Рей пишет так, будто он не пугает, а сдает экзамен по литературе: “Позёмка, лёгкая, шуршащая, стирает отпечатки за минуты…” Окей, красиво.
Но ты же не читаешь это ночью и не думаешь: “О боже, страшно!”
Ты думаешь: “А он точно не преподаватель по стилистике?” Страшилка должна пугать, а не заставлять гуглить слово “позёмка”. “Мозг умеет быть убедительным, когда хочет, чтобы ты сделал ‘правильный’ поступок.” Это уже не страшилка, это внутренний монолог человека, который слишком много читал Юнга. Вместо “мне страшно” — у нас “мозг убеждает меня в правильности поступка”. Где ужас? Где паника? Где хотя бы один крик “ЧТО ЗА ХРЕНЬ?!” “Будто дорога стала вязкой…” Окей, атмосферно.
Но это не пугает — это звучит как жалоба: “У меня подвеска не тянет, и тормоза странные. Может, в сервис?” Вместо “я в ловушке” — у нас “я чувствую, что сцепление не то”. “Он не просит — он заставляет уступить.” Это уже не мистика.
Это типичный токсичный человек, который говорит: Это не призрак. Это бывший, который не