Кира возвращалась в родной город с почти забытым чувством покоя. Поезд мягко покачивался, будто убаюкивал, колёса мерно отбивали свой ритм, а за окном тянулись знакомые с детства пейзажи: бесконечные поля, редкие перелески, где берёзы стояли вперемешку с тёмными елями, маленькие домики с покосившимися заборами и огородами. Всё это было таким родным, что защемило где-то внутри. Кира смотрела в окно и вдруг поймала себя на том, что улыбается, просто так, без причины.
Когда-то, много лет назад, уезжая отсюда с одним чемоданом и огромными надеждами, она была уверена: больше она сюда не вернётся. Ну разве что на праздники — на пару дней, не больше. Тогда родной город казался ей тупиком. Захолустьем, где всё наперёд известно и расписано. Казалось, стоит здесь задержаться, и жизнь так и промчится мимо. Кира мечтала окончить вуз, найти престижную работу в большом городе, ходить в красивых пальто, спешить куда-то по делам, а если уж совсем повезёт — удачно выйти замуж. Чтобы всё как в кино.
Родители тогда просили вернуться обратно, особенно мама. Ей хотелось, чтобы дочка была рядом, чтобы общаться каждый день не по телефону, а на кухне, за чаем. Кира только отмахивалась:
— Мам, ну что мне там делать? Лучше я вас потом к себе заберу.
Она действительно так думала. Искренне. Но годы, прожитые в чужом городе, почему-то не делали её счастливее. Наоборот, тоска только накапливалась. Сначала Кира заскучала по родителям, потом по друзьям. По тем самым, с кем выросла: с кем бегала купаться на речку, сидела у костра, пекла картошку в золе, пела под гитару, фальшиво, но от души. По людям, с которыми не нужно было ничего объяснять — они и так всё понимали.
В институте у неё, конечно, появились подруги. Хорошие, нормальные девчонки. С ними можно было поговорить, посмеяться, пожаловаться на преподавателей. Но у них не было общего прошлого. Не было тех воспоминаний, которые вдруг всплывают спонтанно и заставляют смеяться до слёз, от одного лишь взгляда друг на друга. Не было того «а помнишь…», за которым следует целая история.
В их родном городке выходные проходили просто и как-то по-настоящему. Без повода они собирались и ехали в лес или к реке. Брали гитару, термос с чаем, бутерброды, и этого хватало для счастья. В большом городе развлечения были другими. Сначала Кира к ним тянулась — хотелось попробовать всё: клубы, бары, громкую музыку, огни, шум. Она сходила туда пару раз, оставила почти все деньги, которые родители прислали, а в последний вечер еле унесла ноги от приставучих хулиганов. Тогда она долго шла домой одна, кутаясь в куртку, оглядываясь на каждый шорох, и впервые очень чётко поняла: нет, это точно не моё. В их маленьком городке было куда спокойнее. Там, по крайней мере, знаешь, кто идёт тебе навстречу.
Приезжая домой на каникулы, Кира всё чаще ловила себя на странной, тянущей тоске. Каждый раз, уезжая обратно, она думала о том дне, когда вернётся сюда навсегда. Сначала эти мысли казались признаком слабости, будто она не справилась, не дотянула до «красивой жизни». Но с каждым годом они становились всё настойчивее. И вот, держа в руках диплом, Кира шла по коридору института и с предвкушением думала: уже завтра она поедет на вокзал, купит билет, и всё. Прощай, «город мечты». Здесь хорошо, но дома всё же лучше. Она уже представляла, как откроется дверь родной квартиры, как мама обнимет её крепко-крепко, как отец посмотрит с гордостью. Представляла, как пойдёт по знакомым улицам, как встретит старых друзей, как всё вдруг встанет на свои места.
— Кира! Кира, подожди!
Она обернулась, услышав своё имя. По коридору, запыхавшись, бежала однокурсница Лена, размахивая рукой.
— Тебя в деканат вызывают! Срочно!
Кира нахмурилась.
— В деканат? Зачем?
— Не знаю. Сказали, что срочно.
По дороге она перебирала в голове возможные причины. Может, где-то не расписалась? Или забыла какую-нибудь бумажку? Да нет, ерунда. Диплом ведь уже на руках. Ничего серьёзного быть не должно.
Декан предложил ей присесть и посмотрел так, будто собирался сообщить нечто чрезвычайно важное, или какой-то приз вручить.
— Кира, — торжественно начал он и даже улыбнулся, — могу вас поздравить.
