Глава тридцать пятая
Копирование и публикация материалов без разрешения автора запрещены
Сентябрь 1985 года
Ксанка сидела на больничной кровати и болтала ногами. На ней был синий с розовыми цветочками байковый халатик и голубые хлопчатобумажные колготки. Несмотря на то, что было только начало сентября, в палате было прохладно, и Ксанка сильно мерзла, особенно по ночам. К ней никто не приходил, и вещей у нее никаких не было сначала. Но потом мама Полины принесла ей этот красивый халатик и колготки, а еще несколько трусиков розовых и желтеньких. Они очень нравились Ксанке. Мама Полины каждый день навещала дочку, хотя та, как и Ксанка ничего не помнила. Добрая женщина приносила одежду и разные вкусняшки для обеих девочек.
Ксанка и Полина подружились. Вместе читали книжки, рисовали, ходили в столовую, а потом в палате за обе щеки уплетали то, что приносила тетя Ира. Ксанка уже знала, что Полинка попала в аварию. Врачи говорили, что мозг просто блокирует травмирующие воспоминания. Девочка была весела и довольна, потому что рядом была мама. Ксанка же часто плакала. Ей сказали, что все ее родные погибли в пожаре. И, хотя, она ничего не помнила, ей все-таки было грустно, очень грустно.
Сегодня ей было грустно больше обычного, Полина уезжала домой. Тетя Ира собирала вещи Полинки в сумку. Вернее, она собирала кое-какую одежду, оставляя Полине книжки, альбомы, фломастеры и карандаши.
- Ну все, вроде собрались, - сказала тетя Ира, оглядываясь по сторонам.
Полина подскочила со своей кровати, крепко обняла Ксанку и прижала к себе. Они были так похожи. Две маленькие девочки с длинными каштановыми волосами в одинаковых байковых халатиках.
- Ну все, Полечка, - сказала тетя Ира, - переодевайся. Я пойду заберу твои документы. Ксенечка, я халатик постираю и принесу тебе второй.
Женщина вышла. Полина неохотно отпустила подругу и начала переодеваться.
Ксанка долго смотрела в окно, как тетя Ира и Полина шли через больничный двор. Уже у ворот Полинка повернулась и помахала рукой подруге. Ксанка села на подоконник и заплакала.
- Ну что ты ревешь, гпупышка! - подошла к ней медсестра.
Она сняла девочку с подоконника и отнесла на кровать, посадила на одеяло и села рядом.
- Завтра и ты поедешь в новую семью. Там у тебя будет много подружек и друзей. Там много-много детей. Вы будете играть, кушать, читать, а потом и учиться. Там будет весело, тебе понравится.
Молоденькая медсестра уговаривала Ксанку и гладила по волосам. Девочка сложила руки на груди и сидела, как нахохлившийся воробей.
***
Наше время
На следующее утро Сергей, Полина и Федор отправились в город. Еще с вечера они договорились, что сначала поедут к Федору домой, а потом Сергей поработает по делу своих заказчиков. Он уже сам хотел узнать, что же случилось с семьей Ясеневых, и почему Ксанка ничего не знает о своих родных. Как получилось, что дом не перешел по наследству к ней.
Полина изъявила желание поехать с ним. Сначала Сергей сопротивлялся, но потом согласился, памятуя о том, как она быстро решила вопрос в университете. Может повезет, и она поможет разговорить соседей.
Но сначала их путь лежал на окраину города к дому, где жили родители Федора. Чем ближе они подъезжали к дому, тем больше нервничал Федя. Он то тер лицо, то смотрел в окно, то ерзал на сидении.
Полина взяла его за руку.
- Федя, ты, главное, успокойся, - ласково сказала она, заглядывая ему в глаза, - все будет хорошо. И мы с Сережей будем рядом с тобой.
Парнишка быстро закивал головой.
Сергей остановил машину около старой хрущевки. Все трое вышли из машины и подошли к первому подъезду. Федор в нерешительности замер. Сергей нажал на домофоне цифру три. Практически сразу услышали женский голос:
- Кто там?
- Здравствуйте, - ответил Сергей, - мы хотели бы поговорить с вами по поводу Федора.
- Нет тут никакого Федора! Уехал учиться и про семью свою забыл!
- Не забыл, - вмешалась в разговор Полина, - с ним беда случилась. Он в больницу попал.
