Алена проснулась от резкой боли в животе. На часах было четыре утра.
Рядом никого не было.
Муж уехал с друзьями на охоту два дня назад. В глухое место, где телефоны не ловят. «Последний раз перед ребенком отдохнем», — сказал он, собирая рюкзак.
Еще одна волна боли. Алена стиснула зубы. До срока две недели. Не может же это быть...
Но боль накатывала все чаще.
— Скорая? Схватки начались, — проговорила она в трубку дрожащим голосом. — Да, одна дома.
Пока ехала бригада, Алена собралась. Руки тряслись, но она старалась ни о чем не думать. Только бы добраться до больницы.
—Пока все нормально, — сказал врач после осмотра. — Будем наблюдать.
Но к вечеру стало ясно — проблема все-таки есть.
Алена лежала, сжимая простыню. Где Денис? Почему именно сейчас?
— Доченька, я приехала! — в трубку телефона говорила мама Вера. — Как ты? Где Денис?
— На охоте, — выдохнула Алена между схватками. — Связи нет.
Вера сжала губы, но промолчала.
Вечером подъехала свекровь — Елена Сергеевна. Худая, всегда собранная. В окно Алена видела, что она выглядит растерянной.
— Алена, родная, как дела?.
— Елена Сергеевна, не волнуйтесь. Все будет хорошо, — слабо улыбнулась Алена.
Но хорошо не было. Врачи хмурились, переговаривались тихо.
А за сто двадцать километров от города Денис сидел у костра и смотрел на Катю.
Она приехала с общими друзьями. Спонтанно. «Захотелось на природу», — сказала она, и сердце Дениса забилось, как в девятнадцать лет.
Катя. Его первая любовь. Та, что уехала в другой город семь лет назад. Выбрала другого. Разбила Денису сердце так, что он полгода не мог спокойно жить.
— Ты не изменился, — сказала она, садясь рядом. — Все такой же романтик.
— Изменился, — ответил Денис. — Женился.
— Знаю. На девочке-медсестре.
— Алена не девочка. И не медсестра. Она программист.
Катя засмеялась:
— Ты всегда меня поправлял. Помнишь?
Денис помнил все. Каждую ссору, каждое прощение, каждое «нам не по пути».
— Дороги размыло, — сказал Серега, подходя к костру. — Завтра точно не уедем. Может, и послезавтра.
— Вот блин, — проворчал кто-то из мужиков. — Жены убьют.
Денис молчал. Странно, но его такая новость даже обрадовала.
__
В больнице началась суета. Алена кричала, врачи готовили операционную.
Елена Сергеевна стояла в коридоре и набирала номер сына. Снова «Абонент недоступен».
— Где он, черт возьми! — не выдержала она.
Максим родился в два часа ночи. Маленький, но живой. Закричал сразу.
Алена плакала от облегчения:
— Можно его увидеть?
— Пока нет, — сказала врач. — У вас небольшие проблемы.
Следующие часы были, как в тумане. Капельницы, уколы, встревоженные лица медсестер.
А Денис этой ночью целовал Катю под звездами.
— Я никогда тебя не забывал, — шептал он. — Семь лет думал только о тебе.
— Глупости. У тебя жена, скоро ребенок...
— Жена — ошибка. Я ее не люблю. Никогда не любил. Только тебя.
Катя смотрела на него удивленно:
— Ты серьезно?
— Серьезнее некуда.
Утром хлынул ливень. Дороги окончательно превратились в болото.
— Теперь точно до завтра не выберемся, — констатировал Серега.
Денис был почти счастлив.
На второй день Алена держала Максима на руках. Крошечный, беззащитный. Ее сын.
— Где Денис? — спросила она у Елены Сергеевны.
— Скоро приедет, родная. Дороги размыло.
Но свекровь соврала. Дороги стали проезжими. Денис просто не спешил.
Через четыре дня он все-таки вернулся. Мокрый, усталый, но воодушевленный.
Елена Сергеевна встретила его на пороге:
— Где ты был? У Алены роды! Еле выходили ее!
-- Как она? — равнодушно спросил сын.
— Как она?! Ты отец! Максим родился! Твой сын!
— Мам, нужно поговорить.
Они сели на кухне. Денис налил себе чай дрожащими руками.
— Я разлюбил Алену, — сказал он тихо. — Хочу быть с другой.
— Что?!
— Я встретил Катю. Мою первую любовь. Мы будем вместе.
Елена Сергеевна побледнела:
— Ты спятил? У тебя новорожденный сын! Жена чуть не умерла!
— Мам, я не люблю ее. Никогда не любил по-настоящему.
— А ребенок? Твой ребенок!
— Буду помогать деньгами.
