Владимир Алексеевич Виноградов родился в июле 1921 года в Казани. Отучился средней школе, в 1939 году принял решение продолжить образование в Казанском авиационном институте, мечтал связать свою профессиональную деятельность с конструированием авиационных двигателей. Но уже в первый месяц студенческой жизни его планы претерпели серьезные изменения. В начале сентября того же года на заседании Верховного Совета СССР был принят документ о военном призыве молодых людей, окончивших школу и родившихся в 1920-1921 годах. Несмотря на то, что к тому моменту Виноградов и его однокурсники уже имели статус студентов, действие этого постановления было применено и к первокурсникам, зачисленным в высшие учебные заведения в 1939 году.
Число студентов постоянно сокращалось, и наступил момент, когда его вместе с другими молодыми людьми отправили проходить срочную службу в рядах Красной Армии. Военная служба проходила в нескольких населённых пунктах. Изначально его направили в украинский Гайсин, где из призывников формировали новое воинское подразделение. Его определили в подразделение противовоздушной обороны. Там прослужил до ноября 1940 года.
В последних числах ноября командование получило распоряжение отобрать пятьдесят военнослужащих, чтобы направить их в новую формируемую воинскую часть.
Таким образом рассказчик попал в состав недавно созданного военного подразделения, дислоцированного во Львове. Речь шла о 15-й бригаде моторизованных пулеметчиков. Его определили служить в 1-й батальон пулеметчиков. Через некоторое время распоряжением руководителя бригады ему был присвоен чин заместителя политрука.
«Это четыре треугольничка в петлицах и вышитые золотыми нитями звезды на рукавах. Этими звездами я очень гордился, поскольку у всего политсостава Красной Армии они были одинаковые, независимо от воинского звания».
Начало военных действий застало его в Ровно. Для него это событие не стало неожиданностью.
За десять суток до того, как начались военные действия, в подразделениях дивизии, где проходил службу Владимир Алексеевич, установился особый распорядок с ранними подъемами по тревоге. С наступлением рассвета, между пятью и шестью часами, военнослужащие совершали марш-броски на автотранспорте по направлению к государственной границе. К тому моменту служба проходила в составе механизированного соединения, которое являлось частью 22-го механизированного корпуса. После выполнения маневров личный состав возвращался к месту постоянной дислокации и переходил к стандартной программе учений в полевых условиях. Отдельные военные формирования 5-й армии, в структуру которой был включен упомянутый корпус, дислоцировались в непосредственной близости от границы. Оттуда поступала информация об обстановке на противоположной стороне приграничной реки, в окрестностях г. Владимир-Волынского.
Донесения носили тревожный характер: разведка фиксировала концентрацию германских частей, постоянное передвижение техники. Вовсю летали немецкие самолёты.
В шесть часов 22 июня прозвучал очередной сигнал тревоги. Подразделение покинуло расположение части по аналогии с прежними днями, при этом военнослужащие ещё не знали о трагедии. Личные вещи бойцов, разумеется, остались в казармах. Спустя примерно час движения по дороге к Луцку, где находилось командование 5-й армии, они стали свидетелями первого воздушного столкновения, в котором схватились около пятнадцати самолётов советских и германских ВВС.
В этот же день подразделению удалось ликвидировать вражескую ДРГ, намеревавшуюся захватить мост. После этого бойцы продолжили движение по направлению к государственной границе, где вскоре столкнулись с регулярными частями.
«После боёв в районе Новоград-Волынского нас, целую дивизию, вывели в тыл для восстановления сил и восполнения потерь личного состава. Однако передышка оказалась крайне непродолжительной – всего сутки»
Прибыло незначительное подкрепление численностью около четырёхсот бойцов. Тем временем германские бронетанковые части осуществили прорыв по направлению к Белой Церкви, откуда планировали развить наступление на Киев.
Бойцы были направлены в район населенного пункта Малин, где противник нарушил железнодорожное сообщение между Киевом и укрепрайонами Коростень и Обручь.
Спустя трое суток от начала сражений разведывательные подразделения сообщили о приближении к Малину немецких сил. Двум батальонам полка поставили задачу форсировать небольшую реку и осуществить заход в тыл вражеским силам. Далее требовалось достичь крупной реки, где предстояло встретить вражескую колонну, уничтожить переправу и максимально долго сдерживать продвижение неприятеля.
Группа советских бойцов углубилась в лес. В ходе продвижения они обнаружили немецкие линии телефонной связи. Определить точное назначение этих проводов и место, куда они вели, оказалось затруднительно. Разведчики незамедлительно уничтожили обнаруженные коммуникации. С наступлением утра отряд зашёл в село на берегу реки. Местные жители сообщили нашим, что германские подразделения проследовали в направлении Малина буквально за пару часов до их прибытия. Были предприняты попытки установить радиоконтакт со штабом, однако они не увенчались успехом.
Радиосвязь в тот период функционировала крайне плохо. Фактически полноценные армейские радиостанции отсутствовали».
Подобная ситуация создавала серьёзные проблемы - препятствовала налаживанию коммуникации между воинскими формированиями и затрудняла согласование действий в боевой обстановке.
Командование приняло решение о возвращении советских бойцов. На пути назад обнаружились скопления немецких сил – у них был привал. По словам разведчиков, работали полевые кухни, солдаты противника беспорядочно спали прямо на земле, охранные посты отсутствовали, что свидетельствовало об их полной уверенности в собственной безопасности. Тогда наши решили напасть.
«Смотрю, спиной ко мне стоит немецкий офицер, чуть дальше - группа немецких солдат. У меня был наган, я выстрелил… Прямо в спину офицера. Он упал…»
Бойцы окружили поляну и открыли огонь со всего, что у них было. Противник впал в смятение: часть солдат вермахта открыла беспорядочный огонь, офицеры суетились. Заметив брешь в окружении, немцы бросились туда…