– Я сказал маме, что мы наконец-то въехали, – Дмитрий улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку, и шагнул ближе, обнимая жену за талию. – Я просто поделился радостью. Она так обрадовалась, спросила, когда можно приехать посмотреть.
Дмитрий замер на пороге кухни, держа в руках связку ключей с ярлыком от застройщика. Его лицо, обычно такое открытое и спокойное, на миг стало растерянным. Он только что вернулся из управления, где они с Анжелой подписывали последние бумаги, и теперь стоял в их новой, ещё пустой квартире, где пахло свежей краской и пылью от строительных работ.
Анжела отстранилась мягко, но решительно. Она стояла у окна, глядя на вид из их новой квартиры на двенадцатом этаже: новостройки, ещё не озеленённый двор, далёкие огни вечернего города. Это была их мечта – просторная трёхкомнатная квартира в новом районе, с большой кухней-гостиной и балконом, откуда открывался вид на реку. Они копили на неё три года, отказывая себе во многом, и вот наконец-то этот день настал. Ключи в руках, коробки с вещами в коридоре, и ощущение, что теперь всё будет по-новому.
Но радость омрачалась этим разговором. Анжела повернулась к мужу, скрестив руки на груди.
– Поделился радостью – это одно, – сказала она тихо, но в голосе чувствовалась нотка раздражения. – А звать всех подряд в первый же день – совсем другое. Мы даже вещи не разобрали, Дим. Хотела хотя бы неделю побыть вдвоём, обжиться, почувствовать, что это наш дом.
Дмитрий положил ключи на стол и сел на табуретку – мебели пока было мало, только то, что привезли заранее. Он провёл рукой по волосам, глядя на жену с лёгким недоумением.
– Но они же не чужие, Анжел. Мама, сестра, брат... Они хотят порадоваться за нас. Я не думал, что это проблема. Просто сказал: приезжайте на выходные, посмотрите квартиру.
Анжела вздохнула и села напротив. Ей было тридцать два, Дмитрию – тридцать пять. Они поженились пять лет назад, и всё это время жили в съёмной однушке на окраине. Новая квартира казалась вершиной их усилий, символом стабильности. Анжела работала дизайнером в агентстве, Дмитрий – инженером на заводе. Оба уставали, но всегда находили время друг для друга. Родственники Дмитрия жили в другом городе, в трёх часах езды, и виделись они нечасто – на праздники, иногда летом.
Но Анжела знала: семья мужа была большой и дружной, в том смысле, что все привыкли держаться вместе. Мама Дмитрия, Тамара Ивановна, вдова, воспитывала троих детей одна и всегда гордилась своей сплочённостью. Сестра Ольга с мужем и двумя детьми, брат Сергей с женой – все они часто собирались у Тамары Ивановны в старом доме. Анжела уважала это, но иногда чувствовала себя немного чужой в этом кругу. Её собственные родители жили далеко, за границей, и семейные традиции были другими – более сдержанными.
– Дим, – Анжела взяла его за руку, стараясь говорить спокойно. – Я не против гостей. Правда. Но давай хотя бы сначала сами обживёмся. Расставим мебель, повесим шторы, устроим наш уголок. Это же наш первый собственный дом. Хочу почувствовать его своим, без суеты.
Дмитрий кивнул, сжимая её пальцы.
– Ты права, конечно. Я просто... так обрадовался. Давно мечтал о таком месте, где вся семья могла бы собираться. Помнишь, как в детстве у нас в доме всегда было полно народу? Шум, смех, мама на кухне готовит на всех...
Анжела улыбнулась уголком губ. Она помнила его рассказы о детстве – тёплые, полные ностальгии. Но для неё это было чужим опытом. Её детство прошло в тихой квартире с родителями, где гости бывали редко.
– Помню, – сказала она. – Но сейчас мы – своя семья. Ты, я, и в будущем, может, дети. Хочу, чтобы сначала было наше пространство.
– Ладно, – Дмитрий поднялся и поцеловал её в лоб. – Обещаю, никто не приедет, пока мы не скажем. Давай завтра начнём разбирать коробки? А вечером закажем пиццу и отметим новоселье вдвоём.
Анжела расслабилась, обнимая его в ответ.
– Договорились.
Вечер прошёл спокойно. Они разобрали часть вещей, повесили занавески в спальне, расставили книги на полках. Квартира постепенно наполнялась их жизнью: фотографиями на стенах, любимыми кружками на кухне, мягким пледом на диване. Анжела чувствовала, как напряжение уходит, уступая место тихой радости. Это был их дом – светлый, просторный, с высокими потолками и большими окнами.
