Дарина с тринадцати лет была влюблена в Марка – нового друга своего старшего брата Димки. У него была странная, запоминающаяся красота: светлые, почти белесые волосы, которые он небрежно откидывал со лба, и темные, как спелая черешня, глаза. Этот контраст гипнотизировал.
Он приходил в их дом, шутил с братом, лениво поглядывал на экран игровой приставки, и весь мир для Дарины сужался до точки - до его улыбки, до его смеха, до того, как он говорил ей:
- Привет, Даринка.
- Привет, - отвечала она и краснела, опуская глаза.
Дарина была конечно, слишком юна для него, это во-первых, а во-вторых у него была девушка. Он с ней встречался, рассказывал Димке, куда они с ней ходили, где гуляли, а Дарина сидела тоже с ними и слушала, усиленно делая вид, что ей совершенно не интересны их разговоры.
Но несмотря на это, Марк запал в душу Дарины. В то время она вела дневник, где каждая страница была исписана ее мыслями. Она ловила каждый его визит, как редкую птицу, и прятала эти моменты в сердце, как в шкатулку. Обрывки фраз, случайные взгляды, разговор о погоде на кухне, в комнате брата, всё становилось реликвией. Она тщательно все это хранила в своей девчачьей памяти.
- Привет, Даринка, не соскучилась по мне, - смеялся Марк, когда появился спустя две недели у них.
- Привет, немножко, - улыбнулась она. - А где ты был?
- А Димка не говорил что ли?
- Нет. Да и мы не разговаривали о тебе все это время.
- А я сдавал экзамены, поступил в институт. Так что буду учиться в другом городе, приезжать редко, только на каникулы.
- Понятно, Димка там в комнате, - она махнула рукой.
Марк ушел к брату, а она загрустила. Как же ей не хотелось, чтобы он уезжал в другой город. Здесь без него будет пусто. В школе на своих одноклассников и не обращала внимания, они ей все казались детьми, с ними неинтересно.
Начался сентябрь, у нее школа, Марк уехал неделю назад, перед этим приходил к брату, заодно и с ней попрощался.
- Ладно, Даринка, уезжаю аж до Нового года, на каникулы только приеду. Не скучай и не вешай нос, - он задел ее аккуратный носик пальцем и улыбнулся. – Пока, до встречи.
Он ушел, а Дарина убежала во двор за угол дома под липу, там она всегда успокаивалась от своих переживаний, они жили в частном секторе.
- Как я смогу столько не видеть его, как привыкнуть? А он и не знает, что я люблю его, смеется надо мной, конечно, я для него девчонка и просто младшая сестренка его друга.
Шло время. Дарина привыкла жить без Марка, немного притупилось все, но подошел Новый год и он приехал на каникулы. Он вошел к ним в дом сильный, быстрый, красивый, Дарина аж застыла на месте, а Димка выскочил из своей комнаты и друзья обнялись.
- Привет, привет, - похлопывали друг друга по плечу, Дарина смотрела на них радостно улыбаясь.
Марк подскочил к ней, приподнял ее на полом:
- Привет, Даринка, а ты немного изменилась… взрослеешь, молодец, - они с братом ушли к нему в комнату.
Дарине шел пятнадцатый год, она менялась по внешности, из голенастой девчонки превращалась в красавицу. Как-то быстро она выросла, окрепла. Постояв немного на кухне, решила идти к ребятам, и подойдя к проему в комнату, услышала:
- А с Риткой мы расстались. Я там, она здесь, что это за любовь, - говорил Марк, - а я и не расстроился. Еще когда уезжал, уже понятно мне было, нет у нас будущего с ней, - он весело рассмеялся.
- Наконец-то, наконец-то, как я этого ждала, - думала Дарина.
Пока стояла и раздумывала зайти к ним или нет, вдруг услышала голос Марка:
- Даринка, а ты где прячешься…
Помедлив чуть-чуть, вошла:
- Здесь я, а что?
- Да так, посиди с нами, пообщайся, расскажи о своих новостях.
Каждые каникулы они проводили вместе, особенно в летние часто проводили время на речке. Уже и Дарина училась в институте, а Марк окончил и получил диплом. Работал в городе, где учился. Дарина превратилась в настоящую, красавицу, никто и не мог предположить, что она так похорошеет. Странные были отношения у Марка с Дариной, вроде бы дружба, а вроде бы и нет, но по крайней мере, он никогда с ней не говорил о любви.
Хоть она выросла, окончила школу, поступила в институт, но ее чувство не растворялось, а лишь крепчало, обрастая слоями несбывшихся надежд и одиноких фантазий.
Марк не замечал, как прежде относился тепло, правда теперь уже очень редко приезжал, работа, дела. Или делал вид. Он был всегда немного сверху, немного в стороне, ну как старший брат её брата, человек из другого измерения, где нет места влюбленным девочкам, даже если они уже стали студентками.