- Тем более! Не знаю я его и знать не хочу! Бросил семью! Не мать с отцом слушал, а учительницу свою! А чем я, по-вашему, детей кормить должна?! У меня их пятеро!
- Шестеро! У вас шестеро детей! – ответила Полина. – Федор тоже ваш сын и ему нужна помощь!
- Нет ему от меня никакой помощи! Денег у меня нет, малышей бы накормить! Чем я ему помогу!
- Да ему любовь ваша нужна! – воскликнула Полина. – Вы дверь то откройте, поговорим!
Федор взял Полину под локоть. Она оглянулась на парня. На нем лица не было. Он покачал головой, давая понять, что не стоит продолжать этот разговор. Потом отвернулся и пошел к машине.
- Может у вас сохранились его документы? – не успокоилась Полина. – Федю ограбили и все у него украли. Ему надо восстановить паспорт. Может у вас копии какие остались.
- Подождите.
Сергей уже открывал машину. Полина повернулась к нему, показывая, что женщина сейчас выйдет. Федор мгновенно юркнул внутрь автомобиля и закрыл дверь. Минут через пять дверь подъезда открылась, и на пороге показалась худая изможденная женщина. Возраст ее определить было сложно, но выглядела она неважно. Растрепанные русые волосы, собранные в хвост, неухоженные руки, растянутые на коленях спортивные брюки и футболка с мелкими жирными пятнами на груди.
- Вот, - протянула она Полине несколько свернутых в трубочку листов бумаги, - здесь какие-то копии. Что точно, я не знаю. Он живой?
- Живой, - кивнула Полина, забирая бумаги, - хотите с ним поговорить?
Женщина покачала головой.
- У меня пятеро детей и пьющий муж, который практически ничего не приносит домой. Пусть Федор живет дальше без нас, а мы без него. Может и лучше, что он уехал учиться, пусть у него другая жизнь будет. Я и мужу не скажу ничего. Мы тут как-нибудь сами, уже привыкли без Фединой помощи, - женщина развернулась, чтобы уйти.
- Да он память потерял! – воскликнула Полина, хватая женщину за руку. – Вы ему нужны, чтобы вспомнить все! Вы же мать!
- Может и к лучшему, что потерял! – женщина посмотрела в глаза Полине. – Будет у него другая новая жизнь. Он умный, выучится, начнет зарабатывать. А мы его только назад тянуть будем. Не помнит он нас, вот и славно. И не говорите ему ничего. Нет у него семьи, и все!
В глазах женщины было столько тоски и боли. Полина отпустила ее руку и дала уйти.
Полина, как неживая дошла до машины, села на заднее сиденье рядом с Федором. Она не знала, как реагировать на слова женщины. С одной стороны, та отказалась от сына, сказала, что не хочет его видеть и не намерена ему помогать. С другой стороны, она не хочет, чтобы тяготы содержания семьи легли на его плечи. Как на это реагировать? Рассказать ли это парню?
- Что там? – спросил Федя.
Полина встрепенулась и с улыбкой подала ему бумаги. Он развернул их? Там были ксерокопии паспорта, пенсионного удостоверения и медицинского полиса, копия школьного аттестата.
- Судя по всему, ты готовил документы для поступления, вот копии и остались, - предположила Полина.
- И что с ними делать? – Федор растерянно смотрел то на Полину, то на Сергея. – И вообще, что мне теперь делать?
- Сейчас съедим по мороженному. – ответил Долинский. - Или по пицце? Потом поедем в полицию, где тебя давно ищут. Напишешь заявление о краже документов, паспорт надо восстанавливать. А потом немного поработаем. Надо будет кое-кого опросить. А потом домой! Дом надо в порядок приводить, обед и ужин готовить. У мамы Полины вечером дистанционные занятия, так что мы с тобой дежурим по кухне.
Федя улыбнулся, хотя в глазах его стояли слезы.
- По моему делу поедем? – спросил Федя.
- Нет, - улыбнулась Полина, - по делу одной девочки. То есть она сейчас уже взрослая женщина. И она, как ты, потеряла память. Только у нее погибла вся семья. И теперь Сергей выясняет, как это получилось.
- Бедняжка! – воскликнул Федор. – А где она сейчас? Сколько ей лет?
- Она совсем взрослая, такая же, как и я. И она совсем ничего не помнит о своей семье.
- Тогда надо ей обязательно помочь! – твердо сказал парнишка. – Пусть я ничего не помню, но точно знаю, что мои родные живы и здоровы. А мне надо жить дальше. Правильно?