На следующий день, в субботу, они проснулись поздно. Солнце заливало кухню, Дмитрий варил кофе, Анжела нарезала фрукты. Всё казалось идеальным.
Но потом зазвонил телефон Дмитрия.
– Алло, мам? – он ответил, улыбаясь. – Да, всё хорошо... Квартира супер, вид потрясающий...
Анжела напряглась, но старалась не показывать вида. Разговор был недолгим.
– Мама передаёт привет, – сказал Дмитрий, кладя трубку. – Спрашивала, как дела.
– И что ты ответил? – Анжела подняла бровь.
– Что всё отлично. И что приезжайте, когда захотите.
– Дим! – она поставила чашку с грохотом. – Мы же договорились!
– Я не звал конкретно, – он поднял руки в защитном жесте. – Просто сказал в общем. Не переживай, они не сразу приедут.
Но Анжела уже чувствовала, что это только начало. Вечером позвонила Ольга, сестра Дмитрия.
– Димка, привет! Мама сказала, вы уже въехали. Мы с детьми хотим приехать на следующей неделе, можно? Мальчишки так соскучились по дяде Диме.
Дмитрий посмотрел на Анжелу, и та отрицательно покачала головой.
– Оля, давай попозже, – сказал он. – Мы ещё обживаемся.
– Ну ладно, – Ольга не звучала обиженной. – Тогда через неделю?
Анжела закатила глаза, но промолчала.
В воскресенье они поехали в магазин за мебелью – выбрали обеденный стол, кресло для гостиной. По дороге домой Дмитрий получил сообщение от брата Сергея.
– Серёга пишет, что мама собирается приехать в ближайшие дни, – сказал он осторожно. – Хочет помочь с обустройством.
– Помочь? – Анжела почувствовала, как внутри всё сжимается. – Дим, мы же сами справимся.
– Она просто хочет быть полезной, – Дмитрий пожал плечами. – Не волнуйся, я скажу, чтобы не торопилась.
Но в понедельник утром, когда Анжела собиралась на работу, раздался звонок в дверь.
Дмитрий открыл – на пороге стояла Тамара Ивановна с двумя большими сумками и улыбкой до ушей.
– Сыночек! – она обняла его крепко. – Наконец-то я у вас! Ключи получила от соседки снизу – она сказала, вы вчера уехали в магазин. Решила сделать сюрприз!
Анжела вышла в коридор, чувствуя, как сердце падает.
– Тамара Ивановна... Здравствуйте, – она постаралась улыбнуться. – Мы не ожидали...
– Ничего, ничего! – свекровь прошла внутрь, оглядываясь. – Какая красота! Светлая, просторная. Вот здесь, в большой комнате, мы с Ольгой и детьми разместимся, когда приедем. А Сергей с женой – в той, поменьше. А вы с Димой в спальне, конечно.
Анжела замерла. Дмитрий тоже выглядел ошеломлённым.
– Мам, подожди, – он взял одну из сумок. – Мы же только въехали...
– Знаю, знаю! – Тамара Ивановна уже шла на кухню. – Поэтому я и приехала помочь. Разложу вещи, приготовлю обед. А вечером Ольга с семьёй подъедет – они уже в пути.
Анжела посмотрела на мужа, и в её глазах читался немой вопрос: как это остановить?
Дмитрий открыл рот, но не нашёл слов. Свекровь уже доставала продукты из сумки, напевая что-то под нос.
– Я тут борщ сварила по дороге, в термосе, – сказала она. – И пироги испекла. Давайте за стол, расскажу, как мы тут всё обустроим.
Анжела почувствовала, как их тихий, только начавшийся семейный мир рушится в одночасье. Родственники не просто приезжали в гости – они уже распланировали, кто где будет жить. И это было только начало...
Вечером того же дня квартира наполнилась голосами. Ольга приехала с мужем Павлом и двумя сыновьями – десятилетним Мишей и семилетним Костей. Дети сразу разбежались по комнатам, крича и смеясь, Ольга обняла брата, Павел пожал руку.
– Какая квартира! – воскликнула Ольга, оглядываясь. – Мама права, здесь всем места хватит. Мы решили: мальчики в одной комнате, мы с Павлом в другой, мама – в гостиной на раскладушке пока.
Анжела стояла в стороне, пытаясь сохранить спокойствие. Она только вернулась с работы, уставшая, а дома уже был полный хаос: сумки в коридоре, детский смех, запах борща.