Она насторожилась.
— С чем?
— Только что мы получили запрос из одной очень известной компании, — сказал он таким тоном, словно говорил о выигрыше в лотерею. — Им нужен толковый выпускник. И, поверьте, я не могу никого другого выбрать, кроме вас.
Кира растерялась.
— Но… я… — она замялась. — Я вообще-то собиралась уезжать.
Декан махнул рукой, будто отгоняя надоедливую муху.
— Глупости. Вы понимаете хоть, что это за шанс?
Он открыл папку, заглянул в бумаги и назвал сумму стартовой зарплаты. Кира даже не сразу осознала цифры.
— А через год, при нормальных показателях, — продолжил он как ни в чём не бывало, — зарплата будет вдвое больше. – Он поднял вверх указательный палец и многозначительно кивнул, – к тому же, опыт, связи, перспективы... Да вы должны туда бежать вприпрыжку! Такой шанс один на миллион бывает.
Он говорил долго, настойчиво, не давая ей вставить ни слова. Рассказывал о карьерном росте, о крупных проектах, о возможности поработать с иностранными партнёрами, о командировках, о том, что с таким стартом она без проблем обеспечит себе будущее. Каждое слово ложилось, как аргумент, против которого слишком уж трудно возразить. Кира сидела, сцепив пальцы, и слушала. Где-то внутри неё медленно, болезненно что-то переворачивалось. Всё, о чём она когда-то мечтала — престиж, деньги, «настоящая» работа, — вдруг оказалось прямо перед ней. Не где-то в абстрактном будущем, а здесь и сейчас.
— Подумайте, — наконец сказал декан, заметив её растерянность и чуть сбавив тон. — Но недолго. Такие предложения не ждут.
— Я… подумаю… до завтра, — тихо ответила Кира.
В тот же вечер Кира позвонила родителям. Мама слушала внимательно, иногда тихо вздыхала. Отец пару раз хмыкнул, явно обдумывая услышанное, а потом сказал то, что Кира и сама где-то внутри понимала, но боялась произнести вслух.
— Дочь, — произнёс он спокойно, без давления, — с опытом ты на самом деле потом в любой компании работу найдёшь. А вот если сейчас вернёшься домой только с дипломом, кто тебя тут возьмёт? У нас не город возможностей, сама знаешь.
Мама поддержала его:
— Поработай, наберись опыта. Домой ты всегда успеешь вернуться. Мы подождём. Главное, чтобы у тебя всё сложилось.
После разговора Кира долго сидела у окна, сжимая телефон в руке. Сердце тянуло в одну сторону — туда, где родной дом, родители, знакомые улицы. Разум настойчиво толкал в другую — к работе, возможностям, будущему. В итоге победил разум. Или, скорее, страх упустить шанс. Она согласилась. Сказала себе, что это ненадолго: год, максимум два, а потом домой.
Работа оказалась совсем не такой страшной, как она себе представляла. Напротив — Кире даже понравилось. Коллектив был дружный, без подковёрных игр и вечных интриг. Коллеги не смотрели свысока, помогали, объясняли, подсказывали, если что-то не получалось. Начальство ценило её старательность, аккуратность и умение быстро разбираться в новых задачах. Её замечали, хвалили, иногда поручали чуть больше, чем положено новичку. Вечерами Кира возвращалась в съёмную квартиру уставшая, но с тёплым чувством внутри — день прошёл не зря.
И всё же оставаться здесь ей не хотелось. Это чувство не исчезало, не притуплялось — наоборот, со временем становилось только сильнее. Она давно поняла, что домой тянет со страшной силой. Скучала по родителям, по их родным голосам, по ощущению, что ты на своём месте и тебе не нужно никому ничего доказывать. Но была ещё одна причина. Та, о которой Кира старалась не думать. Та, что жила где-то глубоко внутри и иногда всплывала неожиданной болью.
На третьем курсе она познакомилась с Михаилом. Совершенно случайно — в маленьком кафе неподалёку от института. Он подсел за её столик, спросил, свободно ли, завёл разговор, а потом улыбнулся так, что у неё на мгновение перехватило дыхание. Михаил был старше её лет на десять — уверенный, спокойный, он не суетился, не пытался произвести впечатление, и именно это её подкупало. Они встречались несколько раз, гуляли по набережной, долго разговаривали, смеялись, делились мыслями. С ним Кира чувствовала себя интересной, нужной. А потом он пропал. Просто исчез. Пообещал позвонить, и тишина. Сначала Кира не придала этому значения, решила, что он занят. Потом сама набрала его номер: один раз, второй, пятый. Безрезультатно.
