Вопрос зрителя:
«Вы эксплуатируете ностальгию и застряли в творческом тупике, не предлагая ничего нового? Не обидно ли вам быть "музейным экспонатом"?» Ответ артиста:
«Это не тупик, а классика и верность традициям. Мы пишем новое, но люди просят старое. Быть "хорошим музеем" — это не плохо, если музыка приносит радость и объединяет поколения». Юрий Маликов пытается убедить нас, что он — такой «хранитель священного огня» советской эстрады. Его аргумент про «хороший музей» звучит так, будто он работает экскурсоводом в собственной молодости. По сути, он говорит: «Мы не старые, мы антикварные! Кушайте то, что мы приготовили 20 лет назад, потому что свежее может вам не понравиться». Зритель платит за билет на машину времени, а Маликов делает вид, что двигатель этой машины всё еще работает на бензине творчества, а не на масле ностальгии. Юрий Маликов не прошел детектор. Его попытки выдать коммерческую эксплуатацию прошлого за «верность традициям» — это подмена понятий. Он талантливый организ