Мать встала, внутри бушевала буря, она не сдержалась дала сыну пощечину. Впервые за его двадцать восемь лет.
— Ты предатель, — прошептала она. — Трус и предатель.
Денис потер щеку:
— Не понимаешь. Это любовь всей моей жизни.
— Понимаю, что ты эгоист, — продолжила Елена Сергеевна. — Но Алена и Максим — моя семья. И я буду рядом с ними.
— Мам...
— Собирай вещи и съезжай к своей Кате. Только деньги сыну не забудь.
Денис кивнул и пошел складывать чемодан.
В больнице Алена ждала мужа.
— Денис приехал? — спросила она у Елены Сергеевны.
— Приехал, — коротко ответила свекровь. — Алена, родная... он не придет.
— Что значит не придет?
— У него другая женщина. Он уходит.
Алена смотрела на нее несколько секунд, не понимая.
— Как уходит? У нас сын. Новорожденный сын.
— Знаю. Алена, прости его. И меня прости.
— За что вас прощать? Вы же не виноваты.
Елена Сергеевна не могла сдержать слёз.
— Я его мать. Я его такого воспитала.
— Елена Сергеевна, не надо...
— Надо. Скажи честно — ты его любила?
Алена подумала:
— Любила. Но, знаете... последние месяцы я чувствовала, что он где-то не здесь. Физически рядом, а душой — далеко.
— Интуиция не подвела.
— А теперь что?
— Теперь я буду помогать с Максимом. А Денис пусть живет, как хочет.
Через неделю Алену с ребенком выписали. Она пошла не домой — к маме Вере. В маленькую двушку, где когда-то росла сама.
— Правильно решила, — сказала Вера, устраивая внука в детской кроватке. — Здесь тебе будет спокойнее.
Денис за неделю ни разу не появился. Только прислал сообщение: «Как дела? Деньги переведу завтра».
Алена не ответила.
Елена Сергеевна приезжала каждый день. Привозила детские вещи, памперсы, помогала с купанием.
— Вы не обязаны, — говорила ей Алена.
— Максим мой внук. А ты мне, как дочь.
— А Денис?
Елена Сергеевна не могла ответить.
Через месяц все знакомые знали, что Денис Орлов живет с разведенной Катей Ломакиной и воспитывает ее сына Рому. Водит на футбол, ходит на родительские собрания, покупает игрушки.
— Представляешь? — рассказывала подруга Алене. — Видела их в торговом центре. Такая идиллия. А своего сына даже не навещает.
Алена молча кормила Максима. Ей было больно, но не от ревности. От несправедливости.
— Не думай об этом, — сказала мама Вера. — Лучше любуйся своим сокровищем.
Максим улыбался. Строил рожицы.
Как-то вечером Денис все-таки приехал. Стоял под окнами и звонил:
— Алена, выйди. Поговорить нужно.
Она спустилась. Он похудел, осунулся.
— Как дела? — неловко спросил он.
— Хорошо.
— Максим как?
— Растет.
— Можно посмотреть?
— Спит уже.
— Понятно. — Денис помолчал. — Алена, я не хотел так. Просто получилось...
— Получилось, — согласилась она. — Что хотел сказать?
— Деньги переводить буду. И если что нужно...
— Спасибо.
— Алена, ты меня прости.
Она посмотрела на него внимательно. Когда-то любила этого человека. Планировали вместе будущее. Выбирали имя ребенку.
— Прощаю, — сказала она. — Иди к своей семье.
Денис кивнул и пошел к машине. Обернулся:
— Если Максим спросит...
— Скажу правду. Когда вырастет.
После этого он не приезжал.
А жизнь шла дальше. Максим рос, начал переворачиваться, гулить, тянуться к игрушкам. Алена училась быть мамой — без мужа, но не одна. Рядом были Вера и Елена Сергеевна.
Они сидели на кухне, пили чай. За окном падал первый снег.
— Елена Сергеевна, я хочу, чтобы вы знали: Максим всегда будет рад вам. Вы его бабушка.
— А ты мне как дочь, — повторила женщина. — Настоящая дочь. Дениса я потеряла. А тебя и Максима — приобрела.
— Даже если я когда-нибудь выйду замуж за другого?
— Даже тогда. Вы моя семья. Единственная семья.
Максим проснулся и потянулся к бабушке. Елена Сергеевна взяла его на руки:
— Правда ведь, солнышко? Мама и бабушки — твоя семья.
В другом конце города Денис помогал Роме с домашним заданием по математике. Мальчик называл его папой, и это грело душу.
Но иногда, засыпая, Денис думал о Максиме. О сыне, которого никогда не держал на руках.
«Потом, — говорил он себе. — Когда вырастет, все объясню». Только сам был в этом не уверен.
Конец