— Машенька, смилуйся, — рыдал князь. — я не смогу жить без тебя.
Мария устало смотрела на него. Ей было всего двадцать два года. За плечами груз неудачного брака, и ей не хотелось наступать на прежние "грабли" — выходить замуж за нелюбимого мужчину. Она металась между угрызениями совести и желанием быть счастливой.
С князем счастье было невозможно. Он ясно дал ей понять, что никогда не примет ее профессию и будет изматывать ревностью.
Маша появилась на свет в марте 1854 года. Ее родителями были провинциальные актеры. Когда Маше было тринадцать лет, супруги разбежались, разделив между собой детей.
В пятнадцать лет Маша удачно дебютировала на сцене, а в шестнадцать лет ее хитростью заманил в брак актер Николай Николаевич Савин. Он был старше девушки в два раза. Несколько лет она надеялась, что сможет свить с ним счастливое семейное гнездышко, пока не поняла, что все бесполезно. Савин любил веселую разгульную жизнь, деньги проматывал в картах и любовью жену не баловал (обо всем этом я подробно писала в предыдущей публикации, сейчас кратко).
К 1875 году от брака остались одни формальности. Маша, сосредоточившись на театральной карьере, покоряла города. Она добралась до Петербурга и сумела получить место в Александринском театре.
Один из критиков того времени писал:
С г-жою Савиной русский театр ожил и напоминает старые дни золотого
своего века, когда артисты играли с вдохновением… игра ее проста
донельзя, дикция превосходная, вместе с грациозностью в осанке и
изяществом в движениях.
Зимой 1876 года Мария Савина ощущала жуткую слабость и недомогание. Врачи ей поставили астму (с подозрением на чахотку) и посоветовали временно сменить климат. Взяв у дирекции театра отпуск на полгода, актриса отправилась поправлять здоровье во Флоренцию. Там ее встретил князь Евгений Юрьевич Голицын-Головкин. Он был бывшим другом Николая Николаевича Савина и очень тепло относился к Марии.
Именно князь позвал Марию во Флоренцию, говоря, что местный климат поможет ей набраться сил. Молодая актриса по-детски верила, что внимание князя носит исключительно дружеский характер. Его внимательные изучающие взгляды она принимала за обычную заботу близкого человека. Ей было невдомек, что мужчина сгорает от страсти к ней.
После трех недель, проведенных во Флоренции, Мария почувствовала, что ее здоровье начинает улучшаться. Компаньонка актрисы заметила:
— Какой замечательный человек князь. Он с такой трепетной заботой относится к вам. Мне кажется, что если бы не он, вас бы уже не было...
Мария вздрогнула и ощутила, что с ее глаз упала пелена. Внезапно она ясно осознала, какие чувства руководят князем, и ее сердце болезненно сжалось. Она не хотела его любви!
С того дня Мария начала настороженно относиться к действиям Евгения Юрьевича. Она аккуратно взвешивала каждое слово, чтобы не спровоцировать в нем всплеск надежды.
Приближался день рождения актрисы. Князь обмолвился, что в этот день раскроет ей нечто важное, и она со страхом ждала его откровений, заранее накручивая себя, что если он признается в любви, то получит от нее ушат ледяного презрения. Ведь она так дорожила его дружбой, а он решил все опошлить!
30 марта Евгений Юрьевич пришел к Савиной. В подарок он преподнес ей миниатюрный портрет своей племянницы в рамке флорентийской мозаики. Актриса сама его просила подарить изображение девочки, и он выполнил ее просьбу.
Князь не спешил с признанием и Мария загорелась надеждой, что неловкой ситуации не будет. Но нет. Дождавшись, когда они останутся наедине, князь проговорил:
— Мария, я люблю вас всем сердцем и хочу чтобы вы стали моей женой.
Савина остолбенела от удивления. В ту же минуту ей стало безумно стыдно. Она хоть и ждала его слов любви, но думала, что он предложит ей стать содержанкой. А тут такое благородное предложение.
— Евгений Юрьевич, я польщена, но это невозможно, — пробормотала Мария, — Кто вы, и кто я... Ваша семья никогда меня не примет.
Князь заметался по комнате и начал бурно доказывать Савиной, что она ошибается, и его семья примет ее как родную. Он уверял ее, что долго обдумывал свое решение, и не сомневается в нем. Она, слушая его, недоверчиво качала головой. Даже если все так, как он говорит, у нее есть уже опыт неудачного брака без любви.
— Мария, я вижу, что вы сомневаетесь, но поймите, что цель моей жизни, ваше здоровье, спокойствие и развитие таланта, — убеждал князь, — Я знаю, что вы меня не любите, но я уверен в вашей дружбе. Она будет залогом нашего брака.
— Нет! — воскликнула Мария.
