Было раннее утро, и над лесом, ещё окутанным сизой дымкой росы, медленно поднималось солнце, такое же спокойное и равнодушное, как будто не земля вращалась вокруг него, а оно — вокруг человеческих тревог.
Я стояла на террасе, в руках — фарфоровая чашка с чаем, заваренным по старинному, с ломтиком лимона и ложечкой мёда.
Воздух был прозрачен, как совесть ребёнка, и в нём не было слышно ничего, кроме пения синиц да шелеста листьев, касавшихся друг друга, словно шептались о чём-то важном.
И вдруг посторонний голос среди этого утреннего великолепия
— Маргарита, а где же чайник? Не тот, сто с подогревом. А настоящий, с ручкой, чтобы можно было вскипятить воду по-людски?
Голос Людмилы, сестры моего мужа Вадима, разорвал тишину, как будто кто-то провёл ножом по стеклу. Он был привычно резок, но в нём уже не было и тени вежливости — только уверенность в своём праве, которое она себе присвоила, не спрашивая ни у кого позволения.
Я даже не обернулась.
Я знала, что, если сейчас посмотрю на неё, в её лице, в этом выражении привычного превосходства, в жесте, с которым она держит в руках чужую кружку, как свою, — я не сдержусь и выскажу ей всё, что я о ней думаю.
И тогда Вадиму будет стыдно. А стыд перед своими родичами — вещь, которую он переносит тяжелее всего. Мне иногда кажется, что он может принести в жертву своим родственникам кого угодно - но только чтобы его родственники были довольны..
— В шкафу слева от мойки, — сказала я, стараясь, чтобы голос мой звучал ровно, без негатива. — Там же, где и вчера. И позавчера. И всю неделю, что вы у нас гостите.
— Ах, ну да, — сказала та, будто вспомнив где брала этот чайник еще вчера.
— Я думала, вы его спрятали. У нас в гостинице на Кипре, где мы отдыхали в прошлом году, всё лежало на самом виду. А у вас — всё как-то неправильно!
Я закрыла глаза. И в этот миг мне вспомнилось всё с самого начала - как мы пришли к решению - купить свой загородный дом, как я долго и много работала, копила каждую тысячу и откладывала деньги на банковский счет, чтобы накопить нужную сумму.
Вспомнила я, как мы волновались, продавая нашу в сущности неплохую трешку в хорошем спальном районе города, чтобы добавить нужную сумму и въехать в свой загородный дом.
Потом я вспомнила как мы волновались, подписывая бумаги о покупке дома. Сколько было опасений, что дом окажется не таким, как мы его представляли, что нас обманут, что будут скрытые косяки от строителей и прочее.
Это была настоящая внутренняя нервотрепка.
А потом мы с мужем долго доводили наш загородный дом до идеала - высаживали цветники, плодовые деревья, настилали дорогущий рулонный газон с автополивом, делали ремонт в доме, модернизировали систему отопления, строили сараи, беседку и автонавес с гаражом для нашего авто.
Да, я всю жизнь мечтала о тишине, о большом пространстве, о своём уютном доме, где можно будет слышать, как растёт трава.
Я мечтала не о богатстве, а о свободе и личном комфорте, который не зависит от соседа за стенкой.
А теперь — я должна была оправдываться за чайник, который лежит не там, где планировала моя гостья.
Нет, гости к нам заявились не сразу после покупки дома.
Сначала был перерыв — две недели безусловного счастья загородной жизни.
Мы гуляли босиком по росе, смотрели на закаты, как на картины, которые не надо покупать. Вадим читал на террасе, я — сидела с Борисом, нашим котом, который, как истинный аристократ, принимал новое жилище с достоинством и лёгким пренебрежением ко всему, что не касалось его сна.
Но потом Вадим необдуманно выложил фотографии нашей жизни в «Одноклассниках». С подписью: «Наш дом. Заходите в гости».
И понеслось!
Сначала приехали его родители.
«На денёк». Денёк растянулся на пять дней.