Она злилась, переживала, прокручивала в голове их разговоры, искала, где могла ошибиться. Потом пыталась найти оправдания: может, проблемы, может, что-то случилось. А потом пришло несмелое болезненное понимание: он сбежал. Они были знакомы слишком мало, чтобы знать его фамилию или место работы. Да и зачем искать того, кто найден быть не хочет? Возможно, он вообще был женат. Всё-таки разница в возрасте была немаленькая. Эти мысли не приносили облегчения, но помогли поставить точку.
С тех пор Кира старалась не гулять в тех местах, где они когда-то были вместе. Она больше не заходила в то маленькое кафе у института, где всё началось с простой улыбки и пары случайных фраз. Не ходила по набережной, где они неспешно бродили вечерами, останавливались у воды, долго молчали и будто понимали друг друга без слов. Эти маршруты она вычеркнула из своей жизни, даже если они были короче и удобнее.
Этот город стал для неё городом Михаила. Почти каждая улица, каждый поворот напоминали о нём — о его голосе, взгляде, привычке улыбаться едва уловимо. Кира не хотела постоянно возвращаться к несбывшемуся, прокручивать в голове разговоры, искать ответы на вопросы, которых, по сути, уже не существовало. Она устала от этого гнетущего чувства. Хотела бы забыть, да не могла. Поэтому решение уехать отсюда со временем не ослабевало, а наоборот только крепло, становилось всё более осознанным и твёрдым.
Прошло пять лет.
Эти годы пролетели незаметно, слились в череду рабочих дней и редких выходных. Кира много работала, почти не тратилась, научилась считать деньги и откладывать «на потом». Не потому что жадничала — просто хотелось иметь запас, ощущение устойчивости под ногами. И вот, однажды вечером, пересчитывая свои сбережения, она вдруг остановилась. Несколько раз перепроверила цифры, потом ещё раз — будто боялась ошибиться. И неожиданно поняла: она может купить квартиру в родном городе. Не мечту из рекламы, не просторные апартаменты, а небольшую, обычную, возможно, не в центре — но свою. От этой мысли у неё перехватило дыхание. Она сидела, уставившись в экран телефона, и не могла поверить, что это вообще возможно.
Кира решила, что первое время сможет пожить с родителями, а квартиру сдавать. Это будет и подспорье, и ощущение надёжности. Она начала искать варианты, долго листала объявления, сравнивала, сомневалась. В итоге нашла подходящее, созвонилась с продавцами и попросила родителей съездить посмотреть. Те вернулись довольные: район спокойный, дом крепкий, магазины и остановки рядом. Она отправила маме доверенность и деньги. В день, когда сделка состоялась, Кира долго сидела с телефоном в руках, перечитывая сообщение от риелтора. Не верилось. У неё появилась первая в жизни собственность, купленная на свои деньги. Раньше ей и в голову не приходило, что такое может случиться с ней без чьей-то помощи, без кредита, без удачного брака — просто её собственный труд.
И вот она вернулась домой.
Первые несколько дней Кира вообще никуда не хотела выходить. Просто быть дома — этого было более чем достаточно. Просыпаться без будильника, пить чай на кухне, слушать, как мама возится у плиты, как отец читает новости. О работе заботиться не пришлось: её начальник заранее порекомендовал Киру своему бывшему компаньону, который открыл небольшое дело в их городке, там её уже ждали в назначенный день.
Она много времени проводила с родителями. Мама каждый день готовила её любимые блюда, будто пыталась наверстать упущенные годы. Отец расспрашивал о работе, о жизни, слушал внимательно. Подруги забегали в гости — у многих уже были свои семьи, дети, заботы. Они сидели на кухне, пили чай, смеялись, вспоминали прошлое, и так было тепло на душе, что Кира ни на секунду не пожалела о своём возвращении.
Немного отдохнув и придя в себя, Кира взяла у мамы ключи и поехала в свою квартиру. Сердце билось приятно и чуточку тревожно — всё-таки в первый раз она ехала туда как хозяйка. Хотелось открыть дверь, войти, оглядеться, провести рукой по стенам, будто убедиться: да, это правда моё. Кира поднялась на нужный этаж, нашла свою дверь, глубоко вдохнула и вставила ключ в замочную скважину.