– Ольга, привет, – она поздоровалась. – Мы не знали, что вы все сегодня...
– Сюрприз! – Ольга рассмеялась. – Мама сказала, что вы рады будете. Дима же звонил, приглашал.
Дмитрий кашлянул, избегая взгляда жены.
– Я не совсем... – начал он.
Но Тамара Ивановна уже накрывала на стол.
– Садитесь все! – командовала она. – Анжелочка, помоги мне с тарелками.
Анжела помогла, но внутри всё кипело. За ужином разговоры текли рекой: о квартире, о ремонте, о том, как хорошо, что теперь есть место для всех.
– А летом все вместе приедем, – сказала Ольга. – С шашлыками, детьми погулять.
– Конечно, – подхватила Тамара Ивановна. – Это же семейный дом теперь.
Анжела посмотрела на Дмитрия. Он улыбнулся виновато, но ничего не сказал.
После ужина дети носились по квартире, Ольга с мамой обсуждали, где что поставить, Павел смотрел телевизор – они уже принесли свой.
Анжела ушла в спальню, якобы переодеться. Села на кровать, глядя в окно. Это был их дом. Их. Но теперь он казался чужим.
Дмитрий зашёл позже, когда гости разошлись по комнатам.
– Анжел, прости, – он сел рядом. – Я не думал, что они так сразу...
– Дим, – она повернулась к нему. – Они уже решили, кто где живёт. Как будто это их квартира.
– Это ненадолго, – он обнял её. – Пару недель, пока обживёмся.
Но Анжела знала: это не пару недель. И завтра будет ещё кто-то – Сергей звонил, что тоже едет.
Она легла, глядя в потолок. Нужно было что-то делать. Но что? Выставить всех? Поссориться с семьёй мужа?
Ночь прошла беспокойно – детский плач, шаги по коридору. Утром Анжела проснулась с тяжёлой головой.
А в дверь уже звонили. Это был Сергей с женой и их собакой.
– Привет, родные! – крикнул он с порога. – Мы на месяц, пока ремонт у нас!
Анжела почувствовала, как терпение лопается. Но пока молчала, наблюдая, как квартира заполняется людьми, вещами, голосами.
И тогда она поняла: если не остановить это сейчас, их личное пространство исчезнет навсегда...
Через неделю квартира уже не казалась своей. Анжела возвращалась с работы и каждый раз замирала в лифте, предчувствуя, что за дверью её ждёт не тишина и запах свежезаваренного чая, а гул голосов, разбросанные игрушки и чьё-то бельё на сушилке в ванной.
Сергей с женой Леной и их спаниелем по кличке Барон приехали на следующий день после Ольги. Сергей, шумный и прямолинейный, сразу занял гостиную: разложил свой ноутбук на обеденном столе, объявил его «рабочим местом» и даже повесил на стену временный календарь с планами на месяц. Лена, тихая женщина с усталыми глазами, принесла коробку с детскими вещами «на всякий случай» — хотя их ребёнка с ними не было.
Тамара Ивановна взяла на себя кухню. Она готовила на всех, переставляла посуду «по-хозяйски» и каждый вечер собирала за столом всю компанию, как в старые времена в их большом доме. Анжела пыталась участвовать, но чувствовала себя гостьей: её любимые кружки переместили в дальний шкаф, на подоконнике появились горшки с рассадой свекрови, а в холодильнике — банки с соленьями из её погреба.
Дети Ольги носились по коридору, оставляя следы от фломастеров на обоях, которые они с Дмитрием так тщательно выбирали. Миша и Костя спали в одной из комнат, предназначенной для будущего ребёнка, и уже развесили там свои постеры с супергероями. Барон лаял на каждый звонок в дверь и спал в прихожей на коврике, который Анжела купила специально для обуви.
Дмитрий пытался сглаживать углы. Утром он шептал Анжеле:
– Ещё немного, солнышко. Они помогут с ремонтом мелким, с мебелью. А потом разъедутся.
Но Анжела видела, что разъезжаться никто не собирается. За ужином разговоры всё чаще заходили о том, как удобно всем вместе.
– Вот здесь, в большой комнате, мы с Павлом и мальчиками отлично устроимся на лето, – говорила Ольга, наливая чай. – Дети в школу не ходят, воздух свежий, район новый.
– А я подумала, – подхватывала Тамара Ивановна, – может, мне вообще переехать поближе? Квартиру свою сдать, а здесь... места хватит. Сергей с Леной тоже могут на выходные приезжать чаще.