Потом приехала Людмила, двоюродная сестра Вадима со всей семьей.
— А мы тут проезжали мимо и решили заехать к вам на новоселье! — беззаботно проговорила Людмила.
Но остались они не на вечер, а на три дня, после чего было еще два дня передышки, после чего они приперлись на две недели - оказывается, у них был отпуск, который они решили благополучно у нас на даче.
С тремя детьми, мужем, чемоданами и убеждённостью, что всё, что есть у Вадима, — есть и у них.
Это был форменный кошмар. Они топтали газон, как будто они его проверяли на прочность. Сколько я говорил, что у нас газон скорее декоративный, чем спортивный, и на нем не обязательно играть в футбол.
Потом дети поселились в моей цветочной клумбе, решив повыдергать все тюльпаны, потому что «дети хотели посмотреть, что там у них под землей». Юные ботаники, блин.
Муж Людмилы сломал велосипед после первой же велопрогулки: «Скорости сами собой слетели — явно брак».
А Людмила засорила канализацию, почему-то решив затолкать туда кухонные бумажные полотенца, хотя я предупреждала всех, что средства личной гигиены, туалетную бумагу и всё остальное нельзя кидать в унитаз.
Я молчала. Я всё ещё надеялась, что Вадим поймёт, что пребывание его родственников доставляет мне настоящие страдания и дискомфорт!
— Вадим, может ты скажешь своим родственникам, что они загостились? Они реально нам за следующую неделю развалят нам всю нашу дачу! Я устала. Почему я должна их всех обслуживать, готовить завтраки, убирать за ними бардак, грязь, и носиться за их детьми, чтобы те как бы чего не натворили?
Я вроде всё предельно откровенно высказала Вадиму, но он лишь сказал: «Ну что ты, Люд — они же обидятся, осталось совсем немного Еще какая-то неделя.»
И тогда я поняла: что муж принес меня в жертву своим родичам.
— А что будет дальше, Вадим? Эти съедут, заедут другие? Ведь сарафанное радио работает, а мы принимаем твоих родственников как постояльцев пятизвездочного отеля! Я думаю, скоро и другим твоим родственникам захочется испытать наше гостеприимство! - заявила я.
— Брось, ты себя накручиваешь! - заявил муж.
Я было уже хотела обидеться на мужа и отвернуться к стенке нашей спальной комнаты, как в нашу спальню вбежала его сестрица и своим громогласным голосом заявила:
— Марго, моему сыну нужен пароль от вашего вайфая, у него кончился мобильный интернет! — заявила Людмила.
— Серьезно? Ты врываешься к нам в спальню, чтобы я дала тебе пароль от интернета? А до завтра это не потерпит? — раздраженно проговорила я.
— Нет не потерпит! — сверлила меня своими злыми глазами Людка.
— Да, Марго, ну дай человеку пароль от интернета, может им что-то срочное..., — муж мгновенно встал на сторону сестры.
— Слушай, я пароль не помню, а сейчас уже двенадцатый час ночи! А завтра я найду пароль и раздам каждому члену твоей многочисленной семьи, мне не жалко, у нас безлимитный интернет! — выдохнула я, надеясь, что она извинится и скроется за дверью спальной комнаты, но та продолжила.
— Пароль должен быть на обороте роутера! Где у Вас роутер? — настаивала Людмила.
— Люда, я как-то не так тебе объясняю? Завтра, Люда, и роутер тоже завтра найдем! Спокойной ночи! — чуть ли не наорала я на свою наглую гостью.
— Ну знаете ли..., — прошипела Людмила и, словно ошпаренная, выбежала из нашей спальни к моему величайшему удовлетворению.
На следующее утро Людмила ворвалась к нам в спальню в 6:40 и бесцеремонно начала меня расталкивать. Я лишь к утру заснула, потому что вся их семья мимо нашей спальни топала в санузел, где громко смывали воду, сморкались, что-то роняли и разговаривали в голос.
