— Смотри, смотри, опять сумку потащила. Посмотри, как ей тяжело!
Официантки, которые вышли на перекур, рассмеялись. Одна из них громко сказала:
— Посудомойщица! Баба Валя, ты не перенапрягайся! Эти объедки тяжелее, чем сама еда!
Пожилая женщина повернулась, слабо улыбнулась и, перехватив сумку другой рукой, двинулась быстрым шагом к остановке.
— Интересно, зачем ей столько объедков?
— Кто знает, она всего пару недель работает.
— А нашему Палычу, как всегда, вообще не интересна личная жизнь персонала.
Одна из официанток презрительно фыркнула. Вторая рассмеялась:
— Что, Свет, Палыч на тебя не обращает внимания? Как бы ты ни старалась...
— Ой, да мне этот старик не нужен. Что за подарок — седой, ещё и страшный.
— Ну седой, потому что воевал. А вот по поводу «страшный» ты не права. Палыч вполне обаятельный, такой морской.
Светлана, посмотрев на подругу, сказала:
— Да ты что, и ты в него втрескалась?
— Почему сразу втрескалась? Просто он интересный мужчина.
— Не, Свет, нам туда не стоит заглядывать. Мы с тобой — простые девчонки. Такие, как мы, Палычу не интересны. Он и такие, как мы, нас не заметит.
Светлана вздохнула. Она знала, что в чём-то подруга права.
Палыча все знали как Андрея Павловича — администратора. Он был другом хозяина ресторана. Иван Игоревич был немного старше, но Палыч помоложе лет на три-четыре. Все знали, что познакомились они ещё в горячей точке лет пятнадцать назад, а потом начали ресторанный бизнес. Ходили слухи, что они пережили много трудных моментов и, говорят, кто-то кого-то спас в какой-то передряге. Поэтому их дружба была настолько крепкой.
Палыч был на месте, и Светлана сразу направилась к нему.
— Андрей Павлович, скажите, разве это нормально, что наша новая посудомойка таскает домой объедки в сумке?
Палыч насмешливо посмотрел на неё.
— Вам бы легче стало, если бы эти объедки выбрасывали в мусор?
Светлана покраснела, но сдаваться не собиралась.
— Но подумайте сами: если человек так плохо живёт, что кормит кого-то объедками, то, наверное, и дома у неё не лучше. Можно ли такого допускать до работы с посудой?
Палыч немного серьёзно посмотрел на неё.
— У Валентины Григорьевны все документы в порядке — это раз. Она всегда опрятная и чистая — два. Вы не знаете, кого она кормит этими объедками — три. И, наконец, если бы вы, Светлана, выполняли свою работу хотя бы наполовину так хорошо, как Валентина Григорьевна, вам цены бы не было. Пожалуйста, займитесь своими обязанностями. И запомните: сплетни никогда не красили молодую девушку.
Светлана, покраснев, побежала вниз. Там её ждала подруга.
— Ну что, получила по носу?
— Вот скажи, зачем ты умничаешь там, где тебя не просят?
Света зло фыркнула.
— Солдафон, который защищает старуху, которая таскает объедки. Я не буду молчать, она отсюда уйдёт.
— Господи, да что тебе сделала эта бабка?
Рита тяжело вздохнула.
— Пусть таскает, если она этого хочет. Не берёт же без спроса. Почему ты взъелась?
— Да потому что, — Света чуть не плакала, — что этот Палыч так с ней разговаривает!
Рита снова вздохнула.
— Пошли, мы уже на полчаса задержались, а всё никак не соберёмся.
На следующий день, когда девушки пришли на работу, Валентина уже вовсю трудилась. Посуды ещё не было, так она мыла окна и столы, создавая порядок в подсобке.
Света презрительно фыркнула.
— Объедки отрабатываешь?
Валентина вздрогнула, обернулась и спокойно улыбнулась. Она выглядела так, будто считала Свету всего лишь неразумным ребёнком, на чьи глупости не стоит обижаться. Улыбка сразу вывела Свету из себя. Она подошла к Валентине.
— Ты зря улыбаешься. Я тебе всё равно жизнь испорчу. Не уйдёшь — пожалуюсь хозяину. Как ты думаешь, администратор глаза на всё закроет?
Валентина с удивлением спросила:
— Свет, ты на меня ополчилась из-за объедков? Ты тоже хочешь их?
Света выпучила глаза от негодования, выскочила, хлопнув дверью так, что стёкла чуть не повылетели.
