С риском для жизни
Однажды моя студентка пришла: «Батюшка, я полюбила мусульманина...». Я говорю: «Зови его». Приходит азербайджанец, красивый, вежливый. Они такие нежные, как-то умеют ухаживать. Я его спрашиваю: «Любишь Таню-то?» – «Ой, люблю больше жизни, всё отдам!». Я спрашиваю: «А кто у тебя папа?» А папа у него - муфтий в мечети. Вся семья верующая, настоящие мусульмане. Я говорю: «Слушай, тогда сделай доброе дело по любви к ней. Если ты её любишь – оставь её. Я не могу благословить её на брак с иноверцем. У неё найдётся жених, мы её отдадим замуж».
Он подумал и говорит: «А другой вариант есть?» – «Есть. Принимай Крещение, и мы вас с радостью повенчаем». – «А третий вариант есть?» Я говорю: «Нет, третьего нет. Либо – либо». – «А сколько я могу подумать?» – «Месяц хватит тебе?» – «Хватит». Пришёл через месяц: «Батюшка, крести». Я говорю: «Тебя же убьют». – «Господь меня защитит».
Вот пример настоящей любви. Он действительно настолько сильно любил, что пошёл на такую жертву – реально рисковал своей жизнью. Вот это настоящая любовь. Принял Крещение, мы их повенчали, детки родились. Ну, погонялись за ним родственники немного, а потом махнули рукой. Господь защитил, живут счастливо. Вот что по молитве бывает.
Где в манто, а где в фуфайке
Протоиерей Димитрий Смирнов сформулировал принцип: дело христиан – не выделяться среди тех людей, рядом с которыми они живут. Если все вокруг будут ходить в норковых шубах, то и нам хорошо бы надеть норковую – как маскхалат. И наоборот, если мы живём в небогатой сельской местности, то появление в манто будет воспринято в штыки. Там лучше одеваться по-простому: валенки, телогрейка, чтобы быть, как все. Вот, собственно, простые принципы стяжания материального. У всех такие дома, и я в таком живу. У всех такая одежда, и я ношу такую же.
Недавно Святейший Патриарх Кирилл призвал московских батюшек не ездить на "БМВ", «мерседесах», «ауди» – народ смущается, даже если машина подержанная. Поэтому священников попросили передвигаться на автомобилях для среднего класса – «фольксвагенах», «тойотах». С другой стороны, если мы возьмём старый «запорожец», могут сказать: батюшка чудит.
У меня, кстати, есть один знакомый, отец Василий, у него сельский храм во Владимирской области. И я оказался свидетелем уникальной сцены. Одна прихожанка, из бизнеса, подарила отцу Василию новый "БМВ". Все стоят и ожидают – батюшка увидит и очень обрадуется. А он достал монтировку, и этой монтировкой по машине. Дарительнице стало плохо с сердцем, еле откачали, а он говорит: «Ну вот, теперь мне никто не будет завидовать. А все будут сочувствовать». И ездит на разбитом автомобиле. Это всё из той области, что лучше сильно не выделяться.
О старце Кирилле
Возле отца Кирилла (Павлова) любой человек, даже не услышав от него ни одного слова, приходил в мирное состояние. Хотя он ничего такого фантастического не делал. Просто своей жизнью исполнял Евангелие, у него ум плавал в Евангелии, сердце его было в Евангелии.
Помню, как-то после праздничной службы в лавре мы шли в келью с отцом Кириллом, а один из братьев поднимался по лестнице, и старец к нему обратился: «Симоне, любишь ли меня?» – «Конечно, отец Кирилл». Он ему опять: «Симоне, любишь ли меня?» – «Ну отец Кирилл, знаете, как я люблю вас». Батюшка опять: «Симоне, любишь ли меня?» Тот даже спустился, обнял, расцеловал батюшку. Возможно, как я понял, у этого брата могла быть какая-то обида, какое-то неудовольствие. И батюшка таким образом любовью эту обиду снял.
