Кирилл сидел в гостиной, когда раздался звонок. Он машинально взял телефон, увидел номер Маргариты и на секунду задумался – стоит ли отвечать. Но всё‑таки нажал на кнопку приёма, вдруг что-то с Артуром случилось?
– Ты сына больше никогда в жизни не увидишь! – голос Маргариты ворвался в трубку, резкий и пронзительный. Она говорила так громко, что Кирилл невольно отодвинул смартфон от уха. – Слышишь? Никогда! Я, наивная, думала, что помогаю вам восстановить отношения, а что в итоге? Вот так ты обращаешься с нашим мальчиком?
Кирилл сжал телефон в руке. Разговоры с бывшей женой всегда выматывали, а сейчас, когда она сразу перешла на крик, стало особенно тяжело. Он глубоко вдохнул, пытаясь удержать себя в руках. В голове мелькнула мысль: “Опять начинается…”
– Да что случилось? – произнёс он, стараясь говорить спокойно, но голос всё же прозвучал резче, чем ему хотелось. – Можешь объяснить по‑человечески?
– Ты ещё спрашиваешь? – Маргарита будто задохнулась от возмущения, слова вырывались сплошным потоком. – Эта твоя Лизонька, – она нарочито растянула имя, явно передразнивая бывшего мужа, – посмела обидеть нашего сына! Чем ей не угодил десятилетний мальчик? Артур мне всё рассказал! Она на него орала, обзывала последними словами, а под конец подняла руку! Это всё случилось в твоём доме! Я тебя родительских прав лишу!
Кирилл нахмурился. История звучала настолько нелепо, что он на мгновение задумался: а не придумывает ли Маргарита всё это на ходу? Вот только чего она хочет эти добиться?
Он окинул взглядом комнату, заметил жену, которая вопросительно посмотрела на него. Мужчина покачал головой и перевел беседу на громкую связь.
– Ты мне угрожаешь? – спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Ты хоть понимаешь, к каким последствиям могут привести твои слова?
– Можешь считать и так, – ответила Маргарита. В её голосе теперь звучала холодная решимость, она точно знала, что хочет получить от бывшего мужа. – Артуру теперь потребуется дорогостоящее лечение у детского психолога! Ребёнок получил такую травму! Родной отец позволил над ним издеваться!
Она громко всхлипнула, но звук получился настолько театральным, что даже сама Маргарита, похоже, поняла – переборщила. На секунду в её голосе проскользнула неуверенность, но она тут же взяла себя в руки.
– В общем, так, – продолжила она уже более твёрдо. – Не хочешь потерять сына безвозвратно? Жду от тебя перевод на кругленькую сумму. Ты, кажется, собирался машину новую покупать? Вот как раз этой суммы нам с сыном будет достаточно. И на лечение хватит, и на компенсацию морального вреда. Срок тебе до вечера.
Маргарита резко нажала кнопку отбоя, даже не дав Кириллу сказать ни слова в ответ. Она едва сдерживала довольную улыбку, представляя, как потратит полученные деньги. В мыслях уже вырисовывалась картина: шикарная новая шубка, элегантная сумочка, те самые сапожки на высоком каблуке, которые она приметила ещё месяц назад в витрине модного магазина. Всё это будет её – стоит лишь настоять на своём.
Она уверенно расхаживала по комнате, мысленно прикидывая, сколько максимально сможет запросить. Кирилл, несмотря на свой непростой характер, без памяти любил сына. Это было её главным козырем! Последние несколько месяцев она старательно работала над тем, чтобы настроить Артура против отца. Разговор за разговором, ненавязчивые вопросы, осторожные замечания – всё это постепенно давало плоды. Мальчик начал сомневаться в отце, всё чаще говорил, что папа его не любит.
Маргарита помнила тот день в суде, когда Артур, глядя на судью серьёзными глазами, чётко произнёс: “Я хочу жить с мамой. С папой мне не нравится”. Сердце её тогда едва не выпрыгнуло из груди от радости! После этих слов, разумеется, решение было принято в её пользу – местожительство ребёнка определили с матерью, а Кириллу назначили внушительные алименты.
Но и это было ещё не всё! Маргарита хорошо помнила, как ловко ей удалось убедить бывшего мужа оставить сыну квартиру в центре города. Тогда она говорила о будущем Артура, о том, как важно обеспечить ребёнку жильё. Кирилл, всегда заботившийся о сыне, согласился. Для Маргариты это стало настоящей победой – ведь своего жилья у неё не было. В браке ей не удалось уговорить мужа переехать в другую квартиру, а после развода перспектива вернуться в родной посёлок к родителям выглядела совсем уж непривлекательно.
