Витька, конечно, не останется один после того, как уедет Гришка, но без друга станет скучно.
Всё-таки с горшка вместе, эх.
Он проснулся ночью, показалось, что кто-то всхлипывает.
Пошёл на кухню, мама...Она сидела и тихонько плакала, вытирая слёзы, которые просто текли у неё из глаз, капая на клеёнку, кап-кап.
Мама сидела, обхватив себя руками, будто боялась, что сейчас развалится вся.
-Мама?
-Иди сынок, иди ложись.
-Это он тебя?
-Нет нет, что ты...папа спит, иди, ложись, я так...я тоже
Витька сел рядом с мамой, положил голову на плечо.
-Гришка уезжает, мама...
-Да я знаю, сынок, Нина говорила, она вчера заходила, попрощалась. Сказала, что в *** едут. Там у нового её… работа хорошая, и квартира будет отдельная.
Гришка опять же, при отце будет. Она хорошая, Нинка-то, - всхлипывая говорит мать, - жизнь просто у неё такая, ну ничего, ничего...
Витька кивнул. Отдельная квартира звучала, как что-то из другой жизни.
У них до сих пор одна комната на четверых, плюс кухня с тараканами и общий коридор, где вечно кто-то орёт или плачет.
-Мам, а мы когда-нибудь…сможем жить в отдельной квартире? - спросил он вдруг.
Мать посмотрела на него долгим взглядом, таким, от которого Витьке всегда становилось одновременно тепло и больно.
-Будем, сынок, обязательно. Только ты учись хорошо, очень хорошо учись. , тогда и будет у тебя отдельная квартира.
Витька промолчал. Он и так учился неплохо — не отличник, но тройки редко. Просто не понимал, как это «учись хорошо» может превратиться в отдельную квартиру.
-У мальчишки отдельная комната будет, глядишь и человек из него вырастет, - будто думая о чём -то своём сказала мать.
-А я, мама? А что, если у меня нет отдельной комнаты и мы спим с Дашкой валетом на диване, то из меня не вырастет человек, да?
-Вырастет, сынок, конечно, вырастет, беги, беги спать. Я сейчас тоже пойду, иди.
-Чего не спите, полуночники, - на кухню вышел отец, глянул на Витьку, на мать.
Витька понял, как -то с полуслова, встал, буркнул, что пойдёт спать.
Он пододвинул с края разбросавшуюся звёздочкой Дашку, лёг на диван и не мог уснуть.
Долго думал, отчего плакала мама, почему они так живут. Да вроде и все так живут, под ложечкой у Витьки засосало и не от голода, а от чего- то такого...Мальчишка вытер набежавшие слёзы, закусил уголок подушки, и завыл тихонечко, совсем не слышно.
-Я не буду так жить, пообещал себе Витька, не буду, и мамка не будет, и Дашка конечно же и...отец.
Витька слышал, на кухне тихонько бубнят родители, мама всхлипывает, а отец успокаивает её.
Утром Витька проводил друга на вокзал, они обнялись, крепко, по-дружески, тётя Нина, схватила Витьку, прижала к себе и заплакала.
-Ну- ну…чего вы, - забормотал мальчишка, не зная куда себя деть, - тёть Нина, что вы…в гости будем, письма, Гришка…я…
Гришка тоже не выдержал, подбежал, обнял мать и друга и заплакал, так и стояли, все трое, обнявшись рыдали, строгая проводница, глядя на них, казалось бы, уж она -то навидалась и встреч, и расставаний, вытирала слезу.
-Ниночка, Гриша, - сказал немного полноватый мужчина в очках в золотой оправе, - пора, пора уже.
Он снял очки, вытер покрасневшие глаза, надел очки, протянул Витьке руку.
-Не обижайте их там, - сказал с вызовом, - а не то…
Последние слова Витька проговорил каким-то петушино – козлячьим голосом.
-Я не обижу…Виктор, слово даю.
-Сделайте из него человека, слышите, сделайте…из него, - он кивнул в сторону Гришки, а потом по -детски, жалобно протянул, - пожалуйста.
-Сделаю, Витя, - тихо сказал мужчина, обязательно сделаю, а ты…а ты…ты уже человек, парень. Я рад, что у моих…что у моего…ссс… сына, такой друг.
-Приезжай к нам, приезжай…
Они махали Витьке из окна поезда и звали в гости, а Витька бежал…бежал, пока хватало сил за поездом, а потом отстал, сел на перрон и заплакал.
Показалось Витьке, что вот уехал Гришка. Уехал в лучшую жизнь, а он, Витька, остался в этой…
Комната Гришкина стояла пустая, никто пока не вселился, Витька жил свою обычную детскую жизнь, всё так же, бегал курить с пацанами за школу, подальше от учительских глаз.
После учёбы собирали бутылки пустые и сдавали их приёмщику, дяде Славе, особо ценились «чебурашки», бутылки из-под пива или лимонада.
Искали металлолом, все были заняты.
Витька всё так же бегал в садик за Дашкой, в гастроном за картошкой, помогал мамке, чистил ту картошку, выслушивал от отца, как заставит тот жрать Витьку сигареты, да всё, как всегда.
В школе Витька учился не отлично, но и троечником тоже не был, ударник.
Он вообще старался в школе не отсвечивать, чтобы не расстраивать мамку.
Ведь с родительских собраний, куда она ходила нарядная, вкусно пахнущая духами, приходила мамка весёлая и счастливая.