Евгений Юрьевич остановился перед актрисой. Его руки безвольно повисли, а из глаз потекли слезы. Она потрясенно смотрела, как он горько плачет, и чувствовала себя совсем растерявшейся.
— Успокойтесь, не плачьте. Я вам не отказываю, я просто не ожидала вашего предложения. Дайте мне время подумать.
Князь облегченно выдохнул.
Если Мария полагала, что ее "я подумаю" означает завуалированный отказ, то князь был в полной уверенности, что она сказала "да". Теперь при встречах он рассуждал о совместном будущем, строил далеко идущие планы, а Савина деликатно помалкивала, переживая, что ее возражения снова вызовут слезы.
Молчание привело к тому, что князь стал считать себя женихом актрисы. Уже вскоре он повез ее знакомиться со своими сестрами, находящимися во Флоренции. Она не противилась.
Через несколько недель князь собрался возвращаться в Россию. Он пришел к Марии и сказал, что нужно уладить дела с ее мужем, договориться о разводе.
Из воспоминаний Марии:
Я согласилась, сообразив, что развод не повредит ни в каком случае, а только развяжет меня от обязательств, иногда предъявляемых мужем в виде старых долгов... В душе я все-таки не верила в возможность моего брака с князем и думала, что время возьмет свое, а между тем дела устроятся, тогда мой отказ не будет пагубен для его состояния.
Конечно, Савин не хотел давать развода, но князь вложил приличное количество денег в его согласие. Он оплатил Николаю Николаевичу приезд к Марии и убедил того, чтобы он отпустил жену. Естественно, за очень приличную сумму. Когда переговоры с князем были завершены, Савин подошел к жене и проговорил:
Я давно знаю князя и с удовольствием уступаю ему свои права, с ним вы будете счастливы, и я хоть немного исправлю свою вину перед вами.
Побледневшая Мария испытывала только одно желание — ударить мужа. Но сдержалась.
15 августа 1876 года Савина вернулась в Петербург и сразу же нырнула в театральную жизнь. Ее здоровье восстановилось, и она со всей страстью отдалась ролям.
Князь приходил на каждый спектакль Савиной. Вскоре она узнала, что он всем рассказывал об их предстоящей свадьбе. Ее это сильно рассердило. Она не понимала, зачем он всех ставит об этом в известность, когда они сами не определились.
— Пожалуйста, не нужно приходить ко мне каждый раз, — попросила Мария жениха, — вы меня компрометируете.
Некоторое время князь прислушивался к пожеланию невесты, но потом снова начал навещать ее, объясняя свое появление тем, что он не может жить, не видя любимую.
Внутри Марии назревало сильнейшее раздражение. Она совершенно не любила князя, испытывала к нему физическую неприязнь и не могла представить, что будет его женой. У Савиной была надежда, что другие родственники князя воспротивятся его желанию жениться на актрисе, и он прислушается к ним.
Евгений Юрьевич чувствовал, что невеста избегает его, и страдал. Дошло до того, что он начал ревновать к происходящему на сцене, а потом закатывать Марии скандалы.
— Он слишком сильно обнимал вас, а вы могли бы на него так не смотреть! — отчитывал князь Савину. — Я не могу все это видеть. У меня нет ни минуты покоя!
— А что же будет дальше, после нашей свадьбы? — спросила пораженная его горячностью Мария.
— Я не знаю, не знаю, — честно признался он.
Припадки с ревностью стали повторяться.
Савина поняла, что ее терпение истощено. Она отчетливо понимала, что после свадьбы князь запретит ей играть в театре. Нужно было поставить точку на происходящем.
Мария позвала к себе князя и объявила ему, что хорошо все обдумала и решила, что не выйдет за него замуж. Евгений Юрьевич весь померк... Он начал унижаться и умолять ее не отказывать ему, обещая, что в самом браке не тронет ее, что их брак будет фиктивным. Она смотрела на него с жалостью и презрением, желая, чтобы этот фарс скорее прекратился.
Поняв, что все бесполезно, князь ушел.
Произошедшее надломило Голицына-Головкина. В 1877 году он был зачислен на действительную службу на флот. Когда было сражение с турецким броненосцем, он был готов погибнуть. Об этом сохранились воспоминания его капитана:
Долг мой заставляет меня упомянуть о самоотвержении князя
Голицына-Головкина: заметя, что мостик в особенности осыпается снарядами и что некоторые из неприятельских снарядов покрыли уже кров... весь мостик…, Голицын под всякими предлогами старался заслонить меня, желая мне служить щитом.
Но судьба оберегала князя... В боях он не пострадал. Его не стало в сентябре 1887 года. Ему был всего сорок один год. Причина кончины неизвестна.
Что касается Марии, то после разрыва с князем ее ждала настоящая любовь в лице офицера Никиты Никитича Всеволожского. Об этом можно прочитать по ссылке ниже:
Благодарю, что дочитали. Ваши лайки помогают развитию канала.