дети на другом конце города. Она ненавидела себя в эти моменты. Ненавидела за слабость, за эту унизительную зависимость от его звонков, от его редких, но таких желанных визитов.
Она постоянно думала о Борисе. Он не давал обещаний, но и не отпускал. Он приходил, когда мог, привозил подарки Дениске, помогал деньгами на квартиру, не афишируя, почти стыдливо. Говорил иногда Ульяне:
- То что у меня жена – это формальность, и мы давно живем как соседи, просто дети… боюсь, что дети меня не поймут.
А Ульяна слышав эти слова, понимала:
- Он никогда не уйдёт из семьи. Он удобно устроился. У него есть надёжный, привычный тыл и есть я - островок страсти, тихого понимания и безропотного ожидания. Я его всегда жду, уже привыкла к этому.
И это ожидание съедало её изнутри. Раньше она была Ульяной, которая, стиснув зубы, вырвалась из ада. Теперь она была Ульяной, которая добровольно зашла в новый, более изощрённый лабиринт, из которого не видела выхода. Стыд жёг её щёки, когда она ловила на себе оценивающие взгляды соседок. Гордость, которую она с таким трудом отвоевала у жизни, была растоптана.
Но была и другая мысль, тихая и постыдная:
- А кто ещё кроме Бориса? Вернуться в деревню? Под насмешки односельчан, под вздохи матери: «я же говорила». Жить одной, с ребёнком на руках, на крохотную зарплату, без поддержки, без мужского плеча, которого, как я вдруг с ужасом поняла, так отчаянно хочу? Страх одиночества, настоящего, беспросветного, он сильнее страха осуждения.
Она подошла к своему подъезду. В кармане завибрировал телефон. Прочитала сообщение от Бориса: «Заеду вечером, на часок. Соскучился».
Ульяна остановилась, вжавшись в холодную стену подъезда. Сердце ёкнуло привычной, уже почти автоматической радостью. А потом накатила волна горечи.
- На часок. Конечно, на часок… Как по расписанию. Как милостыня. До чего ты докатилась, Ульяна, - стучало в голове, но знала, что ничего не сможет изменить.
Она почему-то вспомнила тёмные, но честные глаза отца, который требовал быть дома к одиннадцати, потому что заботился. Вспомнила чистый восторг первой любви к Кириллу, который обернулся грязным сном. И теперь - эта серая, бесцветная жизнь в ожидании Бориса на «часок».
- Что же я делаю? - пронеслось в голове. – Что же я делаю?
Она покупала иллюзию тепла и заботы в рассрочку, платя за неё своим достоинством и спокойствием сына. И самое страшное было то, что в этой клетке она оказалась сама. Хотя дверь клетки была не заперта. Но ей было страшно, она устала от всего. А ведь она еще молода…
Ульяна медленно поднялась по лестнице, ключ звякнул в замке. Из-за двери послышался радостный топот ног:
- Мама, ну наконец-то, ты купила мои любимые булочки?
Ульяна глубоко вздохнула, стирая с лица всё, кроме нежности. Она обняла сына, сейчас разогреет суп.
- Да, сынок, конечно, купила, - ответила она и прошла на кухню.
Она делала все на автомате, думая:
- Наступает вечер… вечером Борис приедет. На часок…
Ульяна будет ждать. Потому что пока что этот «часик» - единственный лучик в её унылом, сером небе. И она не знала, хватит ли у неё сил погасить его своими руками и остаться в полной темноте, в надежде, что когда-нибудь взойдёт её собственное, настоящее солнце.
Пока ничего этого она не знала, жила по инерции. Нужно заботиться о сыне, Дениска учится уже в третьем классе, быстро растет, нужно покупать одежду, обувь, еду. А на одну зарплату сложно. Поэтому Борис ей помогает во всем. Ее конечно гложет, что он от семьи отрывает, даже как-то сказала ему. Но получила ответ:
- Моя семья не нуждается ни в чем. Я хорошо зарабатываю… А ты принимай мои подарки с удовольствием. Я рад помочь тебе.
Вот так и живет Ульяна, понимает, что встречается с женатым, что это - грех, но и отказаться от Бориса не в силах. Она уже давно поняла, оказывается, никогда нельзя говорить «никогда».
Спасибо за прочтение, подписки и вашу поддержку. Удачи и добра всем!
- Можно почитать и подписаться на мой канал «Акварель жизни».