-Хвалили, - выдыхала она.
-Хоррошо – отец улыбался, - моя школа…Эт, Витёк, я тя ещё щажу, мой батя меня ремнём солдатским порол, чтобы я учился на пятёрки.
-Учился? - спрашивает Витька серьёзно отца.
Отец хрипит, краснеет, шмыгает носом, шумно вздыхает.
-Нну…я… не медалист конечно…Но, - голос отца становился уверенным, - твёрдый троечник был, я, вот так -то дети.
Дашка не понимала, что такое твердый троечник.
Она подбегала к отцу, садилась к нему на коленки, гладила колючую щетину, прижималась к нему.
-Витенька, тебе надо на папу равняться, говорила сестра, - смотри, вот он был твёрдым троечником.
Отец кряхтел, краснел, потом они переглядывались с Витькой и начинали смеяться.
На них нападал какой-то беспричинный смех.
Витька сгибался уже пополам, держась за живот, отец вытирал слёзы.
Ничего не понимающая Дашка куксилась, тёрла кулаками глаза, потом же, открыв рот, начинала громко плакать, прибегала мамка, била их полотенцем кухонным, потом, забрав Дашку, успокаивала её, отвлекала, а узнав над чем смеются Витька с отцом, тихо качала головой и улыбалась.
Такие моменты Витька очень любил, он любил и отца, в эти самые моменты.
Жаль конечно, что они случались всё реже.
Отец пил.
В то врем, многим пацанам, да и девчонкам, было известно, что такое пьющий отец…
Было известно и Витьке.
Отец работал электриком, ходил на шабашки и если раньше, он приносил с тех шабашек деньги, то сейчас, как правило, приходил весёленький и приносил с собой четок, а то и полноценную бутылку беленькой, либо бутылку, заткнутую газетной пробкой.
Это если шабашил у кого -то из соседей, особенно у бабок.
Мамка бегала, ругалась с бабками, бабки клялись, но…Со следующей шабашки, папка опять приходил, что говорится на рогах.
Гриша писал Витьке письма, весёлые, смешные. Никому Гриша не рассказывает, даже Витьке, как…плачет по ночам в подушку, когда лежит в своей комнате.
Плачет от того, что скучает по Витьке, по друзьям, а ещё…от того, что счастлив, да- да…счастлив, что мамка перестала пить по праздникам и вечерам красненькое, что не меняются у него отчимы, которых мамка, когда он, Гриша, был помладше, велела называть ему папками, что есть у него теперь свой, пусть и не родной папка.
Самый лучший папка на свете.
В школу Гриша пошёл немного напуганный это он хорохорился перед мамкой, которая тоже стала вдруг какая -то маленькая и напуганная чужой город давил на неё.
Шёл Гриша с лёгким испугом, думая о том, что получит он после уроков, как полагается новенькому, а вдруг там здоровые парни? А вдруг...
Соберись и не трусь, - сказал себе мальчишка, - как бы Витька поступил на твоём месте.
Ребята встретили Гришу по - доброму, мальчишки чуть не подрались между собой, за право, с кем будет сидеть новенький, девчонки смотрели с интересом, представлялись.
Целая карусель из девчонок и мальчишек, всё новое, везде водят и показывают, ууух.
Вот здесь столовая, вот здесь спортзал, а где интересно курят?
Вот здесь кружок такой-то проходит, а здесь такой, а куда Гриша записаться хочет?
А курят-то они где?
Всему удивлялся парнишка, ожидая подвоха.
Даже домой, когда шёл, всё оглядывался, ожидая подвоха, но никто не догнал его и в спину не пнул.
Об этом Гришка не рассказывал Витьке, да и никому не говорил.
Он привыкал к новой жизни, привыкал, что есть у него папка настоящий, а не те, что поселялись у них и которых, счастливая, весёленькая и пьяненькая мамка, заставляла Гришку называть папкой.
И фамилия теперь у Гришки была другая…
С фамилией этой, вообще история получилась, дядя Лёня, ну папка, спросил у мамы и Гришки, возьмут ли они его фамилию.
Те переглянулось.
-Фамилия у меня…ну она такая…
Да нормальная у папки фамилия.
Птаха.
Теперь Гришка, Птаха Григорий Леонидович, вот так-то…
Об этом он тоже Витьке не сказал, постеснялся, скажет потом.
И курить Гришка отучился, папка -то не курит, гири таскают на пару, мамка такая…радостная.
Вот такая жизнь у Гришки, новая.
Витька?
А что Витька, живёт…
Однажды идёт из школы, смотрит, а у двери в Гришкину квартиру узлы лежат, переехал кто-то.
Смотрит, а там девчонка и следом пацан примерно его возраста, снуют туда-сюда.
Глянула девчонка своими глазищами серыми, мотанула косой и скрылась за дверью, а Витька, как громом поражённый стоял.
-Здорово, - протянул руку пацан, - меня Илья зовут, а её, - кивнул в сторону двери, Лизка. Только ты её не обзывай, она дерётся шибко, сестра моя, - мальчишка помолчал и зачем -то добавил, - родная, ну двойнёвые мы…
Витька взял узлы и начал помогать новым жильцам, он понял…появятся новые друзья…
Жизнь продолжается, думает Витька, скоро он вырастет и тогда...
Мечтатель Витька.
продолжение будет
Доброе утро, мои хорошие.
Обнимаю вас,
Шлю лучики своего добра и позитива.
Всегда ваша
Мавридика д.