— Зайдём ко мне на бокал вина? — спросил он. Она согласилась. А через 10 минут увидела через щель двери в ванной разрезанный 240-литровый мусорный пакет. И поняла: если она сейчас не убежит — то уже не убежит никогда.
Лайк, который чуть не стоил жизни
Лера сидела на подоконнике в комнате отдыха, держа в руках тёплый кофе. За окном моросил типичный ноябрьский дождь, от которого в офисе всегда становилось особенно тоскливо.
Напротив, развалившись на диване, сидела Вика — новенькая из маркетинга, которая пришла всего три недели назад, но уже успела стать своей почти для всего женского коллектива.
Они разговорились случайно: сначала про новую кофемашину в офисе, потом про то, как бесит, когда начальник ставит дедлайн на пятницу вечером, а потом как-то незаметно скатились на личные темы.
— У тебя есть парень, да? — спросила Вика, глядя куда-то в сторону.
— Ага. Мы три года уже вместе. Дима. Хороший, спокойный. Иногда даже слишком спокойный, — Лера улыбнулась уголком рта. — А у тебя?
Вика пожала плечами.
— У меня сейчас никого. И, честно говоря, в ближайшие лет пять тоже не предвидится. Это уж точно.
— Ого. Жёстко. А что так?
Вика долго молчала, теребя край рукава кофты. Потом тихо сказала:
— История у меня есть одна. Довольно... мерзкая. После неё я вообще… ну, в общем, лучше, наверное, и не начинать.
Лера поставила стаканчик на подоконник.
— Теперь уже точно рассказывай. Ты же сама завела эту тему.
Вика вздохнула, как будто собиралась с силами перед прыжком в холодную воду.
— Ладно. Только не перебивай, а то я собьюсь. Мне тяжело это вспоминать.
Она откинулась на спинку дивана и начала говорить — тихо, ровно, будто пересказывала свой старый сон.
*Это было полтора года назад*.
Вика тогда уже почти год сидела в Тиндере. Не то чтобы она прямо искала там любовь всей своей жизни — скорее пыталась доказать себе, что ещё может нравиться кому-то, кроме старого университетского парня, который потом ушёл к одногруппнице на пятом курсе.
Свайпы, переписки, безграничное количество вместе выпитого кофе, несколько очень быстрых и очень неловких... сближений. Ничего серьёзного.
И вот в мае ей написал Дима. Нет, не тот Дима, что у Леры. Это был другой — Дима К. 32 года, фотографии вполне нормальные: ухоженный, с лёгкой щетиной, на одной фотке с собакой, на другой в горах, на третьей с бокалом вина в каком-то стильном баре.
В профиле написал, что не ищёт приключений на одну ночь, но и в ЗАГС тоже не торопится. Просто за нормальное общение и чтобы было интересно двоим.
Вика подумала: ну хоть не король уличных гонок и любитель всяких перверсий, уже хорошо.
Переписывались они недели две. Он аккуратно шутил, спрашивал про её работу, про любимые книги, не переходил сразу на открытые темы и разговоры. Вике начинало нравиться это общение. Он казался… хорошим и безопасным парнем.
В итоге они договорились встретиться в пятницу вечером. В неслишком громком и популярном баре, с музыкой и уютными диванчиками.
Вика пришла чуть раньше зазначенного времени, потому что жутко нервничала, крутила в руках телефон. Он пришёл вовремя, улыбнулся очень тепло, обнял легко, одной рукой, без лишнего прижимания. Пахло от него чем-то древесным и дорогим.
Вечер прошёл неожиданно хорошо.
Он рассказывал про свою работу (что-то связанное с IT, но без занудных подробностей), искренне смеялся над её историями про начальницу-тирана, заказал ещё по коктейлю, когда первый закончился.
Несколько раз коснулся её руки — ненавязчиво. Вика поймала себя на мысли, что уже давно не расслаблялась так в компании мужчины из сайта знакомств.
Когда бар начал пустеть, он посмотрел на неё и спросил:
— Может, продолжим у меня? У меня дома есть вино получше и кровать помягче. Обещаю, никаких подвохов. Если захочешь уехать — вызову тебе такси в любую секунду.
Вика заколебалась буквально на три секунды.
Потом сказала:
— Хорошо. Только недолго. Мне нужно домой к кошке.
Он улыбнулся и кивнул.
Ехали на такси недолго — где-то минут пятнадцать. Район спокойный, новостройки, закрытый двор. Поднялись пешком на восьмой этаж, потому что лифт не работал.
Квартира оказалась неожиданно уютной: светлые стены, много растений, деревянная мебель, на полу мягкий серый ковёр. Красивая большая кровать.
На кухне стоял запах домашней еды. Вика даже подумала, неужели нормальный взрослый мужчина.
— Располагайся, — сказал он. — Я сейчас, только руки помою, потом открою вино.
Он ушёл в ванную.
Вика, пока его не было, походила по гостиной, посмотрела на полки: книги по психологии, пара романов, альбом фотографий с путешествий. Всё аккуратно. На журнальном столике лежала зарядка, пульт от телевизора. Обычная жизнь обычного человека.