- Правильно, - улыбнулась Полина, наклонилась и чмокнула его в висок.
***
Они подъехали к старому многоэтажному дому. Во дворе было пустынно, только у второго подъезда сидели две пожилые женщины в теплых пальто и о чем-то увлеченно беседовали.
- Здравствуйте, - Долинский подошел к ним и мелькнул своим пенсионным удостоверением перед их носами.
Одна близоруко прищурилась, вторая даже не попробовала этого сделать.
- Очки дома забыла, - пояснила она, - что вы хотели?
- Вы давно живете в этом доме? – спросил Сергей.
- Да лет пятьдесят, наверно, - ответила та, что без очков.
К ним уже подошли Федор и Полина, поздоровались.
- Может помните, здесь жила семья Ясеневых, - продолжил Сергей, - Петр и Альбина Ясеневы, у них была маленькая дочка.
- Помню, конечно, - тяжело вздохнула женщина, - На одной площадке со мной жили. Сгорели они! Вся семья сгорела! А Василий Егорович от инфаркта умер. Хороший был человек, уважительный! Как узнал, что сын с невесткой и жена сгорели в пожаре, так сразу с сердцем плохо стало. По дороге в больницу умер.
- А девочка? Ксанка?
- Ох, бедняжка! Я тот день хорошо помню. - женщина была очень расстроена. – Всех соседей эвакуировали из квартир. Мы сначала думали, что они там все сгорели. А потом кто-то сказал, что Василий Егорович с Ксанкой в парк ходили. Это и спасло девочку. Они вернулись, а тут во дворе народу, скорая, милиция. Василий Егорович внучку на скамейку поставил, а сам пошел узнавать, что случилось. Его скорая увезла, а малышка так на скамейке и осталась. Я к ней подошла. А она ведь ничего не знает, к маме и дедушке просится. Похвалилась, что в Луна-парк с дедом ходила, на каруселях каталась, даже колечко с камушком выиграла. Маме собиралась подарить. Тут женщина из милиции подошла и сказала ей, что все погибли. У Ксанки истерика началась. Ее забрали в больницу, а когда я к ней поехала на следующий день, меня не пустили. Сказали, что девочка ничего не помнит, и не стоит ее травмировать. Я потом еще несколько раз в больницу ходила, меня не пустили. А потом сказали, что перевели девочку в детский дом. Память у нее так и не восстановилась. Запретили ее искать и приближаться к ней, чтобы хуже не сделать. Я долго переживала, а когда замуж вышла, хотела ее даже забрать, удочерить. Но найти ее так и не смогла.
- Девочка росла здесь в Волинске, в детском доме, - сказал Долинский.
- Мне сказали, что нет в детском доме такой девочки. Вроде как ее удочерили.
- Могу вас успокоить, - улыбнулся Сергей, - она жива и здорова. Я с нею разговаривал. Но она ничего не помнит о своем раннем детстве. И вспоминать не захотела.
- Не захотела? – удивилась женщина. – А может так оно и лучше? Меньше боли и переживаний.
- Подскажите, а до пожара что было? Может что непривычное? Может приходил к ним кто?
- Я на свидание тогда собиралась, как сейчас помню. Окно моей комнаты во двор выходит, справа от двери в подъезд. Я как раз волосы на плойку накручивала, у окна стояла, долго крутила. Видела, как родители Петра приехали. Потом Василий Егорович с Ксанкой ушли. Потом сам Петр куда-то с пустой авоськой побежал. В подъезд заходила женщина, но она к соседям на первый этаж шла, это я точно знаю. Мужчина еще какой-то зашел. Его я не знала. К кому и куда он пошел – не знаю. А потом я пошла платье свое гладить, так что больше ничего не видела.
- Вы так хорошо запомнили, что было столько лет назад? – удивилась Полина.
- Запомнишь тут! – усмехнулась женщина. – В милиции столько раз пересказывала. Да и день очень памятный, такой кошмар случился!
Женщина вздохнула.
- Спасибо вам большое! – поблагодарил Долинский.
- Спасибо, - поддакнула ему Полина.
Федор просто кивнул.
- Да не за что, ребята, - улыбнулась женщина, - если это кому-нибудь поможет, я буду рада.
Автор Татьяна Полунина
Ваши лайки и комментарии вдохновляют автора.