Алкотворчество. По пути в Нирвану...Часть 1.

Басня. (А ля "Крылов")
По мотивам опыта наёмной работы.

Мартышка и «Руль»

В одном большом лесу жила забавная мартышка.

Создатель, видно, был шутник, дав ей больших кустов в подмышки.

Да только ли в подмышки? И под брюшко, и под носик.

Короче, как и всем мартышкам, из породы этой,

Добавил от души волос - не пожалел он меха.

И всё бы ничего, да вот мартышке странной

Хотелось быть любимой всеми и желанной обезьяной.

Чтоб прыгали вокруг, кружились павианы.

Водили б хороводы, предлагали б «шишки».

Завидовали б ей такие же мартышки.

Но не ссудил ей рок таких проказ весёлых.

Стоял от всех отдельно её скудный балаган.

Не прыгал возле павиан, не пел лемур влюблённый,

И только мухи-хамки летали в тот шатёр суконный,

И то затем, чтоб пожалеть её «карман».

В душе её копился гнев, росла обида злая,

И побежала мысль. И вылилась… во что-то вроде:

«Коль не дано мне стать любимой и желанной для Вселенной,

Так стану ж я грозою этому зверью и твари тленной!

И будут поклоняться мне! Особенно «двухвостое» отродье!»

И вот однажды царь Медведь, лесной и пьяный муж,

Решил, что в том лесу ему нужна подмога.

«Не государево то дело - нам следить за мхом и шишкой!»

И вспомнил он тогда про бойкую забавную Мартышку:

Ведь с ней не так давно пересеклась его дорога.

«Она ж была сестрою милосердной,

Бинты носила, вату, шприц, услужливо усердна.

Пусть здесь порядком рулит под присмотром Попугая».

А Попугай был важен и красив собою ярко,

Но ум его, увы, вмещал лишь два-три «ка-арка»:

«Всё замеча-ательно!» и «Бра-аво!», «Я согла-асен!»

И вот вручил Мартышке он большой Руль Управленья:

То не штурвал был корабля, а целый Знак Почтенья!

Но как она узрела власти сей кусок дубовый,

В ней что-то щелкнуло, проснулась страсть везенья.

Вообразила вмиг она, что держит «руль суровый».

Что ей подвластно солнце, дождь и муравьиное дыханье.

«Я всем теперь займусь!» — провозгласила важно.

«Начну с того, кто как глядит и кто во что одет!

Тот волк — глазами слишком косит, в нём вижу скрытый бунт!

Сажать на цепь! Пусть ничего не просит!

А ёжик! Слишком колется, его характер вредный!

Подстричь под лысину! Засунуть в нору темну!

А зайцы… Все трусливы! Велеть им драться насмерть!

А совы — мудростью кичатся! Лишить их прав на Уханье и на морганье!»

А мыши слишком Юрки! Пересмотреть питанье!

И день за днём летела в лес диковинная весть:

То ласточек заставят норы рыть в земле на скорость,

То дятлам запретят долбить, то соловьям велят петь петухом,

То муравейник целый — за неправильный их строй —

Велят перенести за три опушки и к болоту.

А Попугай, на ветке восседая, золотой

Кричал: «Решения — блестящИ! Мартышка — наш герой!»

Смеялся лес в кустах, гудел на пнях от горя,

Медведя все боялись, и Попугая — тоже.

Молчал совет стареющих лосей, а филин прятал взгляд.

Везде царил лишь произвол, и прихоть, и опала.

И мотивация у всех со временем пропала.

И скоро лес, могучий, древний, полный сил,

Завял, затих, застыл в тоске немой и страхе.

Зверь, птица, гад — кто смог, бежал в чужие дебри -

Подняли весла вдруг в академичной гребле…

Кто не успел — забился вглубь и ждал «расплахи».

И наступил финал, закономерный, страшный:

Без здравого ума, заботы и порядка,

Без кропотливого труда умелых работяг —

Засохли все растения от дурости приказов,

И исполнители совсем устали от её «экстазов».

И от одной искры в жару (то был приказ Мартышкин:

«Жукам всё ярче жечь, чтоб осветить поляны!

Медведь приедет, надобно принять!»)

ВспыхнУл сухой, безжизненный участок…

Мартышка закричала: «Всех виновных расстрелять!!!»

И в пепел обратился «рулевой» удел.

Мораль:

Когда во власть приходит тварь с душою злобной и пустою,

Что ненавидит мир и тщится быть героем,

Крича «Любите!» — но не знав любви ни капли,

Имея сверху птицу-пустозвона для затравки, —

Не жди порядка, роста, сил, ни мёда, ни покоя.

Лишь хаос, скрежет и огонь, и пепелище «эры мезозоя»…

Вот что бывает, если Руль доверь мартышке злобной!

январь 2026 г.