Ключ не подошёл. Она нахмурилась и попробовала ещё раз. Потом перевернула его другой стороной. Аккуратно, затем с усилием. Ничего. Ключ упирался, будто это была совершенно чужая дверь.
— Странно… — пробормотала Кира и ещё раз сверила номер квартиры. Потом принялась дёргать ручку — сначала осторожно, потом уже с нарастающим раздражением.
И вдруг из-за двери раздался мужской голос:
— Да подождите вы немного!
Киру будто ударило током. Она резко отпрянула, сердце ухнуло куда-то вниз и заколотилось так, что стало трудно дышать. Через несколько секунд дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина в банном халате. Волосы мокрые, на лице недоумение и явное раздражение.
— Вы… — Кира сглотнула. — Что вы делаете в моей квартире?
Голос предательски дрожал, и она не могла на это повлиять. Мужчина посмотрел на неё и улыбнулся — спокойно, даже чуть насмешливо.
— Вообще-то, это моя квартира, — сказал он. — Вы ошиблись.
— Я не ошиблась! — выпалила Кира, чувствуя, как внутри поднимается волна паники и злости одновременно. — Это моя квартира! У меня и документы есть!
— Документы? — мужчина приподнял бровь, усмехнулся. — Очень интересно. Потому что у меня они тоже есть, и я могу их показать. А вы?
Кира замерла. Документы… Она даже не подумала взять их с собой. Просто не могла представить, что они вообще понадобятся. Мужчина, заметив её растерянность, равнодушно пожал плечами:
— Нет? Тогда попрошу меня не задерживать, я спешу на важную встречу.
Кира стояла, как вкопанная, не в силах вымолвить ни слова. Хотелось закричать, остановить его, но тело не слушалось. Дверь тихо захлопнулась, и следом щёлкнул замок. Кира ещё несколько секунд смотрела на неё, не веря происходящему. В голове не укладывалось, как такое вообще возможно. Нет, тут явно какой-то мошенник. Другого объяснения просто быть не могло.
Она вышла из подъезда на ватных ногах, словно после дурного сна, и поехала домой. Там, не раздеваясь, достала из комода папку с документами. Руки слегка дрожали, когда она раскладывала бумаги. Она снова и снова перечитывала адрес, фамилии, подписи, печати. Всё было правильно. Никаких сомнений.
Не раздумывая больше ни минуты, Кира отправилась в полицию. Она написала заявление, подробно объяснив, что в её квартире поселился незнакомый мужчина, да еще и поменял замки. Сотрудник выслушал её внимательно, задал несколько уточняющих вопросов, что-то записал, кивнул.
— Не переживайте, — сказал он спокойно. — Проверим.
На следующий день Кире нужно было выходить на работу, а настроения не было совершенно. Пришлось приложить немало усилий, чтобы держаться. Новый коллектив, первый день — не хотелось, чтобы её приняли за буку и решили, что она чем-то недовольна. Не объяснять же каждому, что у неё произошло. Поэтому улыбалась, кивала, старалась вникать в работу, хотя мысленно была совсем в другом месте. Когда вечером она возвращалась домой уставшая, опустошённая, будто выжатая, зазвонил телефон.
— Кира Сергеевна? — уточнили на том конце. — Это из полиции. Мы проверили информацию. Человек, проживающий в квартире, о которой вы заявили, имеет точно такие же документы. Просим вас подъехать в отделение.
Кира остановилась прямо посреди улицы, сжимая телефон в руке.
— Как… такие же? — только и смогла выдохнуть она.
— Приезжайте, — коротко ответили ей и отключились.
По дороге в отделение Кира уже морально готовилась воевать. Конечно, словесно, но решительно. В голове она прокручивала фразы, аргументы, реплики. Как будет доказывать, требовать, настаивать. Свою квартиру она просто так не отдаст, ни при каких обстоятельствах. Но стоило ей войти в кабинет, как все заготовленные слова рассыпались.
За столом сидел мужчина. Спокойный, собранный, сосредоточенный. Уже совсем не тот, что вчера стоял на пороге в банном халате. На нём был деловой костюм, волосы аккуратно уложены, осанка уверенная, привычная для человека, который знает себе цену. Он поднял глаза и Кира замерла. Это был Михаил... Тот самый Михаил, с которым она когда-то познакомилась в кафе. Тот, с кем гуляла по набережной и смеялась, чувствуя себя счастливой и нужной. Тот, кто однажды просто исчез и оставил после себя пустоту, которую она так и не смогла ничем заполнить.