— Чего тебе? Дай поспать! Время семи нет! — ответила я.
— Отвези нас на озеро. А еще в магазин за продуктами, я хочу сегодня шашлыки с мужем пожарить в вашем складном мангале. Только ты кошелек не забудь, у нас сейчас напряженка с деньгами, отпускные задерживают! А отдыхать уже сейчас хочется.
Я села на кровати. Посмотрела на Вадима.
Он спал, как убитый или просто делал вид, что спал
— Людмила, — сказала я. — Я не твоя прислуга, я не твой личный шофер, я не твой банк, в конце-концов. Вы с мужем уже взрослые люди, поэтому решайте свои проблемы и позывы самостоятельно. Мой холодильник там, берите оттуда, что хотите, готовьте, что хотите, но планов покидать свой дом в мой законный выходной у меня не возникало сегодня! — очень четко и, надеюсь, доходчиво проговорила я двоюродной сестре мужа.
— Вадим — завизжала она. — Твоя жена нас выгоняет!
Он проснулся. Посмотрел на меня с упрёком. Как будто я нарушила какую-то священную традицию его неприкосновенной семейки.
— Марго… ну что ты…
— Я не «что я», — сказала я. — Я тот человек, который двадцать лет работал, чтобы построить дом, а не отель для твоих постояльце. Я не против гостей. Но против тех, кто считает, что, раз он родня, то может жить, как в коммуналке, не платя ни за свет, ни за уважение.
Через три дня они уехали. Видимо, обиделись. Муж ходил мрачнее тучи, а я на свои деньги наняла строителей, которые за неделю установили вокруг нашего участка двухметровый глухой забор. Нет, даже 2,2 метра, точно.
Я даже калитку не стала делать, и звонок с домофоном не установила. Заезд и заход на участок осуществлялся с помощью откатных ворот на навесе, которые открывались со смартфона только членов нашей семьи.
Вадим кричал: «Ты с ума сошла Это же тюрьма»
— Нет, — сказала я. — Это мои границы. Только в бетоне и металле они становятся видимыми для тех, кто не понимает слов.
А потом я завела собаку - щенка кавказской овчарки. Его звали Цезарь. Воспитывала и кормила я собаку сама, мужа не подпускала. Я четко обрисовала питомцу, что это его участок, и что посторонних - кроме нас с мужем и наших детей, тут никого быть не должно! Да, вот так и дрессировала!
Через год — снова звонок в ворота. За воротами снова Людмила, у которой, видимо, снова вырисовывался отпуск. И снова такая же нетривиальная затравка
— Привет! Мы снова в вашем в районе! Можно в гости?
— У нас теперь собака, — сказала я. — Она не любит новых людей, особенно у себя на участке!
— Ой, брось придумывать. Мы же свои! — отмахнулась от меня Людмила
— Я серьёзно.
Люда мне не поверила и сунулась на участок первой, думая, что её обманывают, правда её муж и дети благоразумно остались на своих местах, не торопясь заходить за калитку и глухой забор.
Вадик, не сразу увидев, что Людка уже своими размашистыми широкими шагами топала по нашей дорожке в сторону нашего дома, пытался его остановить, но та не реагировала на его крики и предупреждения.
— Она сама сделала свой выбор, - лишь сказала я своему мужу, который вернулся к гостям, пожимая плечами в ответ на сумасбродство и величайшую наглость заходить в гости, когда тебя не приглашают.
В этот же момент послышался лай и визг нахальной гостьи. А еще через пару мгновений, Людмила перемахнула через забор, как это делает пожарный на учениях, перепрыгивая преграду, юбка её была разорвана, а защитник своей территории благополучно рвал новую брендовую сумочку Людмилы, которую та обронила, перепрыгивая через забор.
С тех пор, больше незваных гостей в моём доме не было, чему я бесконечно рада. Люда обиделась, муж тоже, но мне пофиг. В принципе, я её предупреждала, зато теперь все родственники знают, что лучше без спроса к нам на участок не заходить, а то будет "атата".