Теперь, стоя у окна и глядя на оживлённую улицу, Маргарита мысленно составляла список покупок. Всё складывалось именно так, как она задумала. Она была уверена: Кирилл не станет спорить, не рискнёт потерять возможность видеть сына. А значит, деньги скоро будут у неё, и она наконец сможет позволить себе всё, о чём давно мечтала.
Кирилл всегда относился к своим обязанностям отца ответственно. Алименты он перечислял аккуратно, ни разу не опоздав с платежом. Кроме того, он полностью обеспечивал сына одеждой – от носков и футболок до зимней куртки и школьной формы. Не забывал и про увлечения Артура: оплачивал занятия в футбольной секции, а летом отправлял мальчика в спортивный лагерь, где тот с удовольствием проводил время с ровесниками.
Но Маргарите этого было мало. Она постоянно ощущала нехватку денег, хотя и не могла открыто тратить алименты на собственные нужды. Кирилл заранее предупредил – если узнает, что средства идут не на ребёнка, сразу обратится в суд.
– Я лучше буду половину этих денег на счёт сыну откладывать! – заявил он при очередной встрече. – Так ему хоть что‑то перепадет, когда вырастет.
Маргарита лишь молча сжала губы. Она привыкла к определённому уровню жизни – с брендовыми вещами, дорогой косметикой и украшениями. Да, она работала, но зарплата едва покрывала базовые расходы. Купить новую сумку из последней коллекции или серьги с бриллиантами на обычные доходы было нереально.
Однажды, сидя в кафе с подругой Яной, Маргарита не выдержала и выложила все свои переживания. Она рассказывала о постоянном финансовом напряжении, о том, как приходится считать каждую копейку, выискивать варианты, чтобы хоть как‑то поддерживать привычный образ жизни.
Яна слушала, слегка улыбаясь, потом непринуждённо предложила:
– Ну так стряси побольше с бывшего мужа. – В её голосе звучал лёгкий смешок. – И это не так сложно, как ты думаешь. Он же сына любит?
– Больше всего на свете, – без колебаний ответила Маргарита.
– Вот на этом и сыграй. Позвони Киру и скажи, что тебе нужно уехать в краткосрочную командировку на ближайшие выходные. Пускай возьмёт Артура к себе, заодно и с новой женой познакомит.
Маргарита недовольно скривилась, услышав предложение подруги. Мысль о том, что Артур познакомится с Лизой, вызывала у неё острое раздражение. В голове тут же зароились тревожные предположения: а вдруг эта девушка окажется не так проста? Вдруг она сумеет найти общий язык с мальчиком, расположить его к себе? А там, глядишь, Артур начнёт чаще оставаться у отца, проникнется к нему симпатией, а потом и вовсе захочет жить с ним… Нет, такого допускать точно нельзя!
– И чем это мне поможет? – произнесла она с явным недовольством, нервно поправив прядь волос. – Я категорически против того, чтобы Артур общался с этой Лизой.
Яна лишь снисходительно улыбнулась, словно разговаривала с несмышлёным ребёнком. Она неторопливо отпила кофе, поставила чашку на стол и спокойно продолжила:
– Сначала дослушай. Всё продумано, схема уже отработана. Ты скажешь Артуру, что папа может вернуться в семью, но для этого нужно, чтобы Лиза показала себя не с лучшей стороны. Объяснишь сыну: если он будет вести себя с ней плохо – капризничать, устраивать истерики, всячески её доводить, – а с папой при этом оставаться милым и послушным, то всё получится. Лиза начнёт жаловаться мужу на ребёнка, а Кирилл, естественно, поверит сыну. Он же обожает Артура.
Маргарита слушала, постепенно вникая в схему. В её глазах появился заинтересованный блеск, хотя внутри всё ещё шевелилось настороженное сомнение.
– А когда Артур вернётся домой… – Яна сделала многозначительную паузу и расчётливо улыбнулась, – начнётся основное действо.
– Заинтриговала, – признала Маргарита, невольно подавшись вперёд. – И что дальше?
– Дальше всё просто. Ты звонишь бывшему в истерике и заявляешь, что сын тебе рассказал ужасные подробности прошедших выходных. Говоришь, что Лиза его ударила, причём неоднократно. Описываешь всё в самых мрачных красках – как она кричала, как поднимала на него руку, как он боялся. И завершаешь фразой: “Если ты не хочешь потерять сына навсегда, придётся раскошелиться”.
Маргарита задумчиво провела пальцем по краю блюдца. План выглядел дерзким, но… рабочим. В голове уже складывались фразы, которыми она могла бы описать “ужасные события”. Но тут же всплыли и тревожные мысли: а если Кирилл не поверит? А если Артур что‑то перепутает или не справится с ролью? А вдруг вся эта затея обернётся против неё?
