- Поход на СВО нужно воспринимать, как профессиональную деятельность, а не идти туда просто за деньгами, - считает наш земляк ветеран боевых действий Артем Скорняков.
Использование стратегических летательных аппаратов типа «Герань», ударных fpv-коптеров, наземных робототехнических комплексов, морских и речных безэкипажных катеров - всё это зона ответственности новых войск беспилотных систем, формирование которых началось в прошлом году. Набор желающих служить в них сейчас идет во всех регионах страны.
А чтобы разобраться в тонкостях профессии, нужно поговорить с человеком, который сам прошел этот путь.
Всегда нравилась электроника
Наш земляк Артем Скорняков, что называется, чистый технарь – спокоен, уравновешен, вдумчив, лишним эмоциям в его мировосприятии нет места.
Мое знакомство с ним состоялось еще пару лет назад – в составе одной из волонтерских групп вместе доставляли «гуманитарку» в подразделение БАРС -11. Тогда бойцы сетовали на то, что им крайне необходимы люди, которые разбираются в электронике и БПЛА. Артем оказался как раз таким человеком.
И вот наша новая встреча.
- Ты изменился.
- Постарел? – улыбнулся мой гость.
- Нет. Просто стал взрослым.
Артем сейчас живет в Краснодаре, детство и юность провел в Гулькевичи – учился в СОШ №1, потом в кадетском корпусе им. Трошева, окончил наш строительный техникум.
- Как-то в то время мне учеба не очень заходила, но электроника нравилась всегда, - рассказывает молодой мужчина. – После службы по контракту в Цхинвале, я перебрался в Краснодар и стал заниматься ремонтом телефонов. Быстро развивался. Отсутствие специального образования не помешало мне стать главным инженером одной из крупнейших IT-компаний страны.
Жизнь шла свои чередом – все складывалось: любимая жена, карьерный рост, появилась маленькая Адель, но та декабрьская поездка с «гуманитаркой» стала триггером, и уже 16 января Артем ушел «за ленту». Теперь его звали Алик. Первый день рождения дочери он отметил в ДНР.
Хотел быть полезным
- Артем, что тобой двигало, когда принимал это решение?
- Много близких там осталось, а еще что-то внутреннее.
Ростислав Волков был моим другом. В тот день, когда я провожал его на спецоперацию, он мне сказал: «У каждого человека есть своя социальная значимость, вот и подумай, где ты должен быть».
Попав к БАРСам в 2022-м, я подумал, что мои знания, навыки будут полезны там. Так и оказалось. Я видел, что помогаю своему подразделению и своим знакомым, с которыми довелось где-то пересечься.
Так Артем реализовывал свою социальную значимость: являясь научно-техническим специалистом БАРСов, занимался разработками, касающимися дронов – дорабатывал и ремонтировал «птиц», придумывал разные приспособления для них, печатал на 3D-принтерах корпуса и детали.
Популярный сейчас Mavic-3 Алик и его товарищи получали еще тогда.
- Мы работали в основном в бункере. Чтобы протестировать то, что собирал и придумывал, садился в машину и ехал на Запорожье, ближе к ЛБС, «полетать», - вспоминает Артем.
- Охотятся на БПЛАшников?
- Мне все равно. Не задумывался. Как-то начальник разведки, пожимая мне руку, сказал: «Первый раз держу в руках 10 тыс. долларов - слышал, что за твою голову хохлы столько обещают».
Я не получил никакой травмы. Когда уходил, знал, что вернусь, что все будет хорошо, что из любой передряги выберусь. И поехал по ощущениям как на вахту.
Но видел, как ломаются люди, их психика. Как они сходят с ума в первые дни.
- От чего это происходит?
- Выходят из зоны комфорта. Запомнился один вояка – очень бравый, взрослый, жесткий, красиво говорил, но через сутки, побывав под обстрелом, уехал домой. Он даже ничего не видел, его сама атмосфера сломала.
Как всё устроено
Не секрет, что БПЛА – это дешевое средство разведки, и дешевое средство поражения.
- Не существует ракеты за 50 тыс., которая может подорвать танк, а дрон с хорошим зарядом может влететь в гусеницу и остановить машину, - рассказывает Алик о преимуществах «птиц».
- Артем, а что включает в себя подразделение БПЛА?
- В подразделении должна быть лаборатория, где подготавливаются и ремонтируются дроны; должны быть пилоты, и пилот должен быть не один – на одну «птицу» два-три, в зависимости от того оборудования, с каким ты работаешь.
- Зачем?
- Представим fpv-дрон - для полета тебе нужно надеть очки, а ты находишься в посадке, как ты можешь лететь один в очках? Ты же не видишь, что происходит вокруг. Тебе, как минимум, нужен второй номер, который смотрит вокруг и готовит вторую «птицу» к полету.
Должны быть машины. Техники, которые их обслуживают. Потому что без техники ходить с рюкзаком, полным дронов - такое себе.
- Тяжело?
- Зависит от задачи. Есть коммерческие дроны, их задача - разведка, кто-то берет ударные, самосборные fpv, и их задача – поразить цель или отвлечь противника. Нюансов много и часто нужно много и быстро перемещаться.
- А ты со всеми «птицами» работаешь?