Сергей кивал, жуя пирог:
– Точно. У меня ремонт в доме, можно пока здесь. Барону простор, двор большой.
Анжела молчала, сжимая вилку. Дмитрий бросал на неё виноватые взгляды, но ничего не говорил. Он радовался: семья вместе, смех, помощь по дому. Для него это было возвращением в детство, когда дом всегда был полон.
Но для Анжелы это становилось невыносимым. Она не могла спокойно принять душ — в ванной всегда кто-то стирал. Не могла поработать вечером — в гостиной Сергей смотрел футбол на полную громкость. Не могла просто посидеть с Дмитрием на балконе — Тамара Ивановна выходила «подышать воздухом» и начинала рассказывать истории.
Однажды вечером, когда все уснули, Анжела вышла на кухню за водой. Тамара Ивановна сидела за столом с блокнотом и что-то писала.
– Не спится, Анжелочка? – спросила свекровь тихо.
– Да, немного, – Анжела налила воды и села напротив, не зная, зачем.
Тамара Ивановна повернула блокнот:
– Вот, план составляю. Как комнаты лучше распределить, когда все соберёмся. Летом-то тесно будет, но ничего, привыкнем. Главное — вместе.
Анжела посмотрела на схему: стрелки, названия комнат, имена. Её и Дмитрия спальня отмечена как «основная», но с припиской «можно на диване, если гости».
– Тамара Ивановна, – сказала Анжела тихо, но твёрдо. – Это наша с Дмитрием квартира. Мы её купили на свои деньги, своими силами.
Свекровь улыбнулась снисходительно:
– Конечно, ваша. Но семья — это же общее. Дима всегда мечтал о большом доме для всех. Я помню, как он в детстве говорил: «Мам, когда вырасту, куплю дом, где всем места хватит».
Анжела почувствовала ком в горле.
– Может, он и мечтал. Но мы с ним вместе решили купить эту квартиру. И я тоже имею право на своё мнение.
Тамара Ивановна похлопала её по руке:
– Ты молодая ещё, Анжелочка. Привыкнешь. Семья — это когда вместе, в радости и в горе.
Анжела встала и ушла в спальню. Дмитрий уже спал. Она легла рядом, глядя в потолок. Нужно было поговорить с ним серьёзно. Завтра.
Но завтра принесло новый сюрприз. Утром позвонила Ольга:
– Анжел, мы с Павлом решили: мальчиков на каникулы оставим у вас. Им здесь нравится, свежий воздух, а мы с работой замотались.
Анжела, ещё не проснувшись толком, ответила:
– Ольга, подождите...
Но трубку взял Дмитрий:
– Конечно, Оля! Пусть остаются, мы присмотрим.
Анжела посмотрела на него в упор.
– Дим, мы не обсуждали.
– Но это же племянники, – он пожал плечами. – Недолго.
Недолго превратилось в постоянное. Дети остались, Ольга с Павлом уехали «на неделю», Сергей с Леной говорили о «ещё пару месяцев, пока ремонт». Тамара Ивановна уже купила билеты на обратный путь... на осень.
Анжела начала уходить из дома раньше и возвращаться позже. Работала допоздна, гуляла по району, сидела в кафе. Дома она улыбалась, помогала, но внутри всё накапливалось.
Кульминация наступила в пятницу вечером. Анжела вернулась с работы вымотанная — проект сдавали, нервы на пределе. В квартире был праздник: Тамара Ивановна испекла торт, все собрались за столом. Сергей поднял бокал:
– За новый семейный очаг! Теперь мы все здесь, как в старые добрые времена.
Все зааплодировали. Дети кричали «ура». Дмитрий улыбался во весь рот.
Анжела стояла в дверях с сумкой в руках.
– Я устала, – сказала она тихо. – Пойду переоденусь.
Но в спальне на их кровати спал Барон. В шкафу висели вещи Лены. На тумбочке — детские книжки Миши.
Она вышла обратно.
– Дим, можно тебя на балкон?
Они вышли. Вечер был тёплый, город шумел внизу.
– Дим, – Анжела говорила спокойно, но голос дрожал. – Я больше не могу. Это не наш дом. Это общежитие.
Дмитрий нахмурился:
– Анжел, ну что ты. Они же помогают...
– Помогают? – она повысила голос впервые. – Они захватили всё! Мою ванную, мою кухню, мою спальню! Я не могу даже вещи свои найти! Дети рисуют на стенах, собака спит на нашей кровати, твоя мама планирует переезд насовсем!
