Собаки преследовали его на улицах, заглядывали в глаза, просили костей и мяса. Он прятал взгляд, проходил мимо, делая вид, что ищет спички в огромных карманах древнего плаща. Женщин он боялся больше собак. Они привязывались надолго, селились в квартире, загоняя его в темный сортир, где он чувствовал себя в безопасности, и, если бы не дробный стук очередного маникюра в тяжелую дверь, совсем бы не покидал пластмассового сиденья.
Когда в доме были женщины, все валилось из его тонких веснушчатых рук. Коллекция мощей почти не пополнялась, хотя святые под окнами мерли косяками. Постоянные обеды и ужины заставали его врасплох и он долго натужно рычал потом в любимом помещении метр на метр квадратный.
Паузы между женщинами заполняли друзья. Они приносили бутылки, говорили : " Э, брат, наплюй! ", и рассказывали анекдоты, которые он придумал в прошлом году. После друзей в доме долго стоял сивушный запах и он брезгливо выбрасывал стаканы в мусоропровод, по ночам, тайком от соседей, которые все равно просыпались от непонятного звона.
Кто-то посоветовал ему завести черепаху, и теперь этот неуловимый зверь постоянно стучал когтями где-то вне пределов досягаемости. В пределах досягаемости были только мелкие черепашьи какашки. Которые он благоговейно высушивал и нанизывал на суровую нитку. Бусы эти он развешивал под портретом отца в железнодорожной форме. Он любил этот портрет и украшал его как мог. Над ним он повесил гордость коллекции - сухую длань святого Гордея алтайского.
Иногда приходила мама. Сухо шепча бесцветными губами, она мыла полы и остатки посуды, варила ненужный обед, потом садилась в кресло, сделанное из черепа гигантского фокстерьера, брала влажными, чистыми ладонями голову сына, клала к себе на колени, и, гладя редкие, рыжевато -седые волосы его, говорила : "Ничего, сынок, ничего, женишься - переменишься, дети пойдут, пеленки, ничего, все у нас, как у людей будет..."
А он сжимал долгими умными пальцами ее колени под серой застиранной юбкой и думал о том, что мать его необыкновенная женщина. Святая, просто святая...