Даша сидела в уютной гостиной, рассеянно листая ленту в социальной сети. Экран смартфона мягко светился в полумраке комнаты, а за окном постепенно сгущались вечерние тени. Вдруг она оторвалась от экрана, повернулась к подруге и с лёгким любопытством в голосе спросила:
– Как там твой жених поживает? Истерики тебе не устраивает?
Ира, которая в этот момент поправляла подушку на диване, замерла на секунду, а потом недовольно поджала губы. Её лицо сразу стало серьёзным, даже немного усталым. Она медленно опустилась на диван, сложила руки на коленях и задумчиво посмотрела в сторону.
– Да как сказать… – протянула она, словно взвешивая каждое слово. – С того момента, как Марка забрали в армию, всё было довольно непросто. А последние пару месяцев наше общение и вовсе превратилось в какую‑то бесконечную игру в обвинение и оправдание!
Даша приподняла бровь, заинтересованно глядя на подругу. Ей хотелось понять, что именно происходит, но она не торопила Иру, давая ей время собраться с мыслями.
– Его кто‑то постоянно накручивает! – с досадой продолжила Ира. – Про меня всякую чушь рассказывают, а он верит.
– Например? – мягко подтолкнула её Даша, наклоняясь чуть ближе.
– Ну, неделю назад Марк позвонил мне и накричал, – Ира горько усмехнулась, вспоминая тот разговор. – Сказал, что я совсем совесть потеряла, с мужиками у подъезда обнимаюсь. Представляешь?
Даша на мгновение задумалась, перебирая в памяти недавние события.
– Неделю назад? – переспросила она. – К вам же в гости дядя приезжал, да? Брат твоей мамы, Игнат, кажется?
– Именно! – с горечью подтвердила Ира, разводя руками. – Но моему ревнивцу ничего не докажешь! Я иду в гости – и тут же получаю сообщение с кучей претензий. Даже несколько оскорблений затесалось. Знаешь, как обидно?
В её голосе звучала не столько злость, сколько усталость. Казалось, она уже исчерпала все силы, пытаясь объяснить Марку, что его подозрения не имеют под собой никаких оснований. Даша молча слушала, понимая, как непросто подруге справляться с этой ситуацией в одиночку.
– Прости, конечно, может, я лезу не в своё дело… – голос девушки звучал мягко, почти виновато. – Но ты уверена, что у вас есть будущее? Он тебе не доверяет, выкручивает каждый твой поступок в свою сторону. Ещё и тебя во всём винит.
Ира опустилась в кресло, обхватив руками чашку с остывшим чаем. Если честно, она сама уже не раз задавала себе этот вопрос.
– Я уже сама не знаю, стоит ли поддерживать отношения, – тихо призналась она. – Если уж он уверен в моём легкомысленном поведении… – девушка печально вздохнула.
Она действительно любила Марка, несмотря на все его странности и вспышки ревности. Но в последнее время её всё чаще одолевали тревожные мысли. А вдруг так будет всегда? Вдруг и после возвращения из армии он продолжит ревновать её к каждому прохожему, выискивать поводы для обид, верить чужим наговорам?
– Но с другой стороны, – продолжила Ира, словно пытаясь найти оправдание любимому, – вдруг кто‑то хочет нас рассорить? И специально даёт ему ложную информацию?
Даша слегка приподняла бровь, скептически хмыкнув. Ей казалось странным, что Марк так легко поддаётся чужим внушениям, но она быстро взяла себя в руки и с живым интересом предложила:
– А он так легко верит? Давай проверим! Кто у тебя на подозрении?
Ира задумалась, машинально загибая пальцы, будто пересчитывая потенциальных недоброжелателей.
– Степа, брат Марка, – начала она. – Он как‑то ко мне клеился, а я его послала. Ленка, его соседка по подъезду, которая, я просто уверена, по Марку не первый год сохнет! Кто ещё?.. – она на мгновение замолчала, пытаясь вспомнить других возможных кандидатов. – Даже не знаю… Его мама? Но это даже звучит дико!
В её голосе прозвучала нотка растерянности. Ей самой казалось нелепым подозревать в интригах мать Марка, но в последнее время всё выглядело настолько абсурдным, что любые версии казались возможными.
Даша искренне удивилась, даже слегка приподняла брови и наклонила голову набок. Вопрос вырвался у неё сам собой – настолько неожиданным показалось предположение.
– Ты что, не поладила с будущей свекровью? – в её голосе звучало неподдельное изумление.