– Но они семья...
– А я? Я кто? Служанка? Хозяйка временная?
Дмитрий молчал.
– Я думала, мы строим нашу жизнь. Вместе. А получается, я здесь лишняя.
– Не говори так, – он взял её за руки. – Я поговорю с ними.
– Ты уже неделю говоришь «поговорю». А ничего не меняется.
В этот момент на балкон вышла Тамара Ивановна:
– Дети, что вы там шепчетесь? Торт стынет!
Анжела повернулась к свекрови:
– Тамара Ивановна, я хочу сказать при всех.
Она вернулась в гостиную. Все посмотрели на неё.
– Я рада, что вы все здесь, – начала Анжела, стараясь говорить ровно. – Правда рада. Но это наша с Дмитрием квартира. Мы её купили для себя. Для нашей семьи. Не для постоянного проживания всех родственников.
Повисла тишина.
Ольга кашлянула:
– Анжел, мы же ненадолго...
– Недолго уже месяц прошёл, – продолжила Анжела. – И планы на лето, на осень. Я не против гостей. Но не так. Не постоянно. Не без спроса.
Сергей усмехнулся:
– Ну, ты чего, Анжела. Мы же свои.
– Свои, – кивнула она. – Но у каждого должно быть своё пространство. Я ухожу на выходные к подруге. А когда вернусь — хочу видеть наш дом. Наш.
Она взяла сумку и вышла. Дмитрий побежал следом:
– Анжел, подожди!
В лифте она повернулась:
– Дим, реши. Или мы вдвоём в нашей квартире. Или я одна. В своей.
Дверь закрылась. Анжела вышла на улицу, чувствуя слёзы на глазах. Она не знала, что будет дальше. Но знала: если не сейчас, то никогда.
А в квартире остался Дмитрий с семьёй. И ему предстоял самый трудный разговор в жизни...
Анжела провела выходные у подруги Марины в старой квартире на окраине города. Там было тихо: только шум дождя за окном, запах свежезаваренного чая и долгие разговоры до ночи. Марина слушала, не перебивая, лишь иногда качала головой.
– Ты права, Анжел, – сказала она однажды вечером, наливая вино. – Дом – это святое. Если не поставить границы сейчас, потом будет поздно.
Анжела кивала, но внутри всё болело. Она скучала по Дмитрию, по их новой квартире, по тому ощущению, которое было в первые дни. Телефон она выключила – не хотела звонков, объяснений. Пусть Дмитрий сам разберётся.
А в квартире тем временем царила необычная тишина. После ухода Анжелы все разошлись по комнатам раньше обычного. Дмитрий сидел на балконе один, глядя на огни города. В руках – телефон, но набрать номер жены он не решался. Слишком много слов крутилось в голове, и ни одно не казалось правильным.
Тамара Ивановна зашла к нему с чашкой чая.
– Сыночек, – сказала она тихо, садясь рядом. – Ты из-за Анжелы переживаешь?
Дмитрий кивнул.
– Мам, она права. Мы... я не подумал о ней. Думал только о том, как всем хорошо вместе.
Свекровь помолчала, помешивая ложечкой в своей чашке.
– Я тоже не подумала, – призналась она наконец. – Привыкла, что в нашем доме всегда все вместе. После отца... вы трое – моя опора. Хотела, чтобы и здесь так было.
– Но это не наш старый дом, мам, – Дмитрий повернулся к ней. – Это новый. С Анжелой. Мы вдвоём его строим.
Тамара Ивановна вздохнула.
– Знаю, Димочка. Просто... страшно одной. Квартира пустая, тихо. А здесь – жизнь.
Он обнял мать за плечи.
– Ты не одна. Мы всегда рядом. Но рядом – не значит вместе каждую минуту.
На следующий день Дмитрий собрал всех за кухонным столом. Дети играли в комнате, Барон дремал под столом. Ольга, Сергей, Лена, Павел – все смотрели на него выжидающе.
– Нужно поговорить, – начал он прямо. – Анжела ушла. И она не вернётся, если ничего не изменится.
Ольга нахмурилась:
– Дим, ну что ты. Она просто устала. Мы же помогаем...
– Нет, Оля, – Дмитрий покачал головой. – Вы не помогаете. Вы живёте здесь, как у себя дома. Планируете комнаты, лето, переезды. А это наша с Анжелой квартира. Мы её купили для себя.
Сергей откинулся на стуле:
– Брат, мы же семья. Что своё, что наше...