Всё изменилось в один душный августовский вечер. Брат уехал в командировку, а Марк появился на пороге с бутылкой вина и смущенным видом.
- Привет, заходил за Димычем, а его вижу, нет, - сказал он. - Вино останется, наверное.
- Останется, - кивнула Дарина, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.
Они сидели в беседке, пили вино, говорили о пустяках. Сумерки сгущались, окрашивая небо в темный цвет. И тогда Марк, глядя куда-то мимо неё, тихо произнес:
-У меня всегда была странная, необъяснимая симпатия к тебе, Даринка. Ты как тихий свет в комнате, где все привыкли к яркому блеску. Но ты же - сестра моего лучшего друга. Это…для меня, как непреодолимая стена.
Дарина замерла.
- Всё, о чём я мечтала годами, оказалось правдой. Он чувствовал то же…
Счастье, горячее и ослепительное, ударило в виски. Но следом, холодной волной, накатили его же слова:
- Сестра лучшего друга. Непреодолимая стена...
Странная была ситуация, оба молчали, не глядя друг на друга. Дарина посмотрела на него, на его прекрасное, мучительное лицо, на эту странную, запоминающуюся красоту, которая десять лет была и солнцем для нее. И вдруг поняла. Поняла, что его признание - не начало, а эпилог. Приговор их немой истории. Он не боролся. Он просто констатировал факт, прикрывшись благородной броней мужской дружбы.
- Стена… - мысленно повторила она.
Она ощутила не боль, а странное, щемящее облегчение.
- Марк, - голос её звучал удивительно спокойно. - Ты знаешь, что я влюблена в тебя с тринадцати лет?
Он потупил взгляд, и этот жест был красноречивее любых слов.
- Я думал… я догадывался.
- Видишь ли, - продолжила она, наливая себе ещё вина, будто это был самый обычный разговор, - я так долго строила в голове наш возможный мир. И эта стена, о которой ты говоришь, была его центральной частью. Я её украшала, подкрашивала, сажала у подножья воображаемые цветы. Я влюбилась не только в тебя, но и в эту свою верность, в эту безнадежность. Это было безопасно. Не нужно было рисковать, бояться, что ты разочаруешь, что чувство умрёт. Оно было идеальным, потому что не существовало. Это были мои иллюзии.
Марк молчал, и в его тёмных глазах мелькало что-то вроде изумления.
- А сегодня ты эту стену назвал вслух, а я все думала, что же это такое, - Дарина улыбнулась, и улыбка вышла печальной, но настоящей.
Марк смотрел исподлобья грустно, прекрасно понимая, что она может дальше сказать.
- И она оказалась не благородным барьером, а просто… удобной отговоркой. Для нас обоих. Ты боялся разрушить что-то простое и братское. А я боялась, что настоящий ты не совпадет с тем, что я десять лет выдумывала. Мы оба прятались…
Дарина допила вино и встала.
- Знаешь, Марк, я устала жить в романе, который никто не пишет. Пора выйти из библиотеки своих фантазий в настоящий мир. Где, может быть, меня кто-то полюбит не как «тихий свет», и не как «сестру друга», а просто так. И где я смогу ответить тем же.
Он протянул руку, словно хотел её остановить, но слова застряли у него в горле. Всё было сказано. Ему добавить было нечего. Тем более он вскоре собирался жениться там у себя в городе на любимой девушке Агате, а Дарина была родом из его юности, можно сказать, там и осталась.
Дарина по его жесту все поняла и подумала:
- Хотел что-то сказать, а слов не нашел, потому что я все сказала…
Она встала, улыбнулась грустно.
- Ладно, на этом расстанемся, спасибо тебе, что ты так долго был в моей жизни, так долго поддерживал мою хрупкую мечту и не разбил ее раньше времени. Ну а сейчас я уже не та Даринка, теперь я вполне взрослая женщина, и все принимаю реально. Прощай, Марк. Может и увидимся, а может нет. Я уезжаю в Москву в новую жизнь, там наш офис, работать буду там. Прощай, - и направилась в дом.
Через плечо она увидела его силуэт на фоне ночного неба, всё такой же прекрасный, такой же далёкий. Но теперь этот образ больше не жёг её изнутри. Он просто медленно угасал, как картинка на выключенном экране.
Стена рухнула. И оказалось, что по ту сторону ничего не было. Только свобода и тихий ветер перемен. Она закрыла глаза и сделала первый, трудный вдох нового воздуха. Воздуха своей собственной, наконец-то начавшейся жизни.
Спасибо за прочтение, подписки и вашу поддержку. Удачи и добра всем!
- Можно почитать и подписаться на мой канал «Акварель жизни».