Ира слегка поморщилась, будто от сильной боли, и постаралась ответить максимально сдержанно:
– Мы не сошлись во мнениях касаемо жизни в браке, – произнесла она, старательно избегая подробностей. В памяти тут же вспыхнули кадры той не самой приятной встречи, и по спине пробежал неприятный холодок.
Всё начиналось вполне безобидно. Ира всерьёз настроилась произвести хорошее впечатление. Она долго обдумывала, как лучше принять будущую свекровь, и решила устроить домашний ужин – показать, что умеет создавать уют и заботиться о близких. Заранее составила меню, тщательно выбрала рецепты, потратила немало времени на подготовку. В тот день она встала пораньше, чтобы успеть привести квартиру в идеальный порядок. Полы и столешницы сверкали, воздух наполнял аромат свежеприготовленных блюд, а на столе красовалась аккуратно сервированная посуда.
Тамара Ивановна пришла точно в назначенное время. Сначала всё шло неплохо: она вежливо поздоровалась, осмотрела квартиру, похвалила интерьер. Ира облегчённо выдохнула, решив, что худшее позади. Но постепенно обстановка начала накаляться.
Когда на столе появилось главное блюдо – нежнейшее мясо, приготовленное по особому рецепту, – Тамара Ивановна лишь презрительно нахмурилась. Не сказав ни слова, она поддела кусок вилкой, словно проверяя его на “съедобность”, и едва заметно покачала головой.
Следующий “прокол” случился из‑за маленького комнатного растения на подоконнике. Один листок слегка подсох, и это не укрылось от внимательного взгляда гостьи. Она громко хмыкнула, бросив короткий взгляд на Иру, будто говоря: “И это ты называешь ухоженным домом?”
Но настоящая буря разразилась позже, когда разговор зашёл о бытовых обязанностях. Ира спокойно объяснила, что считает справедливым делить домашние дела поровну – так, чтобы оба партнёра чувствовали себя комфортно и не перегружались.
Лицо Тамары Ивановны мгновенно изменилось. Она покраснела от негодования, глаза сверкнули гневом.
– Ты женщина! – резко произнесла она, повышая голос. – Это твоя святая обязанность всячески ублажать мужа и создавать для него комфортную жизнь. А ты хочешь из моего сына домработника сделать?
Ира попыталась спокойно и аргументированно объяснить свою позицию. Она напомнила, что тоже работает и имеет право на отдых после трудового дня. Но Тамара Ивановна даже не дала ей закончить мысль – резко отмахнулась, будто услышала что‑то совершенно несерьёзное.
– Я тоже работала! – воскликнула она, повышая голос. – И не сидела с ручкой, как ты, а пахала! Приходила домой и начинала наводить уют. Да, спать я ложилась в двенадцать ночи, но всё успевала сделать!
В её голосе звучала гордость за собственные достижения, словно она считала свой жизненный опыт неоспоримым аргументом. Ира глубоко вздохнула, стараясь сохранить спокойствие. Она понимала, что спорить с человеком, твёрдо уверенным в своей правоте, непросто, но не могла просто промолчать.
– А ваш муж при этом лежал на диване и смотрел телевизор? – спросила она мягко, почти невинным тоном. – Меня такое не устраивает. Я искренне считаю, что мужчина вполне способен вымыть за собой пару тарелок и протереть пол. Да и загрузить стиральную машину не проблема для современного человека.
Слова Иры, сказанные без агрессии, но твёрдо, словно подлили масла в огонь. Тамара Ивановна вспыхнула ещё сильнее. Её лицо покраснело, а голос стал резче и громче. Она начала горячо отстаивать свою точку зрения, приводя всё новые примеры из собственной жизни, доказывая, что именно такой порядок вещей – единственно верный.
Ира пыталась возражать, подбирая слова осторожно, чтобы не усугубить конфликт. Но каждая её реплика лишь провоцировала новую волну негодования. Разговор быстро перерос в жаркий спор, где обе стороны упорно стояли на своём, не желая идти на компромисс.
Напряжение в комнате нарастало с каждой минутой. Воздух будто сгустился, стало трудно дышать. Ира чувствовала, как внутри поднимается волна раздражения, но изо всех сил старалась держать себя в руках. Она не хотела ссориться, просто хотела донести свою мысль – что в современном мире обязанности по дому можно и нужно делить.
Но для Тамары Ивановны это было неприемлемо. Она видела в словах Иры не просто иное мнение, а прямое покушение на устоявшийся порядок вещей, на её жизненные принципы. С каждой новой фразой её голос звучал всё резче, а аргументы становились всё эмоциональнее.
