- Ну вот, - она устало опустилась на диван, откинула голову и закрыла глаза. - Ты этого хотел?.. Доволен?..
У неё пока не было сил осмыслить то, что произошло... но спину защекотали первые усики страха. Перед ногами медленно разверзалась бездна - ведь разругаться не напасть, как потом бы не пропасть...
- Я? - искренне удивился призрак, проявившись у окна. - А разве не ты этого хотела?..
Она лишь пожала плечами.
- Тебе хорошо рассуждать. Ты мёртвый. А у меня теперь куча проблем, и я даже не знаю, с чего начать их разгребать... Ведь он напустит на меня своих адвокатов... Я мало работала, только поначалу. Как только его в эту фирму взяли - по протекции знакомого, сразу на хорошую должность, то с его зарплаты ипотеку и платили... Мы так договорились, что я буду вести хозяйство, лечиться и пробовать родить - тогда ещё были надежды на чудо... И мы... мы же правда любили, Данил... Он всегда был моей опорой, оно всё не сразу так вкось поехало...
Она с силой потёрла лицо, чтоб не разреветься. Хватит с неё слёз!..
- А кто говорил, что будет легко? - заметил призрак. - Впрочем, у тебя ещё есть вариант - утром поваляться у муженька в ногах. Только эту сцену я смотреть уж точно не буду: не знаю, может ли привидение стошнить, но проверять не хочется. И кстати, я не совсем мёртвый, в том-то всё и дело...
Арина так удивилась, что собственные печали мгновенно позабылись.
- То есть как?..
- Моё тело в коме, - буркнул призрак. - Я знаю, где оно находится, но у меня нет... привязки к нему. Я уже не смогу в него вернуться, и мне нужно, чтобы ты убедила мою сестру и... дочь... его отключить. От системы жизнеобеспечения. Тогда я спокойно уйду, и наша сделка будет закрыта.
- Сестру?.. - ужаснулась Арина. - Дочь?.. Как?..
Она впервые взглянула на него другими глазами.
Призрак, потустороннее явление, не имеющее отношения к живым.... Страшное, чуждое, неприятное. И вдруг...
Сестра. Дочь. Кома... Господи, врагу не пожелаешь...
- А... жена? - осторожно спросила она.
- В разводе, - отрезал призрак. - Давно. Она сама так захотела... Но дочь меня любит. Плачет. Держит...
Он вдруг уронил голову на руки, отвернулся в окно. Потом рывком переместился к Арине, отчего у неё душа ушла в пятки, и, окончательно шокировав, опустился перед ней на колени.
- Помоги мне, Арина... Христом-богом молю... Это невыносимо - так... существовать. Это невыносимо - видеть, как они плачут, разговаривают со мной, зовут меня обратно, как я ору изо всех сил, прямо им в уши, но они не слышат! И не пускают... Не отключают... Ты - моя последняя надежда... пожалуйста...
Арина смотрела расширенными глазами, как из глаз привидения струится призрачная влага, и в горле стоял жгучий свинцовый ком. Она тут переживает, как с мужем-изменником развестись, считает себя чуть ли не великомученицей, а тут матёрое худое горе, которому никто не может помочь.
Кроме... неё?.. Но как?..
- Данил. - Она села на корточки прямо перед ним и даже попыталась коснуться, перебарывая неприязнь. - Встань, пожалуйста. Я обещаю, что сделаю всё, что смогу, чтобы тебе помочь. Я пока не знаю, что. Но сделаю. Чего бы мне это ни стоило. Слышишь?..
Он поднялся вместе с ней. Долго смотрел в глаза.
- Спасибо. Я верю. И тебе я тоже помогу, чем смогу. А теперь ложись спать. Тебе надо хорошо выспаться. А завтра я скажу тебе, что мы будем делать. У меня уже есть кое-какие соображения...
... Она ждала мужа за кухонным столом. Собранная, прямая, натянутая, как струна.
- Арина, - сказал Дмитрий, садясь. - Мы вчера оба погорячились. Надеюсь, мы спокойно поговорим и всё уладим по-человечески. Ну сама подумай, ни тебе, ни мне развод не нужен, так ведь, дорогая?
Он, конечно, не мог видеть, как призрак за его спиной, глумливо ухмыльнувшись, сложил на груди руки. Арину же это дико нервировало, но она старалась оставаться спокойной.