– Семья – да, – согласился Дмитрий. – Но у каждой семьи своё пространство. Анжела чувствует себя чужой в своём доме. И я её понимаю. Я тоже начинаю чувствовать.
Повисла пауза. Тамара Ивановна смотрела в окно.
– Я первая приехала с сюрпризом, – сказала она тихо. – Не спросила. Просто решила, что так лучше.
Павел кивнул:
– Мы все за тобой потянулись. Думали, раз Дима рад, значит, всё нормально.
Лена добавила:
– Может, мы слишком разошлись...
Дмитрий глубоко вдохнул.
– Я люблю вас всех. Правда. И хочу, чтобы вы приезжали в гости. Но в гости. Не жить месяцами без спроса. Давайте договоримся: приезды – по согласованию. На выходные, на праздники. А постоянно – только мы с Анжелой.
Ольга вздохнула:
– Жёстко, Димка. Но... наверное, справедливо. Мы и правда засиделись.
Сергей усмехнулся:
– Ладно, брат. Ремонт у нас почти закончен. Через неделю съедем.
Тамара Ивановна поднялась:
– А я завтра уеду. Домой. Не хочу быть в тягость.
– Мам, ты не в тягость, – Дмитрий встал и обнял её. – Просто давай по-новому. Приезжай, когда захочешь, но позвони заранее.
Она кивнула, и в глазах блеснули слёзы.
– Хорошо, сыночек. Я поняла.
Вечером Дмитрий позвонил Анжеле. Она ответила после долгой паузы.
– Алло?
– Анжел, – его голос был мягким. – Можно приехать? Поговорить.
– Приезжай, – сказала она просто.
Он приехал через час. Марина тактично ушла на кухню, оставив их вдвоём в гостиной.
Анжела сидела на диване, обхватив колени руками.
– Я поговорил с ними, – начал Дмитрий без предисловий. – Все уезжают. Мама завтра, Ольга с семьёй на следующей неделе, Сергей тоже.
Она посмотрела на него внимательно.
– Правда?
– Правда. И мы договорились о правилах. Гости – только по приглашению. Никаких сюрпризов, никаких планов на лето без нас.
Анжела молчала.
– Я был неправ, – продолжил он. – Думал, что делаю всем приятно. А тебя обидел. Прости. Этот дом – наш. Только наш.
Она подошла ближе, села рядом.
– Я тоже сорвалась, – сказала тихо. – Ушла, как в детстве. Но... не знала, как иначе.
Он взял её руку.
– Теперь знаем. Вместе решим всё.
Они обнялись. И в этот момент Анжела почувствовала облегчение – настоящее, глубокое.
На следующий день она вернулась домой. Квартира была почти пустой: сумки собраны, вещи убраны. Тамара Ивановна встретила её с улыбкой – немного виноватой, но искренней.
– Анжелочка, прости меня, старую, – сказала свекровь, обнимая невестку. – Не подумала о твоих чувствах.
– Ничего, Тамара Ивановна, – Анжела обняла в ответ. – Главное, что теперь всё по-другому.
Они попили чаю втроём – тихо, без суеты. А вечером Тамара Ивановна уехала на вокзал. Дмитрий проводил её, а Анжела осталась – расставлять свои вещи на места.
Через неделю уехали Ольга с семьёй. Дети обнимали дядю Диму, обещали приехать на каникулы «с разрешения». Сергей с Леной и Бароном забрали последние коробки.
Квартира снова стала их. Светлой, просторной, тихой.
Вечером они с Дмитрием сидели на балконе с бокалами вина.
– Помнишь, как мы мечтали об этом? – спросила Анжела, прижимаясь к нему.
– Помню, – он поцеловал её в висок. – И теперь это только наше.
Прошло несколько месяцев. Родственники приезжали в гости – по звонку, на день-два. Тамара Ивановна иногда оставалась на выходные, помогала с уборкой, но всегда спрашивала заранее. Ольга привозила детей на праздники. Сергей заглядывал с шашлыками.
Но дом оставался их – Анжелы и Дмитрия. Они повесили новые шторы, поставили цветы на подоконник, расставили фотографии только своей маленькой семьи.
Однажды вечером Тамара Ивановна позвонила:
– Анжелочка, можно я в субботу приеду? Пироги испеку, соскучилась.
Анжела улыбнулась:
– Конечно, Тамара Ивановна. Приезжайте. Мы вас ждём.
И положила трубку с лёгким сердцем. Границы были установлены – чёткие, но тёплые. И в этом доме теперь царил настоящий покой. Их покой.
Рекомендуем: