Знаете, что меня всегда поражало в природе? Как некоторые существа просто игнорируют время. Пока мы суетимся, строим цивилизации, изобретаем технологии и забываем их — они спокойно живут. Жуют траву. Ползают. И переживают эпохи.
Знакомьтесь: Джонатан. Гигантская сейшельская черепаха. Ему сейчас сто девяносто три года. Он родился в 1832 году — официально самое старое сухопутное животное на планете.
Я долго пытался осознать масштаб этой цифры. Триста девяносто три года — это не просто долго. Это больше, чем вся история современной техники. Когда Джонатан вылупился из яйца где-то на Сейшельских островах, мир был совершенно другим.
По Парижу ещё гулял Виктор Гюго и писал свои романы. Пушкин был жив — ему оставалось всего пять лет до роковой дуэли. Николай I правил Российской империей. Америка только-только начинала экспансию на Запад. Фотография только изобреталась как технология.
А Джонатан просто ползал и жевал листья.
Он старше телефона. Старше лампочки. Старше Эйфелевой башни, которую построили в 1889 году — когда черепахе уже исполнилось пятьдесят семь. Он пережил Первую мировую. Пережил Вторую. Видел распад Британской империи, появление и исчезновение СССР, рождение интернета.
И всё это время он просто жил в саду у губернатора острова Святой Елены. Того самого острова, где когда-то провёл последние годы Наполеон. Джонатана привезли туда в 1930-х годах — уже взрослой черепахой, которой было около ста лет.
С тех пор он пережил тридцать одного губернатора. Представляете? Люди приходили, правили, уходили на пенсию, умирали — а черепаха оставалась. Медленно перемещалась по газону. Ела морковку. Дремала под деревьями.
Учёные говорят, что сто девяносто три года — это солидный возраст даже для его вида. Но не предельный. Гигантские черепахи могут доживать до двухсот пятидесяти лет. Это значит, что теоретически Джонатан может прожить ещё полвека. Он может встретить двухсотый год человеческой космонавтики. Может увидеть технологии, о которых мы сегодня даже не догадываемся.
Сейчас у Джонатана проблемы со зрением — катаракта. Обоняние тоже не то. Но он всё ещё ест, всё ещё двигается, всё ещё живёт полной жизнью черепахи. У него даже есть компания — три другие черепахи, которые намного моложе его.
Для меня Джонатан — это живое напоминание о том, как относительно всё наше человеческое. Мы считаем себя венцом творения, строим города, запускаем ракеты. А где-то на маленьком острове в Атлантике спокойно ползает существо, для которого вся наша бурная история — это всего лишь фон.
Природа создала идеальную машину времени. Только она не переносит в прошлое — она просто живёт достаточно долго, чтобы прошлое стало частью её биографии.