ОЙ, МОРОЗ, МОРОЗ
Исстрадались мы за эту зиму. Замёрзли. Занесло нас. На Камчатке, в Сибири снежные дома выросли. Ну там люди суровые, привычные. Не ноют. Работают.
А в центральных и южных регионах отвыкли. Сугробы им большие. Мороз им лютый. Метели их с ног сбивают. Не привыкли. Или, точнее сказать, отвыкли.
В нулевые годы зимы резко стали теплые. В Москве на Новый год дождь стал обычным явлением. Снег зимой – хоть покупай, ибо в дефиците. Конечно человечий организм быстро перестраивается и теперь резкое похолодание воспринимает хреново.
Футбольные зимние матчи вон отменяют. То снег почистить не готовы. То мороз минус пятнадцать игроков за жопу кусает. Рафинированными мы становимся, сахарными. Принцессами на горошине. Независимо, сиськи у принцесс или аппарат в штанах.
Когда я учился в школе, уроки отменяли при минус тридцать. Если ртуть в градуснике чуть выше – вперёд за знаниями. И то, отменяли лишь в младших классах. В старших учились уже взрослые кабаны. Не хер филонить. А чтоб ручку можно было держать и мел инеем не покрылся, ученики под руководством учителей все щелки в окошках заблаговременно заклеивали газетами, размоченными в клейстере.
Если у нас отменяли уроки, что мы делали? Правильно, шли гулять. Минус тридцать, а пацаны гоняли в футбол. Снег? Да пару забегов с мячом, и полянка утаптывалась. Какой такой подогрев? Не слышали!
Да и в девяностых-нулевых о подогревах полей речь не шла. Любительская лига в Москве зимой играла исключительно на снегу, и никакого нытья. Мне и лучше – падать мягче. Сопли мёрзнут и висят сосульками, а организм только разогревается. В минус двадцать я играл в одной толстовке без поддевания маек, футболок и водолазок. При этом, потел как сволочь. И наких простуд.
Со временем мягкие зимы вызвали позорное привыкание к ним. И резкое похолодание с метелями замораживало мозги. Помню, поехал я в январе к клиентам. Машину я тогда не водил, гонял на электричках и метро. И пока от одной организации к другой перемещался, погода жутко испортилась. Было и так около двадцати мороза, а днем температура еще градусов на десять упала.
Это-то Бог с ним, обычно, чем морознее, тем солнечнее. А тут еще метель налетела. Вышел я из последней конторы. Холодно, ветер в харю, не видно ни хера. Пошел к метро. Я этим путем ходил раз сорок, до метро минут десять бодрым шагом.
Иду-иду, уже и сдохнуть захотелось, ибо организм уже к оттепелям привык, зажирел во всех отношениях и сопротивляться холоду отказывался. А метро всё нет. Разглядел я торговый центр, которого на моём пути быть не должно. Ебицкая сила, я пошёл в другую сторону. Ну вот почему именно сейчас репу замкнуло? Зачем именно сегодня ноги поволокли меня погулять по Москве?
Погрелся в торговом центре и двинул обратно. Шёл долго. А ветер, паскуда, каким-то удивительным образом поменял направление и снова дул мне в морду. Что думаете? Не увидел я станцию метро и ковылял до следующей. Короче, еще один штрафной круг в два с половиной километра навернул.
В метро я влетал, будто финишную ленточку в конце олимпийского марафона грудью прорывал. И радовался больше, чем если бы этот самый марафон в реальности выиграл. Добравшись в итоге до дому, я купил себе в магазине олимпийский приз – бутылочку водочки. Литровую. Тут же ей и отметил эту великую победу.
По мне, в России мягкие зимы – аномалия, и мы в последние годы возвращаемся как раз к норме. К историческому климату. Может быть, мы вообще сейчас к норме возвращаемся? В целом. Запрещенными в РФ пидорами модным быть перестало. Ссать на мемориалы не престижно сделалось. Мечтать о сладких заграничных жизнях не слишком хочется.
С суровыми зимами и страну поднимать сподручнее.