Валентина недоумённо посмотрела на дверь, потом повернулась к опешившей Рите.
— Что с ней?
— Не знаю… Может, она и правда пойдёт жаловаться хозяину? Мне же Андрей Павлович разрешил!
Рита пожала плечами и вышла вслед за подругой.
Жалко было Валентину. Она ведь не от хорошей жизни таскала эти объедки. Но с другой стороны, она была нормально одета, ничего ей не было нужно. Света — её подруга, её нужно поддерживать, а не Валентину.
А Света-то и правда бесилась. Несколько лет назад она сама была бы рада таким остаткам с ресторанного стола. Родилась в семье алкоголиков, в доме почти никогда не было еды. Она воровала, голодала — каждый день, каждый час. Ей было стыдно. Стыдно было за того, кто приходил домой пьяным, не мог дойти до дверей, а мать, пока его не было, принимала всех подряд. Сейчас Света даже сомневалась, что этот мужчина был её настоящим отцом.
Зимой он замёрз в нескольких метрах от дома. Мать через две недели привела нового мужа, с которым тоже не прожила и полгода. Светлане было четырнадцать лет.
Позже за ней приехала тётка. Оказалось, у матери была сестра, с которой она давно не общалась. Тётка забрала Свету и сказала:
— У меня свои дети. Ты мне по сути чужой человек. Поживёшь до восемнадцати, а потом сама решай, как хочешь.
Света не обиделась на тётку. За эти четыре года она поняла, что можно жить по-другому. И еда в доме есть, и чистота.
Светлана уже пять лет жила отдельно, но каждый праздник поздравляла тётку и иногда навещала её.
Валентина же напоминала ей о детстве, о том, что она так сильно хотела забыть. А никто из тех, с кем она сейчас общалась, не знал, как она жила до четырнадцати лет.
Вечером Палыч сообщил, что через два дня возвращается хозяин. Он учился ресторанному делу за границей. Иван Игоревич и Палыч всегда старались учиться. На данный момент у них был ресторан и несколько уютных кафе.
— Ну что, надеюсь, мы тут не сильно расслабились, пока Ивана Игоревича не было? Всё в порядке на кухне, холодильники в норме, а в книге жалоб — чистота!
Света хмыкнула.
— Посмотрим, как Иван Игоревич отнесётся к тому, что какая-то бабка таскает еду из его ресторана.
Рита сразу повернулась к подруге.
— Да успокойся ты. Не еда, а остатки. Кому они вообще нужны?
Света давно мечтала выйти замуж так, чтобы больше ни о чём не беспокоиться. Она не хотела миллиардов (хотя они бы не помешали), ей хотелось просто хорошей и стабильной жизни. Для этого нужен был хороший муж.
Как только она устроилась в этот ресторан, сразу поняла, что Палыч — тот, кто ей нужен. Но как бы она ни старалась, он совершенно не обращал на неё внимания. И тогда ей пришла идея: а почему бы не попробовать с хозяином? Он не намного старше, а она вся такая молоденькая и красивая. Вот и повод появился, чтобы обратить на себя внимание. Только нужно было преподнести всё с умом.
В день, когда Иван Игоревич должен был вернуться в ресторан, Света потратила много времени на свой внешний вид. Даже встала пораньше, хотя это далось ей тяжело. На работу пришла, как на свидание. Палыч удивлённо поднял брови, а потом ухмыльнулся. Свете его ухмылка не понравилась, но она решила не обращать внимания.
Девушки шептались, что Иван Игоревич уже приехал. Светлана выдохнула.
— Ну, сейчас или никогда.
Она постучала и приоткрыла дверь.
— Иван Игоревич, можно?
Он взглянул на неё и улыбнулся.
— Светлана, если не ошибаюсь. Конечно, проходите. У вас ко мне какое-то дело?
Света прикрыла за собой дверь, обворожительно улыбнулась и начала говорить. Сначала заявила, что ей не всё равно на репутацию ресторана, в котором она работает.
Иван Игоревич выслушал её и немного удивлённо посмотрел.
— Я не совсем понимаю: вы беспокоитесь из-за отходов или из-за того, что человек может быть недостаточно чистоплотным?
— Конечно, из-за второго. Что мне эти отходы…
— Ладно, давайте посмотрим, на какую нашу сотрудницу вы жалуетесь. Я так понимаю, она начала работать, когда я уехал?
— Да, всё верно.