- Конечно, Дима, давай поговорим. Вот только я уже всё решила. Тебе нужна карьера, Москва. Ты же всегда этого хотел. А я - нет. Семьи у нас тоже не вышло, давай просто это признаем. Детей у нас тоже нет и... не будет. Так не лучше ли будет просто разделить квартиру и пойти каждому своей дорогой?..
- Разделить квартиру?! - он вскочил и навис над ней. - Да с каких бы хренов я делил с тобой эту квартиру? Ты в неё хоть копейку вложила? Ты на неё пахала?.. А теперь вынь да положь половину?.. Офигела совсем?..
Слёзы были близко, дрожали в горле. Горькие, обидные. Но суровые глаза привидения не отпускали. Не давали съёжиться и убежать, не давали трусливо спрятаться в привычной серой норке.
- Ты ведь сам меня уговорил уйти с работы, - напомнила она. - И я честно выполняла свою часть обязанностей. Ты всегда возвращался в чистый дом к накрытому столу, я поддерживала тебя во все времена, даже когда было трудно. В горе и в радости. В болезни и здравии. Помогала твоим родителям на даче и ухаживала за больной тёткой. Да, это всё не оценивалось деньгами, но это такой же труд, как и твой. Мы прошли этот путь вместе, Дим.
- Так вот ты какая, - презрительно процедил муж, снова плюхнувшись за стол. - Ну надо же, вся такая из себя тихоня все эти годы!.. А теперь пожалуйста - всё это время у тихонечки в голове счётчик откручивался... и на полквартиры, оказывается, накрутилось уже, стоило один раз с работы попозже прийти - получите, распишитесь!..
- Хочешь сказать, - Аринины глаза сузились, и в них снова замерцал опасный огонёк, - ты вчера всё это время провёл в офисе за бумагами, дорогой любимый муж? Как и многочисленные разы до этого?..
- Твоя глупая ревность просто смешна! - он хлопнул по столу раскрытой ладонью, и она вздрогнула. - Если б ты не была такой клушей, тебе бы даже в голову такое не пришло!
- В одном ты прав, - тихо сказала она. - Я была клушей, глупой клушей, которая не хотела признавать очевидного. Которой было проще спрятать голову под крылышко и делать вид, что всё нормально... Скажу больше, если б не твоя затея с Москвой, всё бы, наверное, так и осталось... Я трусиха, да... Но теперь всё, Дима. Мы разводимся и честно делим поровну нажитое. И пойдём дальше своими дорогами. Так будет лучше для всех.
Он откинулся на спинку стула, неверяще ухмыляясь. Сложил пальцы в замок. Вокруг него вилось множество тёмных быстрых вихрей, иногда вспыхивавших оранжевым. Она видела его ауру так же явно, как чашку перед собой на столе, но её мутило от того, что она видела. Там не было ничего хорошего - чёрная злоба и всполохи ярости.
- Что это с тобой случилось, жёнушка?.. Что за вожжа под хвост попала?.. Неужто правда так ревнуешь?.. Значит, есть ещё порох в пороховницах, э?.. Так ведь ещё можно всё исправить, дорогая! Всего-то чуть больше внимания к мужу, пару раз в неделю потусить среди больших людей на каблучках, сколько раз я тебя уговаривал? Чья дурная ленивая натура устроила все эти проблемы? Я - мужик горячий, сама знаешь, мне с клушей-то жить противопоказано! А раз не можешь соответствовать, так и сиди тихо - и так живёшь как сыр в масле! Умная женщина не стала бы по таким мелочам шум поднимать!
- Уходи, - её трясло, лишь мучительным усилием воли она сдерживала рвущийся крик. - Уходи...
- Ладно, - неожиданно легко согласился муж. - Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Через суд. И уж будь уверена, жёнушка... с куском моего добра в пасти ты из зала суда не выйдешь. А на хорошего адвоката ты в своей библиотеке и за год не заработаешь. А пока что ищи, куда съезжать будешь, дорогая, как только квартира продастся - адью!..
- Когда ты успел таким стать? - спросила она тихо. - Дима, мы же столько вместе пережили... Для тебя это совсем ничего не значит?.. Мы же любили друг друга...
- Вот только не начинай делать из меня монстра! - он резко поднялся, подхватил плащ. - Все вы, бабы, одинаковые, чуть что давай на жалость давить и слёзки на колёсках разводить! Я тебе предложил по-хорошему, любая нормальная женщина на твоём месте от счастья по потолку бы бегала и чемоданы в Москву паковала!.. А ты была клушей и осталась. Всё, я ушёл, жди адвоката. Вот же дура, Господи прости!..
Арина осталась сидеть неподвижно, подперев лоб кулаком. Всё тело онемело, как от удара дубиной, только слёзы струились по щекам, выжигая горькие следы.
- Ох, и мудачище, - глаза призрака горели жутким огнём. - Лучше всего было бы набить ему морду, но... В общем, радуйся, что легко отделалась.
- Это, по-твоему, легко?.. - просипела она, пытаясь сдержать душащие рыдания.
- Он бы всё равно тебя бросил, рано или поздно. Такие уроды потом себе жён-молодух покупают, а от старых избавляются. А сейчас ты ещё молодая... симпатичная даже. Если бы ещё отъелась немного, так и вообще хоть на выданье.
Этот сомнительный комплимент прозвучал так нелепо, что Арина невольно усмехнулась. Тяжесть и острая, рвущая душу боль немного ослабли, в голове посветлело.
В самом деле, она жива, здорова, впереди ещё длинная жизнь. Вот у кого-то её уже вовсе нет...
- Ладно. - Она привычно глубоко подышала, представив озеро, потом достала из сумки блокнот и ручку. - Ты говорил, что у тебя есть какой-то план. Излагай.
- Вот и ладно, - повеселел призрак. - Вообще, ты не такая хлипкая, как кажешься. Я думал, ты ещё минимум сутки в депрессии проваляешься со стонами «За что мне это, Господи?..»
- Если бы не ты... то, наверное, неделю провалялась бы, - криво улыбнулась женщина. - А за что... мне и так понятно.
- И за что же? - прищурился призрак.
- За трусость и бесхребетность... За нежелание взять судьбу в свои руки. За предательство себя... За бесконечный самообман и ожидание, что всё наладится и изменится само собой. Ай, да что там... Давай уже дело делать.
К её удивлению, он не стал отпускать ехидных замечаний и просто молча смотрел на неё. В этой хрупкой, почти болезненной женщине с вечно уплывающим взглядом будто затеплился огонёк свечи, и он испытал странную... гордость?..
Удивившись и разозлившись сам на себя, он рывком переместился ей за спину.
- Моя сестра - адвокат по гражданским делам, специалист по разводам. Записывай телефон. Она влёгкую выиграет твоё дело. Тут и так всё понятно.
- Данил, - она обернулась, в её взгляде удивление мешалось со смятением. - Я... у меня есть небольшие сбережения, я с зарплаты откладывала, чтобы мужа по пустякам не дёргать, но ведь этого, наверное, не хватит...
- У меня правильная сестра, - хмуро улыбнулся тот. - Главное сейчас - встретиться. Скажи ей, что по рекомендации от Анастасии Коваленко. Это моя однокурсница бывшая, она тоже из сложных отношений выпутывалась, у неё даже похуже была ситуация. Танька её вытащила и многих других. За обиженных женщин она бьётся насмерть.
- А если... - Арина на секунду зажмурилась, обхватила себя руками. - У меня не выйдет?.. Мне ведь даже жить негде, Данил... А на мою библиотечную зарплату даже квартиру не снимешь... У меня в городе даже родни нет, родители в селе жили. Отец давно ушёл, а когда мама заболела, пришлось дом продать, чтобы операцию сделать, да только всё равно не спасли... Мне правда страшно.
- Выйдет, - жёстко ответил призрак. - Ты только что говорила что-то там про трусость и безответственность. Позволить мужу пустить тебя по миру - это, по-твоему правильно и справедливо? Пусть этот говнюк теперь в Москве благоденствует?.. Опять голову под крыло хочешь сунуть?.. Иногда ответственность - это драться, Арина. Вступить в смертельную схватку. За правду. И никто не спрашивает, готова ты к такому или нет. Просто дерись!
Он вбивал слова, как гвозди, прямо в живое тело - острые, раскалённые. Слова жестокой и неумолимой правды.
Снова до паники захотелось спрятаться, заплакать, ткнуться в сильное плечо. Плечо имелось только одно - но в такое не ткнёшься. Наоборот - не спрячешься и не убежишь от этих безжалостных жутковатых глаз...
И она дрожащей рукой набрала номер.
Продолжение следует...
---------------------------------
Рассказ выходит каждый день в 9-00 мск
Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить!
