Глава 6(1)
Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь
Кресло смотрело на меня черной кожей и золотыми заклепками, и в этот момент оно казалось мне электрическим стулом. Я стоял, глядя на него, чувствуя, как адреналин от обвинительной речи медленно сменяется растерянностью. Бабушка же спокойно снова обошла массивный стол, выдвинула ящик и достала папку с гербовой бумагой — той самой, на которой по старинке печатают только самые важные корпоративные документы.
— Садись-садись, — настаивала она, и в ее голосе не было ни капли сарказма, только деловитость человека, принявшего решение. — Не стой столбом. Это теперь твое место.
Мои ноги словно приросли к персидскому ковру. Кристина Ермолаевна Василькова, женщина, которая вцепилась в эту корпорацию мертвой хваткой после смерти моего отца, которая выгрызала каждый процент прибыли, каждый контракт, каждого конкурента — эта женщина просто так отдавала мне власть? Без боя? Без судов? Без скандалов? Без крови?
— Что происходит? — мой голос прозвучал хрипло, словно я не кричал на нее минуту назад, а молчал неделю.
Она подняла на меня взгляд от бумаг, которые заполняла быстрыми, уверенными движениями. Почерк у нее был красивый, старомодный — такому учили в дорогих пансионах прошлого века.
— Происходит передача полномочий, — сухо ответила она. — Временная, разумеется, пока ты не будешь официально введен в должность. Ты же все еще военнослужащий, если не ошибаюсь?
— Но я... — начал было я, но бабуля уже активировала голографический коммуникатор на столе.
Над полированной поверхностью возникла дюжина полупрозрачных лиц — те самые директора корпорации, которые только что в панике покинули кабинет. Некоторые еще находились в лифте, судя по характерному освещению, другие уже добрались до своих кабинетов.
— Дамы и господа, — голос бабушки был четким, официальным, таким, каким объявляют приговоры. — Довожу до вашего сведения, что с сегодняшнего дня я слагаю с себя полномочия председателя совета директоров нашей корпорации.
Повисла тишина. Даже через голографическую связь было видно, как у Зосимы Степановича — того самого с тройным подбородком — отвисла челюсть. Кто-то из директоров выронил стакан — звон разбитого стекла прозвучал как выстрел.
— Кристина Ермолаевна, — пролепетал кто-то, но она подняла руку, обрывая всякие возражения.
— Исполняющим обязанности председателя назначается мой внук – Александр Иванович Васильков, законный наследник «Имперских Самоцветов». Далее все вопросы — к нему. Документы будут разосланы в течение часа. Совещание по квартальному отчету перенесено на завтра, на десять утра. Не опаздывайте.
Она отключила связь, не дожидаясь реакции шокированных подчиненных. Лица директоров исчезли, оставив меня наедине с женщиной, которая только что отдала мне империю стоимостью в сотни миллиардов рублей.
Мой мозг отказывался обрабатывать происходящее. Кристина Ермолаевна, которая дралась за каждую копейку, которая увольняла людей за лишнюю минуту перерыва, которая спала по четыре часа, чтобы контролировать биржевые торги на всех планетах сектора одновременно — эта женщина просто уходила? Потому что я обвинил ее в покушениях?
— Ты думаешь, уличил меня и я поэтому сдаюсь? — она словно прочитала мои мысли, и в уголках ее губ появилась та самая усмешка, которую я помнил с детства. — Думаешь, я настолько слаба, что пара обвинений заставит меня бежать с поджатым хвостом?
— А разве нет? — я наконец сел в кресло, и оно оказалось удивительно удобным.
Кожа была мягкой, подогретой до температуры тела, спинка идеально поддерживала позвоночник. Кресло власти обнимало меня, принимало, словно признавало право занимать его.
— О, мой наивный, бестолковый внук, — она покачала головой, подписывая последний документ. — Я ухожу не потому, что ты меня в чем-то обвинил. Я ухожу, потому что внезапно устала. Двадцать лет я тащила эту корпорацию после смерти твоего отца. Двадцать лет без выходных, без отпусков, без личной жизни. А ты врываешься сюда, весь в крови и слюнях, с дикими глазами, требуешь свое наследство... Знаешь что? Бери. А я посмотрю, как ты справишься.
Она подошла и остановилась рядом со мной. Вблизи были видны морщины, которые не скрывала даже дорогая косметика. Усталость в глазах была настоящей, не наигранной.
— Куда ты собралась? — спросил я, когда она направилась к выходу.
— На Деметру-3. Прекрасная планета, вечное лето, океан цвета сапфира. Я там не была... боже, лет пятнадцать? Пора наверстать упущенное. А ты сиди здесь, разгребай отчеты, подписывая договоры поставок, иски от конкурентов, жалобы акционеров. В общем, развлекайся, внучок.
Она почти дошла до двери, когда меня осенило.
— Стой! Я же не могу быть председателем! Я все еще в штрафбате! У меня увольнительная всего на три дня!
Кристина Ермолаевна обернулась.
— Я слышала, за твое геройство на Новгороде тебе должны аннулировать срок службы в штрафном батальоне. Героев не держат в штрафниках, это плохо для имиджа армии и космофлота. Если в ближайшие дни тебя не демобилизуют, на некоторое время передашь управление Корнею. Поверь, он справится, пока ты будешь доблестно охотиться на богомолов.
— Но...
Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.
Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.