Они вышли из кабинета и сразу столкнулись с Палычем. Он внимательно посмотрел на Свету и усмехнулся.
— Никак вам, Светлана, не угомониться. Смотрю, вы нашли, о чём поговорить…
Света молча прошла мимо, игнорируя его. Ведь сейчас рядом был сам хозяин.
Они вошли в моечную. Иван Игоревич громко произнёс:
— Здравствуйте! Я Иван Игоревич, хозяин ресторана. Давайте знакомиться.
Пожилая женщина медленно повернулась и, взглянув на него, вздохнула:
— Ванюша…
Иван Игоревич застыл на мгновение, а затем подбежал и обнял её.
Света и Палыч ошарашенно смотрели на происходящее. Света быстро поняла, что сейчас ей не то что знакомство с хозяином, а сама работа в ресторане может быть под угрозой. Она поспешила выйти.
Весь персонал уже скопился у двери. Иван Игоревич громко сказал:
— Андрюха, помнишь, я рассказывал тебе о женщине, которая осталась помогать при госпитале после того, как не смогли спасти её сына? Так вот, это она меня спасла. Ты помнишь, как она меня вытащила из того ада, когда метель началась? Это ей я обязан жизнью. Я и все животные в том месте…
— Но как так… Я думал… Я думал, после того обстрела искал вас…
Она тихо улыбнулась.
— Ванечка, я была ранена. Меня перевезли из одного места в другое. Ранение в голову. Помню одно, не помню другое. Но когда восстановилась, вернулась домой. Знаешь, в мирное время люди тоже теряют животных. А может, и бросают их… Ты уж прости меня, Ванюш. Я думала, что эти отходы никому не нужны, а тут такой скандал…
Иван вскочил.
— Валентина Степановна, не думайте об этом! Это пустяки! Мы купим вам всё, что вам нужно. И посуду мыть больше не будете. Это я вам обещаю. Нужно жить и наслаждаться жизнью!
— Как не буду? Кто же тогда будет? Посуда сама себя не помоет…
— Найдём кого-то другого. Дадим объявление. А пока будем искать…
Иван повернулся к персоналу.
— Где там наша Светлана? Она поработает в мойке, пока не найдём замену.
Света чуть не расплакалась. Рита тяжело вздохнула.
— Видишь, я же тебе говорила! Сказала же, что не нужно лезть! Ну и что ты добилась? Сама бы их носила, если бы могла! А ты видишь, что не для себя она их таскала, а для животных бездомных.
— Мне плевать! Я всё равно отсюда больше работать не буду!
— Куда ты пойдёшь? На завод? Так тебе там и на съёмную квартиру не хватит, не говоря уже о чём-то большем...
И тут Света разрыдалась.
— Почему, Рит… Почему всегда так… Что со мной не так? Я бы в детстве обрадовалась таким объедкам, а тут всё в одном пакете и понесла какая-то бабка… Я когда вспоминаю, как я жила, так ненавижу всех… рестораны эти, Валентину… Как мне с этим жить?
Рита удивлённо смотрела на подругу. Она никогда не подозревала, что у Светы было так всё плохо.
В дверях стоял Палыч, тоже с удивлением глядя на Свету. Он думал, что она просто жестокий человек, а оказалось, всё гораздо хуже.
Света продолжила мыть посуду. Она не уволилась, никому ничего не сказала — просто закрылась в себе.
Через два дня Палыч привёл женщину.
— Светлана, вот, покажи ей всё. Это наша новая посудомойка.
Света молча сняла фартук.
— А мне куда заявление писать?
— Да...
Света опустила голову, а Палыч продолжил:
— На отпуск. Я с Иваном договорился. Хочу пригласить тебя кататься на лыжах. Знаю хорошую турбазу.
Света изумлённо посмотрела на Палыча.
— Для нас два разных номера, не переживай.
Турбаза действительно стала одним из любимых мест для молодой семьи. Договорившись с администрацией, они оставляли там альбомы с бездомными животными, которых подкармливала Валентина. Многим из них нашли новый дом.
Кстати, Света попросила прощения у Валентины и пригласила её на свою свадьбу с Андреем Палычем.
Валентина, как и всегда, простила её. Она была очень добрым человеком.
Друзья, очень благодарен за ваши лайки и комментарии ❤️ А также не забудьте подписаться на канал, чтобы мы с вами точно не потерялись)
Читайте сразу также другой интересный рассказ: