Лисичка (Тўлкўнек). Записала Т.М. Садалова в 1985 г. от E.М. Чапыева 76 лет, из рода кыпчак, в г. Горно-Алтайске. Перевод Т.М. Садаловой.
Старуха и старик пошли за хворостом. (Хворост на спине таскали, коня ведь не было.) Искали они хворост, [потом] с одного гнилого пня содрали кору, подстелили под хворост, чтобы удобнее было нести его за спиной. Когда с гнилого пня содрали кору, оттуда вылезла лисичка. Старуха и старик сначала испугались, потом обрадовались.
– Ты откуда взялась, миленькая, в груди которой кровь, в глазах которой огонь, бала*? – спрашивают они.
Лисичка вся заструилась [мехом].
– Тем, у кого сына нет, я хочу быть сыном, тем, у кого дочери нет, я хочу быть дочерью, – сказала.
– Пойдем к нам, миленькая, в груди которой кровь, в глазах которой огонь, будешь нам сыном или дочерью? -– спрашивают они.
– Ну, конечно, пойду. Если к таким людям, как вы, не пойти, то к кому же мне* идти? – так сказав, пошла вместе с ними.
Старуха и старик оба, взвалив на спину хворост, ведя за собой лисичку, вернулись домой.
Так они зажили все вместе. Лисичка работящая, дома послушная, ласковая, – вот таким хорошим ребенком она стала.
Но как-то однажды лисичка забегала туда-сюда и никак не может успокоиться.
– Ты чего это бегаешь, балам? – спросили [ее].
– Оказывается, у моего старшего брата той*, я хотела бы сходить туда.
– Ну, сходи. Сними свою берестяную шапку, надень шелковую шапку. Свою шелковую шубу надень, свой дырявый дьаргак сними*, – сказали ей.
– Зачем мне шелковая шуба, пойду я в дырявом дьаргаке, зачем мне шелковую шапку надевать, пойду я в берестяной шапке.
[Так] она и ушла. В берестяной шапке, в дырявом дьаргаке плутовка вышла. Ушла, долго ее не было. Вернулась только в полдень.
– Ну пришла, вернулась балам, в груди которой кровь, в глазах которой огонь, – обрадовались старуха и старик.
– Пришла, – отвечает.
– Ну как прошел той?
– Той-то, той был отменный. Был такой той, что у паршивой собаки хвост поднимался, ели столько, что у худого человека уши краснели*. Двадцать скакунов состязались, двадцать человек боролись.
– Прекрасно. Все, наверное, было славно, вот и хорошо. Ну, работай.
Она все работала и работала. Кюлюк* все работала. Но вот однажды, так работая, опять забегала туда-сюда.
– Ты чего забегала, балам? – спросили.
– Оказывается, у моего среднего брата той, хотела бы туда сходить, – говорит.
– Ну сними свой дырявый дьаргак, надень свою шелковую шубу, берестяную шапку оставь, надень шелковую шапку, – сказали ей.
– Не-ет, зачем мне шелковая шапка, в берестяной схожу, зачем мне одевать шелковую шубу, в дырявом дьаргаке схожу, сказала и, так сказав, ушла.
Ушла, и нет [ee]. На другой день после полудня пришла. Вернулась опять вся располневшая, раскрасневшая, видно, досыта наелась.
– Ну как прошел той, балам?
– Той моего среднего брата прошел очень хорошо. Тридцать человек боролись, тридцать скакунов состязались. Угощали так, что у худого человека уши краснели, а у паршивой собаки хвост поднимался.
– Ну большой той был, оказывается.
Лисичка, как вернулась, легла, все воду пила. Видно, досыта она наелась. Потом стала работать.
Однажды лисичка снова забегала, забеспокоилась.
– Ну, что случилось, балам? – спросили.
– У моего младшего брата той будет, хочу туда сходить.
– Ну, сходи. Что случится, если работящий, послушный ребенок на той сходит, – так сказали взрослые.
[Так она] и ушла. Когда ей сказали опять: «Надень свою шелковую шапку, сними берестяную шапку», – она отказалась. Шелковую шубу не стала надевать, в берестяной шапке, в дырявом дьаргаке ушла гулять. Она вернулась на другой день вечером.
– Ну как прошел той?
– Ой! Такой той был, что не рассказать. Сорок скакунов состязались, сорок человек боролись. Угощали так, что у худого человека уши краснели, а у паршивой собаки хвост поднимался. Такой той был, что не рассказать, – так говоря, сама воду пьет, отлеживается.
После этого опять взялась за работу. Прошло много времени, перестала куда-либо ходить. (Оттого что негде было хранить в аиле, старик и старуха масло-курут* в яме прятали, оказывается.) Старик пошел туда. (Под елью обычно [земля] не замерзает, поэтому ямы копали под ней, и в этих ямах они [масло-курут] хранили. Лисичка, конечно, масло-курут учуяла по запаху. И вот она говорила «ухожу на свадьбу», а сама откапывала эти ямы, оказывается.)