Прошло минут пять.
Потом семь.
Потом десять.
Вика начала ощущать лёгкое беспокойство. Пока что не панику, но уже было немного странно. Кто так долго моёт руки? Кто так на долго оставляет нового человека в своей квартире?
Она подошла ближе к ванной. Дверь была прикрыта неплотно, оставалась щель сантиметров пять.
Она не собиралась подглядывать.
Просто хотела позвать его.
И тогда она увидела.
Он стоял на коленях на полу. На полу лежал большой чёрный мусорный пакет — не просто пакет, а разрезанный вдоль, превращённый в огромную клеёнку.
Он аккуратно расправлял его края, прижимал скотчем к кафелю. Рядом на краю ванны лежали моток широкого скотча, пара одноразовых перчаток и что-то металлическое, завёрнутое в тряпку.
Вика почувствовала, как кровь отливает от лица.
Он что-то тихо напевал себе под нос. Очень-очень тихо. Как будто это была обычная рутина, как будто он занят своим привычным делом, и мелодия сама вырывалась изо рта.
Она сделала шаг назад. Половица скрипнула.
Он резко повернул голову.
Вика не стала ждать.
Она развернулась и побежала к входной двери. Кроссовки скользили по паркету. Ключ торчал в замке — он оставил его там, когда заходили. Вика выдернула ключ, выскочила в подъезд, захлопнула дверь и повернула ключ два раза. С той стороны сразу раздался рывок — он дёрнул ручку.
— Вика? — голос был спокойный. Даже удивлённый. — Ты куда? Открой.
Она не ответила. Побежала вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. На пятом этаже остановилась, прислонилась к стене, потому что ноги дрожали так, что она боялась упасть. Достала телефон. Пальцы не слушались.
112.
— Алло, полиция? У меня… у меня ситуация. Меня только что пытались… я заперла его в квартире. Он… он расстилал пакет в ванной… большой чёрный пакет… я боюсь, что он…
Дальше она почти ничего не помнила связно.
Приехала полиция минут через пятнадцать. Вику посадили в машину, дали воды, завернули в какой-то плед, потому что она вся тряслась.
Она не прекращала трястись. Потом приехали ещё люди. Потом её повезли в отделение.
Она сидела в кабинете и писала заявление дрожащей рукой. Следователь — женщина лет сорока пяти — слушала молча, только иногда кивала.
А потом сказала тихо:
— Вам очень повезло, Виктория.
Вика подняла глаза.
— Его зовут Дмитрий Коваленко. Тридцать два года. Уже два года в розыске. Две девушки пропали после свиданий с ним. Обе были на Тиндере. Обе приходили к нему домой. Больше их никто не видел.
Вика долго молчала, а потом только тогда смогла заплакать.
Просто сидела, а слёзы текли ручьем. Она их даже не вытирала.
Дело потом попало в новости. Без имени Вики, конечно. Она не хотела такой славы себе. Просто сказали, что у Дмитрия была попытка с третьей жертвой.
Потом появилось ещё много деталей о нём, от которых Вике становилось плохо каждый раз, когда она случайно видела заголовок об этом человеке.
Она удалила Тиндер в ту же ночь.
Потом перестала отвечать на сообщения от мужчин, даже если это были просто коллеги или старые знакомые.
От страха сменила номер, и переехала жить в другую квартиру. Хотела начать жизнь с нового листа.
Купила перцовый баллончик и таскала его с собой везде, даже в магазин.
Иногда ей снилась та ванная. Чёрный пакет на полу. И тихое напевание за дверью.
Лера сидела напротив и молчала все последние минут десять. Кофе давно остыл и покрылся плёнкой.
— Господи, Вика… — наконец выдохнула она.
Вика слабо улыбнулась.
— Да ничего. Жива же. И даже работаю. И кофе пью. Уже прогресс.
Лера потянулась и взяла её за руку.
— Ты это кому-то ещё рассказывала?
— Никому. Только психологу. Я долгое время ходила к психологу... Ну а теперь и тебе рассказала. Не знаю зачем. Наверное, чтобы ты не подумала, что я просто старая дева с тараканами. У меня тараканы обоснованные, почему я боюсь мужчин.
Лера сжала её пальцы сильнее.
— Спасибо, что доверилась мне. Я никому не скажу. Обещаю.
Вика кивнула.
Они посидели ещё немного молча.
Потом Вика встала.
— Пойду работать.
Она уже была у двери, когда Лера вдруг спросила:
— А если бы… если бы ты не посмотрела в ту щель?
Вика остановилась.
Постояла. Потом тихо ответила, не оборачиваясь:
— Тогда кто-то другой рассказывал бы эту страшную историю. А я там выступала бы в роли третьей жертвы.
И вышла.
Лера ещё долго сидела на подоконнике. Смотрела на дождь.
И впервые за три года подумала, что её спокойный, предсказуемый Дима, который всегда кладёт носки в корзину и никогда не повышает голос — это, наверное, не так уж и скучно.