В конце концов, не сумев убедить Иру и не желая продолжать спор, Тамара Ивановна резко поднялась со стула. Не сказав больше ни слова, она направилась к выходу, громко хлопнув по прощанье дверью.
Марк рванул за матерью, пытаясь её обновить и всё объяснить. Но вскоре парень вернулся обратно в квартиру. Он выглядел растерянным и виноватым, словно щенок, случайно нашкодивший и теперь ожидающий наказания. Парень подошёл к Ире, опустил глаза и тихо, почти шёпотом, начал извиняться за поведение матери.
– Прости, пожалуйста, – произнёс он, нервно облизывая губы. – Она иногда бывает слишком резкой. Я не хотел, чтобы так вышло…
Ира посмотрела на него, вздохнула и мягко улыбнулась. Несмотря на пережитый стресс, она видела, что Марк искренне сожалеет о случившемся. Его раскаяние и виноватый взгляд растопили её сердце. Она понимала – Марк уж не виноват в том, как ведёт себя его мать.
Даша задумчиво покрутила в руках чашку с чаем, глядя на подругу с лёгкой ухмылкой. В её глазах читалась смесь решимости и азарта – она явно уже начала выстраивать в голове план действий.
– А почему бы и нет? – произнесла она, слегка наклонив голову. – Сама посуди, кому твой Марк безоговорочно поверит? Разумеется, маме! Но это слишком подло даже для такой, как она, – добавила Даша с ноткой сомнения в голосе. – Как проверять будем?
Ира опустила взгляд, нервно поигрывая телефоном. Ей не хотелось верить, что кто‑то из окружения Марка действительно пытается их рассорить, но факты говорили об обратном. Она тяжело вздохнула, чувствуя, как внутри нарастает лёгкая тревога.
– У меня даже идей нет, – расстроенно произнесла она, поднимая глаза на подругу. – Всё это кажется таким… грязным.
Но Даша, похоже, уже настроилась на решительные действия. Её лицо озарилось хитрой улыбкой, а в голосе зазвучала уверенность.
– О, придумала! – воскликнула она, хлопнув ладонью по столу. – До всех троих подозреваемых мы донесём разную информацию. Например, одному скажем, что ты едешь за город с друзьями, другому – что планируется вечеринка. А третьему…
Ира на мгновение задумалась, а потом её лицо тоже озарилось пониманием. Она почувствовала, как в ней просыпается азарт – возможно, это действительно шанс выяснить, кто стоит за всеми этими наветами.
– А третьему скажем, что за мной увивается кавалер, – подхватила она идею подруги. – Назовём его Захаром, чтобы уж наверняка. И этим третьим будет мама Марка. Осталось только придумать, как ненавязчиво передать им эту информацию.
Даша уверенно кивнула, словно уже видела весь план в деталях. В её взгляде читалась решимость довести дело до конца.
– Оставь это мне! – сказала она твёрдо, с лёгкой улыбкой. – Я знаю, как это сделать так, чтобы никто ничего не заподозрил…
*********************
Ира почти не находила себе места от волнения. Последние дни тянулись невыносимо долго – она то и дело поглядывала на телефон, проверяла уведомления, вздрагивала от каждого звукового сигнала. Ей хотелось наконец‑то прояснить ситуацию, хоть разговор и грозил обернуться очередным болезненным конфликтом. Лучше уж знать правду, чем мучиться в неведении, снова и снова перебирая в голове возможные причины странного поведения Марка.
И вот, спустя три дня, вечером, телефон наконец ожил. Ира схватила его так быстро, что чуть не выронила. На экране высветилось имя Марка. Она на секунду зажмурилась, собралась с духом и ответила.
Голос Марка сразу резанул её холодной, почти ледяной злостью. Он не стал тратить время на приветствия или расспросы о её делах – сразу перешёл к обвинениям. Слова лились потоком, резкие, обидные, будто он давно копил их внутри и теперь не мог сдержать.
– Я всего полгода отсутствую, а ты уже романы с каким‑то Захаром закрутила? Да? – его голос дрожал от гнева. – Что молчишь? Нечего сказать в своё оправдание?
Ира почувствовала, как внутри всё сжалось. Она глубоко вдохнула, стараясь не поддаваться панике, и тихо, но твёрдо ответила:
– Всё‑таки твоя мама, – произнесла она с горечью. – А я‑то на твоего брата грешила…
– Причём тут мама? – прошипел Марк, не скрывая раздражения. – Это ты гуляешь, а не мама!