[Старик] сначала откопал большую яму – все съедено. Остался лишь кривой, круглый помет. Потом среднюю яму откопал, там тоже лежал только лисичкин помет. Масло-курут – все съедено. Откопал маленькую яму, тоже ничего нет. Что теперь делать, старик стал кричать:
– Ну, старуха, лови лисичку!
Старуха спрашивает:
– Что он говорит, балам? Мои уши не расслышали, – когда так сказала, лисичка подбежала к порогу, затем обратно прибегает:
– Говорит, чтобы ты варила ботко*, – говорит.
Подкладывает дров, варит ботко.
– Старуха, лови эту лисичку, она в нашей яме масло-курут– все съела, оказывается!
Лисичка опять от дверей прибегает.
– Что он говорит, балам? – спросила.
– Говорит, чтобы подкладывала побольше дров, быстрее варила ботко, – [лисичка] говорит.
Вдвоем подкладывают дрова, варят ботко. Потом старуха что-то заподозрила, сама пошла к дверям.
– Что говоришь? – спрашивает.
– Лисичку лови! Все наше масло-курут съела, оказывается,– отвечает [старик].
Старуха догнала лисичку, готовая вот-вот поймать, но лисичка – кыч*! – хвостом махнув в кипящее ботко, брызнула по лицу старухи. Пока та кричала: «Ой! Лицо обварила!» – лисичка, выскочив, убежала, говорят.
Примечания
- …в груди, которой кровь, в глазах, которой огонь… (…кокси канду, кози отту…) – устойчивая эпическая формула, употребляющаяся при обращении старшего к младшему, обычно так персонажи сказок и эпоса обращаются к своему ребенку; смысл выражения близок к русскому «свет моих очей, разум моей души».
- Бала, балам – дитя, мое дитя.
- …мне… (…кижи… – букв. «человеку») – персонаж говорит о себе в третьем лице, через слово «человек».
- Той – свадьба, большой праздник с обильным угощением в честь какого-либо торжественного события.
- Сними свою берестяную шапку, надень шелковую шапку. Свою шелковую шубу надень, свой дырявый дьаргак сними… (Тос борукунди кыстап кой, торко борукунди кийип ал. Торко тонынды кийип ал, толур jаргагынды кыстап сал…) – персонаж просит другого снять свою повседневную одежду и надеть праздничную. Бересту использовали как подкладочный материал шапки.
- Дьаргак (jаргак) – цельнокройная шуба из выделанной телячьей шкуры.
- Кюлюк (кўлўк) – шустрый, бойкий человек.
- Был такой той, что у паршивой собаки хвост поднимался, ели столько, что у худого человека уши краснели (Јаман ийттин куйругы кодурилгенче, той болгон. Jаман кижинин кулагы кызырганча тойо jиген) – устойчивая эпическая формула, описывающая богатую свадьбу или праздник с обильным угощением.
- Курут – сушеный сыр, приготовленный из арчи (творог, выцеженный после перегонки заквашенного молока).
- Ботко (ботконы) – смесь толокна и молока или воды, обычная еда бедняков, ею окропляется огонь в честь дьайыка (доброго духа) при первом удое.
- Кыч – звукоподражательное слово.
О сказке
Лисичка (Тўлкўнек). Записала Т.М. Садалова в 1985 г. от E.М. Чапыева 76 лет, из рода кыпчак, в г. Горно-Алтайске. Перевод Т.М. Садаловой.
Известно еще 12 вариантов сказки, из них в 8 вариантах присоединяется мотив о том, как лиса перевирает приказание. Кроме того, в 5 вариантах присоединяется сюжет о том, как лиса сталкивает со скалы еще и медведя. Возможны соединения и других мотивов, например: лиса перевирает приказание, лиса сталкивает медведя со скалы, лиса нападает на дикого козла.
В разных вариантах части сюжета варьируются. В трех вариантах лиса отпрашивается на обряд наречения имени новорожденного; в одном из вариантов отличается начало: человек ловит лисичку, та, желая спасти себе жизнь, соглашается пасти его скот; есть варианты, где лиса не работает у стариков, зимой находит их припасы, съедает и убегает, а также лиса не только съедает припасы, но и высасывает жир у овец, проткнув дудкой их курдюки.
В нескольких вариантах лисичка работает на чудовище Дьелбеген, во всех остальных – изображается столкновение человека и лисы. В европейских сказках обычно сталкиваются звери (медведь и лиса).
В казахских сказках также обмануты звери – волк и лев, затем происходит присоединение других мотивов.
Оригинальный текст
- Ознакомиться с электронной версией книги можно на сайте Новосибирской государственной областной научной библиотеки (НГОНБ).
#большой_алтай, #алтгу, #россия, #сибирь, #алтай, #сказки, #фольклор, #культура, #лисичка, #сказания, #фольклор_народов_алтая