В небе над Тайгой висела свинцовая луна, похожая на монету, которую давно вывели из оборота за ненадобностью. Воздух пах озоном, страхом и дорогим парфюмом, перебивающим запах тлена. На ветке старой сосны сидел ворон в пенсне и меланхолично клевал циферблат от часов «Rolex», пытаясь остановить время, но оно, как назло, текло вспять. Внизу, у корней, два муравья-коллектора описывали имущество уснувшего ежа, наклеивая на иголки штрих-коды.
В центре бункера, за столом из окаменевшей совести, сидела Лисица Мила. Она листала голографический отчет, проецируемый прямо в сырой воздух. Напротив нее, нервно теребя кончик хвоста, ерзал Заяц Косой. Он попал сюда случайно, перепутав вход в нору с выходом из депрессии, и теперь жалел об этом каждой дрожащей жилкой. Рядом возвышалась Серафима Батьковна, чья белая шерсть светилась в полумраке, как надежда на УДО в пожизненном корпусе.
Мила постучала когтем по столу. Звук был похож на падение акций нефтяной компании.
Господа и, особенно, дамы, фиксируем убытки, произнесла Мила ледяным тоном, от которого у Косого заледенели уши. Я провела аудит рынка интимных услуг и пришла к неутешительному выводу. Мужской пол, как актив, полностью токсичен. Его волатильность зашкаливает, а дивиденды в виде оргазма приходят с задержкой, либо не приходят вовсе. Мы объявляем дефолт по всем половым обязательствам.
Косой икнул. Его глаза разъехались в разные стороны, пытаясь одновременно следить за выходом и за хищным оскалом Милы.
П-простите, в-ваше в-величество, пролепетал он, заикаясь так, будто его голосовые связки бежали стометровку. А к-как же л-любовь? К-как же м-морковка ч-чувств? Мы же, это, с-созданы для с-стыковки! Это ж п-природа, м-мать ее за н-ногу!
Мила медленно перевела взгляд на Зайца. В ее глазах читался балансовый отчет, где Заяц числился в графе списанный инвентарь.
Твоя морковка, ушастый банкрот, давно заплесневела, отрезала она. Слушай цифры. Рынок отношений это долговая яма. Мы, самки, инвестируем в этот процесс свое здоровье, время и риск, а на выходе получаем что? Просроченные обещания и риск подхватить короеда на слизистую? Нет уж. Вложения в фаллос признаны нецелевым расходованием бюджетных средств организма.
В углу комнаты паук Валера, висевший вниз головой, тихо майнил биткоины на вибрации стен и хихикал, заматывая в паутину случайно залетевшую муху-феминистку, которая требовала равных прав на поедание дерьма.
Серафима Батьковна вздохнула. Вздох получился таким глубоким, что в нем можно было утопить пару уголовных дел. Она поправила воображаемую мантию и мягко, как будто укрывала одеялом, вступила в диалог.
Коллеги, я подаю ходатайство о смягчении формулировок, сказала Волчица голосом, полным юридической скорби. Согласно статье 42 Лесного Кодекса Милосердия, полный отказ от соития может быть расценен как нарушение прав на душевное тепло. Мы не можем просто так взять и аннулировать инстинкт, не предоставив альтернативной меры пресечения одиночеству. Давайте заверим протокол о том, что секс возможен, но только по нотариально заверенному согласию с предоставлением справки об отсутствии блох за последние три квартала.
Мила фыркнула. Из ее ноздрей вырвался пар, сложившийся в знак доллара.
Серафима, твой гуманизм неликвиден, парировала Лисица. Посмотри правде в глаза. Риски ЗППП, то есть Заболеваний Передаваемых Путем Похоти, превышают любую потенциальную прибыль. Справки? Мужчины подделывают их с помощью нейросетей еще до того, как научатся, где у женщины кнопка Пуск. А беременность? Это же инвестиция с отрицательной доходностью на восемнадцать лет! Аборт это штраф здоровью, роды это полная амортизация тазового дна. Зачем нам этот лизинг с правом выкупа, если выкупать нечего?
За окном пролетела сова с привязанным к лапе горящим факелом. Она кричала. Конец света переносится на среду! и скрылась в тумане.