- Да. Могу и fpv собрать, и научить на нем летать, могу и сложно-компонентный ремонт коммерческих сделать.
К слову сказать, после СВО Алик с товарищем, с которым вместе воевали, занялись ремонтом дронов для военных в Ростове-на-Дону. Потом Артем вернулся в Краснодар и открыл свою подобную фирму.
- Не могу совладать с собой и работать на кого-то, поэтому работаю на себя, - улыбается собеседник. - Я сплю по четыре часа в сутки – у меня свой график жизни.
Алгоритм действий
Поговорили с гостем и об острой потребности в войсках специалистов БПЛА.
- Пилотов может быть и достаточно, но именно компетентных, которые понимают, как они летят, понимают свою «птицу» и свою задачу, мало.
Вот, например, как-то встретил товарища, который служил в РЭБе, спрашиваю у него:
- Ты понимал свою работу?
- Да, я знаю свое дело.
- А как дрон тебя будет атаковать, как ты будешь защищаться, куда у тебя антенны направлены?
- У меня штыри направленные стоят.
Показывают в интернете, как происходит распространение радиосигнала, ведь РЭБ-машина - это просто помехи, которые мешаются с сигналом от дронов. Облако распространения по форме, как человеческие легкие. Показываю:
- Вот здесь, если «птица» спикирует, свободная зона поражения.
- Реально, пять лет на контракте служил и ни разу об этом не думал! – рассказывает и чертит Артем.
- Целая наука получается. Этому же где-то учат?
- Есть центры подготовки, но там в основном готовят людей, которые умеют только управлять дронами. Все остальные знания человек должен хотеть получить и стараться это делать самостоятельно.
В идеале, он должен воспринимать поход «за ленту» как свое дело, в котором он специалист, чтобы не «задвухсотиться» в первый день. «Вагнеровцы» правильно говорили: «Ничего личного - это бизнес», и они были профессионалами своего дела - изучали военное ремесло как свою основную профессию, чтобы не просто поехать на войну денег заработать – повезет не повезет, как в казино или «русской рулетке». Они специально готовились к этому.
- Какими техническими навыками должен обладать человек, собирающийся стать БПЛАшником?
- Фундамент, с которого можно сформировать хорошего пилота – молодой парень, любящий компьютерные игры.
Дроны – это про технологии, дроны – это про современность.
Мы с другом брали в Ростове на работу человека 67-ми лет. Когда-то тот работал на производстве истребителей в СССР и занимался радиоэлектроникой, но его знания сейчас оказались неактуальны.
- Что ты можешь посоветовать тем, кто собирается идти в беспилотные войска?
- Во-первых, нужно понимать, что шансов вернуться домой у БПЛАшника гораздо больше, чем у пехотинца. Хотя специалист беспилотных
войск цель более лакомая, чем любой пехотинец, чем дорогая техника, но все равно ты работаешь на дистанции.
Во-вторых, поход на СВО нужно воспринимать как профессиональную деятельность. Перед тем как идти «за ленту» - найди центр, где можно поучиться. Таких центров сейчас много - они бесплатно готовят операторов, потому что работают за гранты. Подпиши через них контракт – они получат выплату, а ты специальность. Стань профессионалом. До того как ехать на войну – проверь себя. Бесплатно отучись и вернись домой целым и живым.
Бери и живи
Не секрет, что БПЛА универсальный инструмент.
Война когда-нибудь закончится и специалист не пропадет.
- Можно просто переквалифицироваться, добрать знаний и работать в строительстве, полиции, МЧС или сельском хозяйстве. Да мало ли, где еще будут использовать беспилотники потом, когда откроется небо.
Зачем поднимать вертолет, чтобы найти человека, если дешевле поднять дрон?
И так во многих отраслях. Это перспективное направление, - убежден Артем.
Бывший боец много работает, постоянно учится и развивается по своей специальности.
- А как ты отдыхаешь?
- Это как? – смеется. – Когда надо отключиться - играю в PlayStation. Я понял, что повзрослел лет в 26, как-то проснулся утром и понял, что мне стали неинтересны развлечения в общепринятом понимании.
- Что для тебя самое ценное в жизни?
- Семья. Я люблю дом, где родился; город, в котором вырос; дом, где я сейчас живу. Знаю, что моя дочь будет много путешествовать, когда вырастет – я для этого все силы приложу. Хочу, что весь мир был для нее открыт.
- В Бога веришь?
- Скажем так, я не спорю с теми, кто верит. У меня инженерное мышление, я не могу думать о том, чего нет. Хотя в последнее время мне стали попадаться некоторые ответы на мои вопросы в Библии. Не то чтобы я читаю эту книгу, нет, но в интернете наталкиваюсь на главы из неё, и вот там я вижу или слышу то, о чем думаю. Библия – это умная книга, написанная давно, считаю, что она опередила свое время.
- О чем мечтаешь?
- Ни о чем. Не строю планов. Есть здесь и сейчас, бери и живи.
Смотрю на Артема, мысленно с чем-то соглашаюсь, где-то привожу свои доводы. Совершенно точно, что это молодой человек другой формации, со своим мировоззрением и между тем, наполненный смыслом. И я полностью согласна с фразой, которую мой гость сказал на прощание:
- Ты должен помогать людям решать их проблемы. Сделай что-то полезное для человечества.
Елена Бондарь