Когда ракета разорвалась рядом, небо стало оранжевым. Френсис Пауэрс успел подумать только одно: "Они меня достали". На высоте 21 километра, где обычные истребители не летают, где воздух слишком разрежен для дыхания — его U-2 потерял хвост.
Это был первомайский праздник 1960 года. В Москве шла демонстрация. А где-то над Уралом 31-летний американец в серебристом скафандре летел фотографировать советские военные объекты.
Пять лет назад президент Эйзенхауэр предложил Хрущёву план "открытого неба". Идея простая: пускайте наших инспекторов смотреть ваши бомбардировщики, мы пустим своих к себе. Никаких секретов, никакой паранойи про "кто пальнёт первым".
Хрущёв отказал.
Через год в небо поднялся первый U-2. Самолёт-шпион с крыльями как у планера и потолком, недоступным для советских перехватчиков. Двадцать один километр триста метров — выше не мог забраться ни один истребитель тех лет.
Пауэрс был не первым, кто нарушал советскую границу на этой машине. До него успели налетать почти два десятка раз. Маршрут всегда одинаковый: зайти с территории союзника, отснять что надо, улететь в другую страну НАТО. По легенде — метеорологические наблюдения.
Первого мая 1960-го Френсис взлетел с базы в Пакистане. Автопилот отказал почти сразу — частая проблема U-2. Пилот перешёл на ручное управление и повёл машину на север.
План был дерзким: пересечь весь Узбекистан, сфотографировать космодром Байконур, заснять плутониевые заводы под Челябинском, дотянуть до Норвегии. Девять часов полёта над враждебной территорией.
Его засекли быстро.
Первыми подняли МиГ-15. Практический потолок — пятнадцать километров. Американец летел на шесть выше. Самолёты развернулись, не дотянувшись до цели.
Следом взмыли два МиГ-19 — чуть выше, пятнадцать и шесть. Всё равно мало.
Один из них сбила собственная зенитная ракета. Лейтенант Сергей Сафронов погиб. Его наградили посмертно.
Третьей попыткой стал Су-9 с потолком в двадцать километров. Игоря Ментюкова военное командование отправило на таран. Без высотного костюма, без оружия — самолёт был на перегонке между базами, не успели дооснастить.
Топлива не хватило. Ментюков развернулся. Остался жив.
А Пауэрс всё летел.
Его остановил комплекс С-75 — первый в мире мобильный зенитно-ракетный комплекс, способный поражать цели на запредельных высотах. По разным данным, выпустили от десяти до четырнадцати ракет.
Одна попала.
Обломки разлетелись на двадцать квадратных километров. Пилот катапультировался и приземлился на территории Косулинского совхоза, где его подобрали рабочие.
При обыске нашли то, что превратило обычный шпионский полёт в дипломатический скандал.
Рыболовные лески, спички, сухой паёк. Документы на вымышленное имя. Пистолет с глушителем. Семь с половиной тысяч рублей — огромные деньги, годовая зарплата инженера. Две пары золотых часов. Сорок золотых монет. Шесть золотых колец.
Всё это — для подкупа местных жителей, если придётся скрываться.
Ещё была шёлковая ткань с надписями на двенадцати языках: "Я американец. Помогите мне, вас вознаградят". На русском Пауэрс не говорил ни слова.
И булавка с ядом.
Он ею не воспользовался.
Самолёт был оснащён двумя устройствами самоуничтожения. Пилот должен был активировать их после катапультирования — чтобы от машины не осталось следов. Он не успел. Или не захотел.
Американское правительство, полагая, что самолёт взорван, а Пауэрс погиб, выдало официальную версию: пропал метеорологический самолёт, летевший из Пакистана в Турцию. Сбился с курса. Без вооружения, без секретной аппаратуры.
Хрущёв дал им соврать до конца.
Одиннадцатого мая устроили пресс-конференцию для пятисот журналистов. Показали обломки. Показали живого пилота. Зачитали его признательные показания.
Встреча глав четырёх держав — СССР, США, Франции и Великобритании — была назначена на шестнадцатое мая. Должны были обсуждать мирное сосуществование, разоружение, снижение напряжённости.
Хрущёв сорвал переговоры на первом же заседании. Потребовал извинений. Эйзенхауэр отказался.
Историки до сих пор спорят: был ли полёт Пауэрса специально рассчитан на срыв встречи? Или ЦРУ просто не поставило в известность президента о миссии в такой чувствительный момент?
В любом случае — цель разведки была выполнена частично. На борту U-2 стояла аппаратура для записи радиолокационных станций. Часть фотоплёнок уцелела при падении.
Суд приговорил Пауэрса к десяти годам. Три года он провёл во Владимирском централе — одной из самых строгих тюрем СССР.
Советский разведчик Рудольф Абель, осуждённый в США на тридцать лет каторги за шпионаж, получил срок втрое больший. Обменяли их в феврале 1962-го на берлинском мосту Глинике.
Пауэрс вернулся домой не героем.
Общественность требовала ответа: почему он не проглотил яд? Почему не пустил себе пулю в висок? Почему вообще жив?
ЦРУ провело проверку на детекторе лжи. Признало, что задание выполнено должным образом — учитывая, что самолёт был сбит, а не сел добровольно.
Первая жена пилота спилась от травли. Во втором браке у него родился сын. Тоже Фрэнсис.
Американские газеты перестали писать о Пауэрсе через пару лет. Советские вспомнили о нём в последний раз в 1977 году.
Первого августа пилот погиб в авиакатастрофе под Лос-Анджелесом. Вертолёт, на котором он работал телерепортёром, упал из-за отказа двигателя.
Сорок семь лет. Две войны — одна холодная, одна с собственной страной. Двадцать рейдов над чужими границами. Один выстрел советской ракеты.
И вопрос, который он так и не смог закрыть до конца жизни: почему выжил, когда от него ждали смерти?