– Думаешь, получится? – спросила она, стараясь скрыть колебания. – А вдруг я только хуже сделаю?
Яна уверенно кивнула, откинувшись на спинку стула. В её взгляде читалась непоколебимая уверенность.
– У меня же получилось, – напомнила она. – Мой бывший тоже был уверен, что я просто пытаюсь его шантажировать. Но когда ребёнок начал рассказывать про “злую мачеху”, он засомневался. А потом и вовсе сдался. Деньги – это самое простое, что они могут отдать, лишь бы не терять связь с детьми.
Маргарита медленно кивнула, обдумывая услышанное. В глубине души она уже понимала: план, пусть рискованный, но заманчивый. И если всё пройдёт гладко, она сможет не только получить дополнительные деньги, но и ещё сильнее отдалить Артура от отца и его новой избранницы.
План был запущен, и Маргарита с нетерпением ждала результата. Она то и дело поглядывала на телефон, каждые полчаса заходила в приложение онлайн‑банка – всё надеялась увидеть уведомление о поступлении денег. Но экран упорно показывал прежний баланс, и с каждым часом её нетерпение росло.
Сначала она пыталась убедить себя, что Кирилл просто обдумывает ситуацию, пытается найти способ выкрутиться. Потом стала придумывать оправдания: возможно, у него возникли сложности с переводом, или он ждёт конца рабочего дня, чтобы провести операцию через банк. Но к вечеру, когда счёт так и не пополнился, Маргарита окончательно потеряла терпение.
“Надо напомнить о себе, – решила она. – Телефонные звонки – это слишком просто, а вот личный визит произведёт нужное впечатление”.
Собравшись с духом, она отправилась к дому бывшего мужа. Дорога показалась ей бесконечно долгой: в голове крутились сценарии предстоящего разговора, она мысленно репетировала убедительные фразы и грозные предупреждения.
Когда Маргарита подошла к двери и нажала на звонок, внутри всё сжалось от предвкушения – сейчас всё решится. Дверь открылась, и на пороге появилась Лиза. Её лицо на мгновение застыло в недоумении, но уже через секунду на губах заиграла лёгкая усмешка. Не говоря ни слова, девушка отступила в сторону, жестом приглашая гостью войти.
Маргарита переступила порог, стараясь держаться уверенно. Она не стала тратить время на приветствия или вежливые предисловия – сразу перешла в наступление.
– Ты что, не принял мои слова всерьёз? – её голос звенел от напряжения. – Думаешь, я шучу? Да я завтра же поеду снимать с Темы побои! Я твою Лизу засужу! Ты понимаешь, чем это тебе грозит?
Кирилл появился из глубины квартиры. Он шёл неторопливо, но в его походке чувствовалась твёрдая решимость. Остановившись в нескольких шагах от бывшей жены, он посмотрел на неё холодным, невозмутимым взглядом.
– Я твои слова мимо ушей не пропустил, не беспокойся, – произнёс он ровным, почти бесстрастным голосом. – Более того, я уже связался с адвокатом и подаю в суд, чтобы забрать у тебя сына. Для Темы будет гораздо лучше жить со мной. По крайней мере, его никто не будет заставлять врать!
Маргарита на секунду замерла, словно не веря своим ушам. Она ожидала угроз, уговоров, возможно, даже попыток откупиться – но никак не такого резкого ответа. В её глазах мелькнуло замешательство, но она тут же взяла себя в руки.
– Ты не посмеешь! – выпалила она, стараясь вернуть утраченную уверенность. – Артур – мой сын, и он останется со мной!
– Артур и мой сын тоже, если ты не забыла. И после сегодняшнего он точно будет жить со мной!
Лиза молча стояла в стороне, наблюдая за разговором. Её лицо оставалось невозмутимым, но в глазах читалось явное одобрение слов Кирилла. Маргарита поймала этот взгляд и почувствовала, как внутри закипает злость. Всё шло не по её плану, и это выводило из равновесия.
Маргарита резко повернулась к Кириллу, её лицо вспыхнуло от возмущения.
– Да что ты говоришь? Врать? Мой мальчик всегда говорит только правду! – в её голосе проскальзывала тревога. Почему Кирилл так уверен в своей победе?
Кирилл даже не повысил голоса – он просто посмотрел на неё с лёгкой усмешкой, будто ожидал этой реплики. Не торопясь, он подошёл к столу, где стоял ноутбук, и развернул его экраном к бывшей жене.
– Да? Смотри сюда, – произнёс он спокойно, нажимая пару клавиш.
На экране появилась видеозапись. Артур, их сын, беззаботно смеялся, играя с Лизой в настольную игру. На лице мальчика не было ни тени страха или обиды – только искренняя радость. Он шутил, хлопал в ладоши, когда выигрывал, а потом вдруг вскочил и обнял Лизу, словно они давно были близкими друзьями.
