Зловещий феномен опричнины Ивана Грозного практически не был описан в классической русской литературе и очень осторожно оценивался историками по одной причине — он нанёс сильнейший удар по легитимности и моральному авторитету царской власти и православной церкви. И настолько ослабил государство и общество, что через 20 лет после «эксперимента» они оказались на грани существования в пору системного кризиса, известного под именем «Смутного времени».
Чудесное избавление от него с недавних пор в Российской Федерации празднуют в ноябре, как День народного единства. А в Вологде вспоминают первопричину Смуты – опричнину, - учреждённую Иваном Грозным 3 февраля 1565 года и разделившую страну на две враждующие между собой части. Вологда тогда вошла в число 20-ти особых городов (вместе с Вязьмой, Суздалем, Козельском, Медынью, Великим Устюгом и т.д.) с волостями, которые были назначены на содержание опричнины.
Сейчас в стране опять в ходу советская концепция, утверждающая прогрессивный характер опричнины, которая была направлена против остатков раздробленности и влияния боярства, «рассматривавшегося как реакционная сила, и отражала интересы служилого дворянства, поддерживавшего централизацию, что, в конечном счёте, отождествлялось с общенациональными интересами». При этом сторонники такого взгляда на историю стараются не упоминать о том, что опричные грабежи, убийства, вымогательства и прочие бесчинства привели к полному разорению Руси, зафиксированному в переписных книгах и сравнимому с последствиями вражеского нашествия. Что главным результатом опричнины стало утверждение самодержавия в крайне деспотических формах, а опосредованно – окончательное оформление крепостничества. Что опричнина и террор подточили нравственные устои русского общества, уничтожили чувство собственного достоинства, самостоятельности, ответственности.
Учреждаемая в том числе как способ укрепления обороноспособности страны опричнина привела к тому, что опричное войско, проявившее себя в массовых репрессиях внутри страны (была, например, умерщвлена половина населения Новгорода), просто не являлось на войну с внешними врагами. Как было в 1571 году во время нашествия крымского хана Девлет-Гирея.
Имущественный передел подорвал основу экономики. До 90% земель лежало «в пустее». Писцовые книги, составленные в первые десятилетия после опричнины, создают впечатление, что страна испытала опустошительное вражеское нашествие. Они полны записями такого рода: «…опритчиные на правежи замучили, дети с голоду примерли», «опритчина живот пограбели, а скотину засекли, а сам умер, дети безвесно збежали», «опричиныи замучили, живот пограбели, дом сожгли». Бегство крестьян, в свою очередь, привело к необходимости насильно удерживать их на местах — отсюда последовало сперва введение «заповедных лет», плавно переросшее в учреждение крепостного права.
Хуже всего, что опричнина привела к падению морального авторитета и легитимности царской власти; из защитника и законодателя царь и олицетворяемое им государство превратились в грабителя и насильника. Выстраиваемая десятилетиями система государственного управления сменилась примитивной военной диктатурой.
Которая, кстати, не щадила никого, включая и своих адептов, уже тогда доказав, что репрессии не бывают избирательными, однажды начавшись, они рано или поздно оборачиваются против самих инициаторов. Например, были умерщвлены такие видные деятели опричнины, как Алексей Басманов с сыном Фёдором, дьяк Посольского приказа Иван Висковатов, казначей Н. Фуников-Курцев, опричный келарь (снабженец) А. Вяземский. Некоторые были убиты особо изуверским образом: так, Фуникова попеременно обливали кипятком и холодной водой, его жену, раздев, посадили на натянутую верёвку и протащили по ней несколько раз, с Висковатого живьём срезали мясо). В Александровой слободе были утоплены в реке Серой домочадцы казнённых (около 60 женщин и детей). Как рассказывали, царь лично принимал участие в казнях, а толпы опричников стояли кругом и приветствовали казни криками «гойда, гойда».
«Превратив политический вопрос о порядке в ожесточенную вражду с лицами, в бесцельную и неразборчивую резню, он [Иван Грозный] своей опричниной внёс в общество страшную смуту, а сыноубийством подготовил гибель своей династии, - писал историк Василий Ключевский. - Между тем успешно начатые внешние предприятия и внутренние реформы расстроились, были брошены недоконченными по вине неосторожно обострённой внутренней вражды».
Советские историки и некоторые из их нынешних последователей полагают, что результатом опричнины стало «укрепление самодержавной власти, создание предпосылок для будущего расширения государства, подавление центробежных сил и мобилизация ресурсов для великих геополитических задач». И в самом деле, «грозный опричный» пример периодически сподвигал руководителей российского государства на подвиги в разные периоды и в разных вариантах – от Российской империи до СССР. Задачи, конечно, решались, причём почти всякий раз такой непомерной ценой, что от последствий этих успехов страна и её население приходили в себя десятилетиями…