Когда я впервые услышал цифру «минус семьдесят один», у меня в голове сразу включился какой-то бытовой калькулятор: а как там вообще дышать, как там держать телефон в руке, как там открыть дверь, если металл буквально превращается в кусок льда.
И вот тут начинается самое интересное: в Якутии действительно есть места, которые годами спорят за звание «полюса холода», и в этом споре чаще всего звучат два имени — Оймякон и Верхоянск. Если говорить строго по метеостанции, то в Оймяконе официально признанный абсолютный минимум составил −67,7 °C, и его зарегистрировали 6 февраля 1933 года.
Если говорить «по легенде, по рассказам и по старым экспедиционным записям», то там же всплывает цифра −71,2 °C, и ее обычно называют неофициальной фиксацией 1926 года.
Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max.ru/eremin_media
Где это вообще находится и почему там так холодно
Оймякон стоит в долине, где зимой холодный воздух буквально стекает вниз и задерживается, потому что местность похожа на котловину, а океан находится далеко, поэтому климат получается максимально континентальным и резким.
Село находится на Индигирке, высота там около 740 метров над уровнем моря, и эта высота тоже добавляет холода, потому что температура с высотой падает.
А еще у этого места есть очень странный контраст, который сложно уложить в голове, пока не прочитаешь: летом там могут стоять +30 °C, и жара там выглядит как издевка после зимних −50 и ниже.
Сколько людей там живет, и почему они вообще там остаются
Оймякон не выглядит как «город выживания» из документалок, потому что там живут обычные люди, которые ходят в школу, работают, растят детей и строят планы. По данным переписи, в селе живет около 560 человек (данные за 2021 год).
Люди остаются там не потому, что они «не знают другой жизни», хотя и это тоже бывает, а потому что у них там работа, земля, родня, привычная связка «я здесь нужен». И еще потому что северная жизнь, как ни странно, дает чувство опоры: когда вокруг настолько жесткие условия, люди чаще держатся друг за друга, и эта простая человеческая связность начинает стоить дороже комфорта.
Как выглядит быт, когда мороз становится главным персонажем
1) Дом там — это не стены, а система
В Оймяконе вопрос «как ты отапливаешься» звучит так же базово, как «как ты заряжаешь телефон». Люди строят и живут так, чтобы тепло не уходило: утепление, тамбуры, печи, постоянный контроль температуры в доме, потому что дом в таком месте не про уют, а про стабильность.
И когда ты это понимаешь, ты перестаешь романтизировать холод, потому что ты начинаешь видеть в нем постоянную работу, которая просто идет фоном каждый день.
2) Вода там превращается в задачу, а не в удобство
Когда на улице держится серьезный минус, вода в трубах и в емкостях ведет себя так, как будто она решила уйти из твоей цивилизации. Поэтому люди подстраиваются, и они организуют воду так, чтобы она не стала проблемой: они хранят, привозят, топят, следят.
И даже если кто-то воспринимает это как «экзотику», местные воспринимают это как рутину, потому что рутина спасает нервы.
3) Машина там не про поездки, а про выживание в точке А—Б
В холодных поселках машина становится продолжением дома: она должна заводиться, она должна довозить, она должна не подвести, потому что любая мелочь на морозе перестает быть мелочью. Поэтому люди относятся к технике бережно и даже уважительно, и они заранее готовятся к зиме так, как в городе никто заранее ни к чему не готовится.
4) Одежда там работает как экипировка, а не как стиль
Я сейчас скажу банальность, но банальность там становится правилом: там не бывает «я легко оденусь и быстро пробегусь». Человек одевается слоями, человек закрывает лицо, человек следит за руками и ногами, и человек заранее думает, сколько времени он проведет на улице.
И ты в какой-то момент понимаешь, что «выйти в магазин» там звучит иначе, потому что любой выход на мороз требует решения, а не импульса.
Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max.ru/eremin_media
Что едят люди там, где мороз работает как холодильник
Северная кухня часто выглядит очень простой, но эта простота рождается из логики: еда должна давать энергию, еда должна храниться, и еда должна быть понятной телу. Поэтому в таких местах ценятся мясо, рыба, жирные и сытные блюда, а мороз становится естественным способом хранения.
И когда приезжий человек удивляется, что «там все замороженное», местный человек обычно не удивляется, потому что он живет внутри правил, где мороз — это не катастрофа, а инструмент, который можно использовать.
Почему люди там не превращаются в вечных страдальцев
Потому что человек адаптируется, и он начинает иначе оценивать реальность.
В городе мы часто воспринимаем комфорт как базовую настройку мира, а там человек воспринимает комфорт как результат действий. Если человек протопил дом, значит он сделал тепло. Если человек подготовил машину, значит он сделал дорогу. Если человек вовремя все организовал, значит он сделал нормальную жизнь.
И я думаю, что это главный ответ на вопрос «как они там живут»: они живут там не вопреки, а внутри системы, которую они выстроили под холод.