Анна Петровна в последний раз проверила сервировку стола и посмотрела на часы. Половина второго. Семья должна была собраться к двум, как всегда, по воскресеньям вот уже двадцать лет подряд. Она разгладила скатерть и поправила салфетки — все должно было быть идеально.
Первым пришел средний сын, Михаил, с женой Светланой и десятилетним Артемом. Внук сразу же убежал к дедушке в гостиную, где Иван Сергеевич читал газету в своем любимом кресле.
— Мам, пахнет потрясающе, — Михаил поцеловал мать в щеку. — Что готовишь?
— Твой любимый борщ и котлеты по-киевски, — ответила Анна Петровна, но голос звучал натянуто.
Светлана молча повесила куртку и прошла на кухню помогать. За годы брака она научилась чувствовать напряжение в доме.
— Елена опять опаздывает? — спросила она тихо.
Анна Петровна кивнула, поджав губы. Старшая дочь всегда находила повод прийти позже всех, а иногда и вовсе не приходила, ссылаясь на важные дела.
В дверь позвонили. На пороге стоял младший сын Дмитрий с букетом хризантем.
— Прости, мам, — он обнял мать. — Пробки были жуткие.
Дмитрий был любимчиком — самый младший, самый заботливый, единственный, кто звонил каждый день и не пропускал семейных обедов. Но даже его присутствие не смогло скрыть пустое место за столом.
— Может, начнем? — предложил Иван Сергеевич, выйдя из гостиной с внуком на плечах.
— Подождем еще немножко, — твердо сказала Анна Петровна.
Прошло еще полчаса. Борщ остывал, котлеты теряли аппетитный вид. Михаил нервно постукивал пальцами по столу, Светлана пыталась развлечь Артема, а Дмитрий то и дело поглядывал на телефон.
— Мам, Лена написала, что задерживается на работе, — сказал он наконец.
— В воскресенье? — не поверила Анна Петровна.
— У нее важная презентация завтра.
Воцарилось неловкое молчание. Все знали, что Елена избегает семейных встреч с тех пор, как полтора года назад развелась с мужем. Она словно винила семью в том, что не смогла сохранить брак, хотя никто никогда не вмешивался в ее личную жизнь.
— Ну и ладно, — резко сказала Анна Петровна. — Садимся за стол.
Обед проходил натянуто. Обычные разговоры о работе, погоде, планах на неделю не могли скрыть общего дискомфорта. Артем чувствовал напряжение взрослых и ел молча, изредка украдкой поглядывая на бабушку.
— Бабуль, а тетя Лена больше не будет с нами обедать? — спросил он вдруг.
Анна Петровна едва не расплакалась.
— Будет, внучек. Просто у нее сейчас много работы.
— А помнишь, как она учила меня играть на пианино? — продолжал мальчик. — И пекла те смешные печенья в форме животных?
Теперь слезы подступили к глазам у всех. Елена действительно была душой семьи — веселая, творческая, всегда придумывавшая какие-то игры и сюрпризы. После развода она словно ушла в себя, стала избегать близких.
— Может, съездим к ней? — предложил Дмитрий.
— Зачем навязываться, — горько сказала мать. — Если она не хочет видеть семью, значит, мы ей не нужны.
— Мам, это не так, — Михаил положил руку на плечо матери. — Ей просто больно сейчас. Развод — это тяжело.
— А нам разве не больно? — всхлипнула Анна Петровна. — Я каждое воскресенье жду, что она придет. Готовлю ее любимые блюда. А она...
Иван Сергеевич встал из-за стола и обнял жену.
— Аня, не мучай себя. Дети выросли, у них своя жизнь.
— Но семья должна быть вместе! Особенно в трудные времена.
В этот момент раздался звонок в дверь. Все замерли. Дмитрий пошел открывать и через минуту вернулся с Еленой. Она выглядела усталой, глаза были красными, волосы растрепанными.
— Простите, — сказала она, не поднимая головы. — Я... я хотела прийти, но...
Анна Петровна встала и молча обняла дочь. Елена разрыдалась.
— Мам, мне так стыдно. Я думала, что если буду избегать вас, то мне будет легче. Но мне только хуже. Я скучаю по нашим воскресеньям, по нашим разговорам...
— Глупая моя девочка, — шептала мать, гладя дочь по волосам. — Мы же семья. В семье не бывает стыдно.
Все встали и окружили Елену. Артем повис у нее на шее.
— Тетя Лена, я так соскучился! Расскажи мне про работу. Ты же художник компьютерный!
Елена засмеялась сквозь слезы.
— Дизайнер, солнышко. Графический дизайнер.
— А покажешь мне свои рисунки?
— Обязательно.
Анна Петровна быстро подогрела борщ и принесла свежие котлеты из духовки. За столом снова воцарилась привычная атмосфера тепла и уюта.
— Знаете, — сказала Елена, — я понял одну вещь. Когда у тебя рушится одна семья, не стоит разрушать другую. Вы — мой фундамент. И как бы мне ни было больно, я не должна была отталкивать вас.
— А мы не должны были давить на тебя, — признался Михаил. — Каждый переживает горе по-своему.
— Семья — это не только радость, — добавил отец. — Это еще и умение быть рядом в трудные времена, даже если не знаешь, как помочь.
— И умение прощать, — сказала Светлана. — Друг друга и себя.
Елена взяла Артема на руки.
— А еще семья — это когда тебя ждут каждое воскресенье, даже если ты не приходишь.
— И готовят твой любимый борщ, — добавила Анна Петровна со смехом.
— Мам, а можно я теперь буду приходить и помогать готовить? Мне кажется, я забыла, как это делается.
— Конечно, доченька. Мы вместе приготовим что-нибудь особенное к следующему воскресенью.
Солнце заходило, когда семья наконец разошлась из-за стола.
Артем сразу же повел Елену за руку к своему столику. Который всегда ждал его с рисунками и красками.
— Тетя Лена, смотри какие у меня краски и карандаши. Я могу тебе их подарить. Хочешь?
Лена рассмеялась:
— Давай, малыш, я лучше расскажу тебе про свою работу. Если, конечно, тебе интересно.
— Конечно. Давай рассказывай.
Елена рассказывала о своей работе, показывала на телефоне последние проекты. Артем заворожено слушал, как тетя объясняет, что такое логотип и зачем нужны красивые картинки в рекламе.
— А ты можешь нарисовать логотип для моего класса? — попросил мальчик.
— Конечно! А какой у вас класс?
— Обычный, четвертый «Б». Но мы самые дружные!
— Тогда придумаем что-то особенное.
Дмитрий достал гитару, которая всегда стояла в углу гостиной. Раньше на нее никто не обращал внимания, но сегодня ему захотелось поиграть. Он негромко заиграл старую песню, которую все помнили с детства.
— Помните, как мы пели эту песню в машине, когда ездили на дачу? — спросила Елена.
— Конечно. Я помню, — улыбнулся Михаил. — Ты всегда фальшивила на высоких нотах.
— Зато с душой! А ты вообще слова забывал и мычал что-то неопределенное.
— А я помню, как папа учил нас играть на этой гитаре, — добавил Дмитрий, не прекращая играть. — У меня пальцы болели после каждого урока.
Иван Сергеевич рассмеялся:
— Зато теперь играешь лучше меня. А Лена вообще отказалась учиться, сказала, что у нее пальцы не для музыки, а для рисования.
— И была права, — сказала Анна Петровна, разливая чай. — Каждый должен заниматься тем, к чему у него душа лежит.
— А у меня душа лежит к печенью, — объявил Артем, заставив всех рассмеяться.
— Тогда пошли на кухню, испечем что-нибудь вместе, — предложила бабушка.
Пока женщины возились на кухне с тестом, мужчины остались в гостиной. Дмитрий отложил гитару и серьезно посмотрел на отца и брата.
— Знаете, я думаю, нам стоит больше внимания уделять друг другу. Не только по воскресеньям.
— Согласен, — кивнул Михаил. — Я понял сегодня, что мы стали слишком заняты своими делами. Работа, кредиты, планы... А семья как-то отошла на второй план.
— Раньше мы каждые выходные что-то делали вместе, — вспомнил отец. — Рыбалка, дача, походы в театр. А теперь только эти воскресные обеды.
— Надо это исправлять, — решительно сказал Дмитрий. — Может, устроим семейный выезд на природу? Как раньше?
— Отличная идея! Елене сейчас особенно нужно отвлечься от всех этих переживаний. И ничего, что на дворе зима.
— А Артему будет здорово. Он часто спрашивает, почему мы больше не ездим на дачу всей семьей.
С кухни доносились смех и веселые голоса. Анна Петровна учила внука раскатывать тесто, Светлана помогала Елене вспомнить рецепт бабушкиных пряников, а Елена рассказывала смешные истории с работы.
— Представляете, — говорила Елена, посыпая печенье корицей, — заказчик просит логотип для своего бизнеса. Я спрашиваю: какой у вас бизнес? А он отвечает: продаю счастье. Я думаю — метафора какая-то. Оказалось, он торгует воздушными шариками!
— И что ты нарисовала? — смеялась Светлана.
— Радугу из шариков! Он был в восторге.
— Лена, а ты подумывала открыть свою студию? — спросила мать. — У тебя такой талант.
Елена задумалась, формируя из теста маленьких человечков.
— Знаешь, мам, я об этом думала. Особенно после развода. Может, это знак — начать что-то новое, свое.
— Мы поможем, — сказала Светлана. — У Миши много знакомых предпринимателей, может, кто-то станет твоим первым клиентом.
— А я могу быть твоим первым помощником! — объявил Артем, весь в муке.
