Однажды воскресным днём 31 октября 1926 года стройный 73-летний холостяк Чарльз Миллар, который за всю жизнь не болел ни разу, просто рухнул на пол своего офиса в Торонто и умер. Секретарша была в шоке. Но настоящий шок начался, когда зачитали его завещание.
Юрист с IQ 200
Чарльз Венс Миллар родился в 1853 году в семье небогатого фермера. Паренёк был не промах: в университете Торонто его средний балл по всем предметам был 98 из 100. Золотая медаль, юридическая школа, адвокатская коллегия — всё как по маслу.
К концу жизни Миллар был успешным корпоративным юристом, владел пивной компанией «О'Киф» (пиво продаётся до сих пор), имел акции жокей-клуба, скаковых лошадей и доходные дома. Жил он в большом особняке с мамой, которая журила сына за то, что он работает как проклятый и не женится. А ещё спал на холодной веранде круглый год — и ни разу не простыл.
Но главное: Миллар обожал шутить и разыгрывать людей. Особенно тех, кто был жаден до денег. И его финальная шутка оказалась эпичной.
Завещание, от которого все офигели
«В силу необходимости, это завещание необычно и прихотливо» — так начинался документ. Дальше пошло-поехало.
- Миллар раздал свои акции жокей-клуба «Кенилверт» священнослужителям, которые публично выступали против азартных игр.
- Акции пивной компании «О'Киф» он завещал протестантским общинам, которые боролись с пьянством.
- Двум судьям и священнику, яростным противникам ставок на скачках, он предложил лакомые акции Онтарийского жокейного клуба при условии, что они запишутся в клуб на три года. Они записались, получили акции и тут же выписались.
- Троим приятелям-юристам, которые ненавидели друг друга, он оставил дом на Ямайке — с условием, что они будут делить его втроём.
- Дальним родственникам — ничего. Миллар написал, что если бы они надеялись на наследство, то с нетерпением ждали бы его смерти, а он этого себе не желал. Логика железная.
А теперь главное: пункт 9
Больше полумиллиона долларов (это как сейчас около 8 миллионов) Миллар завещал той женщине в Торонто, которая за 10 лет после его смерти родит больше всего законных детей. Условие: дети должны быть рождены в браке и зафиксированы в документах.
Газеты взорвались. Началась «Большая гонка аистов» — и это не метафора, так её реально называли. Каждый день выходила колонка с обновлённым списком претенденток и количеством их детей. Причём это всё происходило во время Великой депрессии, когда лишние рты в семье были как пятое колесо в телеге.
Феминистка Маргарет Зингер заявила, что Миллар «низвёл женщину до животного, и оттого его завещание позорно». Священники увещевали женщин не участвовать в «скверной шутке». Женщины отвечали вопросом на вопрос: «Не участвовать — это как? Не рожать детей, что ли?»
Правительство Онтарио попыталось отжать деньги себе — мол, создадим стипендиальный фонд в университете Торонто. Женщины взбесились: «Вы серьёзно? Первыми по завещанию деньги получили священники и юристы — и ничего, а нам нельзя?!» Протесты прокатились по всей провинции.
Верховный суд Канады пять лет пытался оспорить завещание. Безуспешно. Миллар 45 лет был лучшим юристом своего времени, и он составил документ так идеально, что ни одной зацепки. Единственное уточнение суда: внебрачные дети не считаются.
Финал: кто победил?
31 октября 1936 года, ровно через 10 лет после смерти Миллара, подвели итоги. Участвовали 11 семей, 7 дисквалифицировали.
- Четыре победительницы родили по 9 детей каждая: Энни Кэтрин Смит, Кэтлин Эллен Нэйгл, Люси Элис Тимлэк и Изабель Мэри Маклин. Каждая получила по 100 000 долларов (больше 2 миллионов по нынешнему курсу).
- Лиллиан Кенни родила 12 детей, но пятеро умерли в младенчестве, и она не смогла доказать, что они не были мертворождёнными. Утешительный приз: 12 500 долларов.
- Полин Мэй Кларк родила 9 детей, но одного от второго мужа. Тоже 12 500 долларов утешительных.
Все победительницы разумно распорядились деньгами: вырастили детей, оплатили им образование. В народе шутили, что бездетный холостяк Миллар таким образом «усыновил» 36 детей.
Журналисты Онтарио во время освещения «гонки» начали писать статьи на темы, которые раньше были табу: контроль рождаемости, незаконнорождённые дети, разводы и т.д. Миллар своим завещанием открыл дорогу для публичных дискуссий.
Пресса освещала «Большую гонку аистов» подробнее, чем перелёт Чарльза Линдберга через Атлантику. Это была мыльная опера в реальном времени, только вместо актёров — обычные канадские семьи.