Маргарита замерла, не в силах оторвать взгляд от экрана. Её пальцы невольно сжались в кулаки, но она не могла отрицать того, что видела своими глазами.
– У меня по всему дому стоят камеры, – продолжил Кирилл, не сводя с неё взгляда. – И пишут они двадцать четыре на семь. Так что все твои обвинения – не более чем выдумка. Я на тебя ещё и за клевету заявление подам, если понадобится.
Женщина растерянно моргнула, пытаясь собраться с мыслями. В голове крутилось множество вопросов, но вслух она смогла выдавить лишь:
– Но… Как… Почему я не знала…
– А почему ты должна была знать? – спокойно ответил Кирилл. Его голос звучал твёрдо, без тени сомнения. – Это мой дом, и я вправе устанавливать здесь любые правила, которые считаю нужными для безопасности сына.
Он закрыл ноутбук и отодвинул его в сторону, давая понять, что разговор окончен.
– Всё, я тебя больше не задерживаю, – сказал он, глядя на неё прямо. – Увидимся в суде.
Маргарита стояла, словно пригвождённая к месту. Она хотела что‑то возразить, найти слова, которые перевернули бы ситуацию в её пользу, но ничего не приходило на ум. В груди закипала злость, смешанная с растерянностью. Всё шло не так, как она планировала!
Не сказав больше ни слова, она резко развернулась и направилась к выходу. Ничего, она еще поборется! Сына она не отдаст! Упускать из рук курочку, несущую золотые яйца? Она не настолько глупа!
*********************
Маргарита сидела на краю кровати в пустой комнате и без интереса разглядывала два собранных чемодана. Вещи лежали неаккуратно, – она собирала их в спешке, почти не глядя. Взгляд скользил по стенам, уже лишённым фотографий и мелочей, которые когда‑то делали это место хоть немного “её”. В голове крутился один и тот же вопрос: как она вообще оказалась в такой ситуации?
Ещё недавно всё казалось стабильным! Она жила в квартире, которую Кирилл оставил сыну, рассчитывала на алименты, строила планы – пусть не всегда честные, но свои. Ей хватало привычного уклада: работа, редкие встречи с подругами, возможность тратить деньги так, как хочется. И вдруг – всё рухнуло.
Главным ударом стал суд. Артур, её сын, который ещё недавно послушно играл по её правилам, на заседании повёл себя совсем не так, как она ожидала. Мальчик, узнав, что отец ни при каких обстоятельствах не собирался возвращаться к ним, почувствовал обиду. Он больше не хотел участвовать в махинациях, не желал врать и притворяться. И когда судья спросила, с кем он хочет жить, Артур твёрдо ответил: “С папой”.
А потом случилось то, чего Маргарита вовсе не предвидела. Артур, глядя на Лизу, тихо, но отчётливо произнёс: “Извините меня за то, как я себя вёл. Я больше так не буду”. Он сказал это без подсказок, без репетиций – просто потому, что так чувствовал. Лиза лишь улыбнулась и кивнула, а у Маргариты внутри всё сжалось от досады.
Судья, ознакомившаяся с материалами дела – в том числе с видеозаписями, которые предоставил Кирилл, – приняла решение быстро. По её мнению, ребёнок чувствует себя комфортнее с отцом, а мать, к сожалению, использует его в личных целях. Вывод был однозначным – Артур будет жить с Кириллом.
– Учитывая представленные доказательства, – произнесла судья, – считаю, что проживание ребёнка с отцом отвечает его интересам. Мать оказывает негативное влияние, побуждает к лжи и оговорам и создаёт нездоровую обстановку.
Маргарита прекрасно понимала, что без “премии” дело не обошлось. Кто‑то из участников процесса – возможно, адвокат Кирилла – нашёл способ донести до судьи нужную информацию в нужном ключе. Но разбираться в деталях уже не имело смысла. Решение было принято.
Теперь ей предстояло освободить квартиру. Юридически жильё принадлежало Артуру, а значит, у неё не было ни малейших оснований оставаться здесь. Она медленно обвела взглядом голые стены, мысленно прощаясь с местом, которое хоть ненадолго дало ей ощущение стабильности.
Вдобавок суд назначил ей алименты. Не огромные, но ощутимые. Теперь уже она должна была ежемесячно перечислять деньги на содержание сына – того самого сына, который больше не хотел жить с ней.
Она вздохнула, захлопнула крышку одного из чемоданов и потянула за ручку. В голове всё ещё крутился тот же вопрос: “Чего мне не хватало?” Но ответа не было. Только ощущение пустоты и горькое понимание: жизнь, оказывается, совсем не обязана быть справедливой…