Ира сжала телефон в руке, чувствуя, как нарастает волна обиды. Она понимала – сейчас важно не сорваться, не начать кричать в ответ, а спокойно, чётко донести до Марка то, что ей удалось выяснить.
– Никакого Захара нет и никогда не было, – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Я просто хотела узнать, кто меня грязью поливает. И у меня получилось! Тамара Ивановна меня ненавидит и готова на всё, чтобы нас рассорить! И ты ей так легко и бездоказательно веришь?
В трубке повисла пауза. Ира слышала, как Марк тяжело дышит, словно пытается подобрать слова, но не может. Ей казалось, что он сейчас либо начнёт отрицать очевидное, либо наконец задумается над тем, что она сказала. Она ждала, затаив дыхание, надеясь, что хотя бы на этот раз он услышит её.
– А почему я не должен ей верить? Ты попалась, так имей совесть признаться! И извиниться. Хотя я не уверен, что и дальше хочу быть с тобой. Я не могу тебе доверять. Ты…
Ира почувствовала, как внутри поднимается горячая волна обиды. Она столько раз пыталась объяснить ему ситуацию, столько раз доказывала свою честность – и всё напрасно. Его слова, полные недоверия, будто ударили её наотмашь. Она больше не могла сдерживаться.
– Ах так! – выкрикнула она, и в её голосе прозвучала не только боль, но и твёрдая решимость. – В таком случае – прощай! Кольцо пришлю с курьером твоей матери. Я тоже не хочу иметь с тобой ничего общего, понятно!
Она нажала “отбой” так резко, что телефон чуть не выскользнул из дрожащих пальцев. Несколько секунд Ира сидела неподвижно, глядя в одну точку, а потом слёзы хлынули потоком. Она закрыла лицо руками, пытаясь сдержать рыдания, но это было невозможно. Обида, горечь, разочарование – всё смешалось в один огромный клубок, который сдавливал грудь, мешал дышать.
Весь вечер Ира проплакала. Она перебирала в памяти их отношения, пыталась понять, где и когда всё пошло не так. Разве она давала ему повод сомневаться в себе? Разве хоть раз поступила недостойно? Мысли крутились в голове, но ответов не было. Было только одно чёткое ощущение – она больше не может так жить, постоянно оправдываясь перед человеком, который не хочет её слышать.
Даша пришла к ней на следующий день. Она не стала сыпать пустыми утешениями, не говорила, что всё будет хорошо и что она ещё найдёт своё счастье. Вместо этого она просто обняла подругу и тихо сказала:
– Лучше расстаться сейчас, когда ещё нет семьи. Марк не изменится, он так и будет верить слухам. Особенно если эти слухи ему приносит в клювике любящая мамочка.
Ира молча кивнула, уткнувшись в плечо подруги. Где‑то в глубине души она понимала – Даша права. Но от этого понимание не становилось легче…
*********************
Почти месяц Ира ходила как в тумане. Она выполняла свои обязанности на работе, общалась с коллегами, улыбалась, когда это было нужно, но внутри всё ещё болела рана от расставания. От тяжёлых мыслей спасала только работа – она погружалась в задачи с головой, старалась не оставлять себе времени на размышления.
И вот однажды на корпоративе по случаю юбилея компании шеф решил познакомить её со своим другом. Мужчина подошёл с тёплой улыбкой, протянул руку и представился:
– Захар.
Ира на секунду замерла, а потом невольно рассмеялась. Это было настолько неожиданно и в то же время символично, что она не могла сдержать улыбки. Даша, стоявшая рядом, тут же подхватила шутку:
– Ну что, подруга, это судьба!
С Захаром они разговорились легко и непринуждённо. Оказалось, что у них много общего – интересы, взгляды на жизнь, даже любимые книги совпадали. Они стали встречаться, и с каждым днём Ире всё больше нравилось проводить время с этим человеком. Он был внимательным, заботливым, умел слушать и слышать. С ним она наконец почувствовала, что может расслабиться, перестать оглядываться назад и начать жить заново.
Через несколько месяцев они сыграли свадьбу. Торжество получилось тёплым и душевным – без пафоса и лишних формальностей, но с искренними улыбками и добрыми пожеланиями. Ира смотрела на своего мужа и понимала – она сделала правильный выбор.
А Марк, вернувшись из армии, долго доказывал всем друзьям и знакомым, что Ира его не дождалась. Он рассказывал эту историю с горечью в голосе, словно пытаясь убедить всех, что виноват не он, а обстоятельства. Но время шло, и постепенно эти разговоры сошли на нет. Жизнь продолжалась, и каждый пошёл своей дорогой…