Косой сполз под стол. Ему казалось, что мир рушится. Если женщины откажутся от секса, его схема пообещал свадьбу получил секс сбежал в другой район перестанет работать. Это был крах всей его бизнес-модели.
Но п-послушайте! пискнул он из-под столешницы. А к-как же б-безопасность? М-мужчина, он же з-защитник! Он же, ну, с-стена! К-каменная!
Мила рассмеялась. Смех был похож на звук пересчета купюр в тишине морга.
Стена? переспросила она, глядя сквозь стол. Статистика, мой дорогой пушистый дебитор, говорит об обратном. Большая часть насильственных действий происходит именно в этой самой защите. Оказаться с мужчиной в замкнутом пространстве для спаривания это риск невозврата тела. Они сами признают свою опасность, утверждая, что если самку загрызли, то она сама виновата, что не надела бронежилет на свидание. Мы не люди для них, Косой. Мы тара для сброса генетического мусора. Помойные ведра, Тачки без пробега... Слышал такие термины в лесных курилках?
Косой сжался. Он слышал. Сам вчера хвастался перед бобрами, что прокатился на одной рыжей белке с пробегом. Ему стало стыдно, но страх перед алиментами был сильнее совести.
Это т-технические т-термины! попытался оправдаться он, чувствуя, как уши сворачиваются в трубочку. П-просто с-специфика э-эксплуатации!
Эксплуатации! взвизгнула Мила, и ее хвост нервно дернулся, сбив со стола песочные часы с прахом предыдущего мужа. Вот именно! Секс для мужчины это акт потребления. Для женщины акт обслуживания. Мы закрываем эту лавочку. Отныне в Тайге вводится режим Сухой Закон Локтей. Самоуважение это единственная валюта, которая не подвержена инфляции. Зачем быть дыркой для слива неуважения, если есть современные технологии? Игрушки, Косой. Вибраторы на ядерном топливе. Они не требуют борща, не оскорбляют твою маму и всегда находят нужную точку без GPS-навигатора.
Серафима Батьковна покачала головой. Она достала из папки документ, на котором стояла печать в виде слезы.
Я протестую против столь радикальных санкций, мягко возразила она. Секс может быть красив, как правильно составленное завещание. Романтичен, как амнистия в зале суда. С уважением и оргазмом, заверенным обеими сторонами...
Это только в кино, Серафима, перебила Мила, закрывая голограмму. В реальности это фрикции эгоизма. Брак ломает хребет женской свободы. Мы объявляем эру автономного блаженства. Никаких рисков. Никаких дала/не дала. Только чистая прибыль удовольствия наедине с собой. А вы, мужчины... Она посмотрела на дрожащий бугорок под столом. Вы переводитесь в разряд устаревшего оборудования. Списание неизбежно.
В этот момент дверь бункера с грохотом распахнулась. На пороге стоял Лось Сохатый. Его рога, огромные и ветвистые, упирались в потолок. Один рог с глухим стуком отвалился и упал на пол.
Девочки, грустно промычал Лось, глядя на присутствующих влажными глазами. У меня опять дефолт кальция. Моя новая пассия изменила мне с электросамокатом. Скажите, акции любви еще котируются, или мне сразу идти на переплавку в тушенку?
Мила и Серафима переглянулись. В лесу что-то громко хрустнуло то ли дерево упало, то ли сломалась старая парадигма отношений. В углу паук Валера дописал код нового вируса, который блокировал либидо через 5G вышки, и нажал Enter.
Рынок закрыт, Сохатый, устало сказала Мила. Иди домой. Отращивай новые активы. Мы уходим в кэш.
Косой, воспользовавшись замешательством, выстрелил собой в открытую дверь, оставляя за собой запах страха и неоплаченных счетов. Лес погружался в ночь, свободную от предрассудков и надежд на взаимность. Только кукушка вдалеке отсчитывала не годы, а проценты по ипотеке, и где-то в болоте жаба, переевшая мухоморов, писала диссертацию о вреде принцев.
ТЕГИ ДЛЯ ДЗЕН
#АбсурднаяТайга #ЛеснойОлигархат #ХроникиЗоны #ЖенскийМанифестЛеса #ЧерныйЮморФантастика