Он тоже узнал её. Это было видно сразу — по тому, как изменилось его лицо, как он на мгновение застыл, будто не веря собственным глазам. Михаил медленно поднялся со стула, не спеша, словно боялся сделать резкое движение и спугнуть происходящее. Сделал шаг навстречу, потом ещё один.
— Кира?.. — тихо спросил он, почти шёпотом. — Это ты?
В его голосе было столько растерянности и осторожной надежды, что у неё перехватило дыхание.
— Ты изменилась… — добавил он после короткой паузы. — Да и вчера… вчера такой шок был, что я не сразу понял.
Кира стояла, не в силах вымолвить ни слова. Мысли путались, сердце билось слишком быстро. Она и сама не могла понять, как вчера не узнала его сразу. Наверное, потому что была напугана, выбита из колеи, слишком уверена в том, что этого просто не может быть. Михаил остался для неё частью прошлого — тем, кого не ждут встретить снова, тем более в собственной квартире.
Радость от встречи, едва успев родиться, быстро столкнулась с реальностью. Их вернули к делу. Постепенно, шаг за шагом, выяснилось, что мама Киры купила квартиру для неё на два дня раньше, чем Михаил. Все документы были настоящими, регистрация официальной, проведённой по правилам. Как так получилось, что одну и ту же квартиру оформили на двух разных людей с разницей всего в несколько дней, никто сразу объяснить не смог.
— Такое, к сожалению, случается в последнее время, — сказал следователь, листая бумаги и делая пометки. — Мошенническая схема. Нам она уже знакома. Вы не первые и, боюсь, не последние.
Им обоим пришлось писать заявления о мошенничестве. Полицейские пообещали разобраться, сказали, что есть зацепки и, скорее всего, преступников удастся найти в ближайшее время.
— Не переживайте, — добавил один из них. — Деньги вернуть сложнее, но шанс есть. Мы этим займёмся.
Из отделения полиции Кира и Михаил вышли вместе.
— Может, зайдём куда-нибудь? — неуверенно предложил Михаил, помолчав несколько секунд. — Поговорим. Если ты не против.
Она кивнула. Они зашли в небольшую кафейню неподалёку и сели за столик. Некоторое время молчали, глядя кто в чашку, кто в окно. Было странно начинать разговор заново, будто между ними не было ни прошлого, ни той паузы длиной в годы. Первым заговорил Михаил.
Он рассказал, что в тот момент, когда познакомился с Кирой, был женат. Формально. На деле всё уже давно шло к разводу — отношения выгорели, остались только привычка и бесконечные претензии. Он не хотел вдаваться в подробности тогда, не считал нужным перекладывать на неё свои проблемы. А потом… потом всё навалилось сразу.
— Я потерял телефон, — сказал он, глядя в чашку, медленно размешивая остывший кофе. — А симка была оформлена на неё. Восстановить номер не получилось. Где тебя искать я не знал, мы ведь почти не говорили о конкретике. О жизни, мечтах. А адреса, институт, фамилии… как-то не обсуждали.
Он пробовал искать её через соцсети, писал посты, описывая ситуацию и называя только имя. Всё оказалось бесполезным. С женой он в итоге развёлся, но она ещё долго не давала ему покоя, предъявляя нелепые требования, претензии, оказывая постоянное давление, словно он был ей чем-то обязан. В какой-то момент Михаил просто не выдержал.
— Я решил уехать подальше, — признался он. — Начать с нуля. И вдруг вспомнил, как ты рассказывала про этот городок. С таким теплом… Решение пришло само. Я нашёл вариант, купил квартиру. И вот… — он развёл руками и усмехнулся.
Кира слушала и чувствовала, как внутри становится спокойно. Всё, что тогда казалось ей предательством и равнодушием, вдруг стало объяснимо.
Они сидели в кафе ещё долго. Говорили, вспоминали, иногда смеялись, иногда снова замолкали и вдруг ловили себя на том, что время прошло незаметно. Проблема с квартирой никуда не делась — впереди были хлопоты, ожидание, неизвестность. Но ни Кира, ни Михаил почему-то об этом не жалели.
Иногда судьба умеет удивлять так, что ни один продуманный сценарий с ней не сравнится. И если людям действительно суждено найти друг друга, шанс непременно появится. Пусть даже такой странной, нелогичной ценой.
Рекомендую к прочтению:
И еще интересная история:
Благодарю за прочтение и добрые комментарии! 💖