— Конечно можешь, — обняла его тетя. — Будешь тестировать мои рисунки. Нравятся детям — значит, получилось.
Когда печенье было готово, семья снова собралась в гостиной. За окном уже стемнело, но никто не спешил расходиться. Это был особенный вечер — первый за долгое время, когда все были вместе по-настоящему.
— Мам, пап, — сказала Елена, — я хочу извиниться перед всеми. Не только за сегодня, но и за все эти месяцы. Я была эгоисткой.
— Лена, не нужно, — начал Михаил.
— Нет, нужно. Я думала только о своей боли и забыла, что у меня есть люди, которые меня любят просто так, без условий. А вместо благодарности я их оттолкнула.
Анна Петровна села рядом с дочерью и взяла ее за руку.
— Доченька, в жизни бывают моменты, когда нам кажется, что весь мир против нас. Это нормально. Главное — помнить, что семья всегда будет ждать тебя дома.
— Даже если я снова буду вести себя как дура?
— Особенно тогда, — рассмеялся Дмитрий.
— А теперь давайте договоримся, — сказал Иван Сергеевич. — Никаких больше секретов. Если у кого-то проблемы — говорим открыто. Если нужна помощь — просим. Если хочется побыть одному — предупреждаем, но не исчезаем совсем.
— И встречаемся не только по воскресеньям, — добавил Михаил. — Может, раз в месяц выбираемся куда-то всей семьей.
— А я хочу, чтобы тетя Лена научила меня рисовать на компьютере, — вставил Артем.
— Обязательно научу. А еще мы вместе придумаем дизайн твоей комнаты. Хочешь?
— Хочу! Можно сделать ее космической?
— Можно. Нарисуем планеты, звезды, ракеты...
— И пришельцев!
— И пришельцев, — согласилась Елена.
Поздним вечером, когда все наконец стали собираться домой, Анна Петровна остановила Елену у двери.
— Лена, ты знаешь, что всегда можешь вернуться домой? Твоя комната так и стоит нетронутая.
— Знаю, мам. И это меня очень поддерживает. Но мне нужно научиться жить самостоятельно. Просто теперь я знаю, что делаю это не одна.
— Тогда обещай звонить каждый день. И приходить каждое воскресенье.
— Обещаю. А еще я помогу тебе готовить. Хочу вспомнить все наши семейные рецепты.
— С удовольствием научу. А может, и новые придумаем.
Когда дети разъехались, Анна Петровна и Иван Сергеевич еще долго сидели на кухне, допивая чай и делясь впечатлениями от прошедшего дня.
— Знаешь, Ваня, — сказала Анна Петровна, убирая со стола остатки печенья, — сегодня я поняла, что мы слишком привыкли к тому, что семья — это что-то само собой разумеющееся.
— Да, — согласился муж, — мы решили, что достаточно просто быть рядом. А оказалось, что нужно еще и уметь отпускать, и уметь принимать обратно.
— Лена повзрослела сегодня. И мы тоже.
— А помнишь, как боялись, что она больше никогда не вернется к нам? — Иван Сергеевич обнял жену за плечи.
— Боялась. Но теперь понимаю — настоящая семья не может распасться из-за гордости или обид. Она может только стать крепче.
Анна Петровна посмотрела на фотографии детей на холодильнике — Елена с мольбертом, Михаил с дипломом, Дмитрий с гитарой, маленький Артем с мороженым.
— Завтра позвоню Лене, — решила она. — Предложу вместе выбрать ткани для штор в ее квартиру. Пора помочь ей обустроить новую жизнь.
— Отличная идея. А я поговорю с мальчиками насчет той рыбалки. Давно пора возобновить наши мужские традиции.
— Зимой-то? — улыбнулась Анна Петровна.
— А что? Зимой даже интереснее. Над прорубью-то…
Выключив свет на кухне, супруги прошли в спальню. За окном шел хлопьями снег, а в доме царила особая тишина — та, что бывает только после важных разговоров и искренних объятий.
— Аня, — сказал Иван Сергеевич, уже засыпая, — кажется, наша семья наконец-то снова стала целой.
— Да, — прошептала жена, — и даже крепче, чем была. Потому что теперь мы знаем, что семья — это не только кровь, но и выбор. Каждый день мы выбираем любить друг друга, несмотря ни на что.
А в своей квартире Елена сидела за компьютером и рисовала эскиз логотипа для Артемова класса — солнце с лучиками-детьми, держащимися за руки. «Семья», — написала она под рисунком и улыбнулась. Завтра она покажет его племяннику. Завтра она позвонит маме. Завтра начнется новая неделя, но воскресенье будет ждать ее дома, как всегда.
***
Иногда нужно потеряться, чтобы найти дорогу домой. И понять, что дом — это не место, а люди, которые любят тебя в любых обстоятельствах и всегда готовы накрыть лишний прибор за семейным столом.
Конец