Больше всего на свете Тимоха любил ходить в лес за грибами. Ягоды он тоже собирал, но не очень любил это дело. То ли дело — грибы! Ходишь по лесу, наклоняешься, под ветки заглядываешь — и зарядка, и прогулка, и жарёха потом вкусная.
Однажды он возвращался домой с полной корзиной грибов. Осталось только овраг перейти и по знакомой тропинке, через поле, дойти до дома. На самой опушке леса был сделан кем-то технический колодец. То ли егерь позаботился, то ли мелиораторы ливнёвку оставили — Тимоха не знал. Знал только, что на самой опушке, как раз у оврага, была вертикально врыта в землю широченная бетонная труба. Иногда она была под самый срез полная воды, иногда — до половины. А в самое засушливое время пересыхала полностью.
Вот как раз сейчас дождей не было давно. Некоторые бабки в деревне даже больше одного ведра воды в день из своих колодцев брать не разрешали. Удивительно было, что без дождей грибов в лесу было полно. Тимоха об этом не думал, а только бегал с корзинкой каждый день в лес.
Мальчуган вышел на опушку, поставил корзину, вытер пот со лба — жарко. Вот и та самая труба в траве виднеется. «Интересно, — подумал ребёнок, — есть там вода или нет?» Он подбежал, присел на корточки и упёрся коленками в широкий край бетонной трубы, который возвышался над землёй невысоко — всего сантиметров на двадцать.
Осторожно, чтобы не потерять равновесие, мальчик заглянул внутрь. Воды не было совсем. На глубине почти трёх метров было видно песчаное дно колодца. Труба была метра два в диаметре. С одного бока дно уже обросло мхом — значит, воды не было довольно давно.
Вдруг на дне что-то зашевелилось, и мальчик увидел какое-то животное — небольшое, то ли серого, то ли песочного цвета. Эхом в трубе жалобно раздалось басистое мяуканье — призывное и тоскливое.
«Кошка!» — подумал Тимоха. Наверное, бежала по полю за мышью да упала с разбегу. Деревенские кошки часто ходят в поле и ближайший лесок поохотиться за полёвками, за трясогузками.
Животному надо помочь. Вдруг со дня на день дожди пойдут — кошка ведь утонет. Мальчишка побежал в деревню, забыв о корзине и о грибах. Сперва он хотел просто спрыгнуть и достать животное, но потом понял, что сам-то тоже не сможет выбраться по отвесной стене.
Вбегая в дом, Тимоха заголосил что было мочи:
— Ба! Бабушка!
Старушка отошла от печи, вытирая руки полотенцем.
— Ну чего тебе, непоседа?
Она посмотрела на внука, на его большие глаза, разгорячённое от бега лицо, вытерла его краем передника и сказала:
— Угомонись, ты будто чёрта увидал. На-ка молочка попей.
— Некогда! — возбуждённо продолжал Тимоха. — Там в колодец кошка упала и вылезти не может! Ба, можно я лесенку в сарае возьму?
Бабушка посмотрела на внука:
— В какой такой колодец-то? А корзина где?
Тимоха оглянулся по сторонам, будто вспоминая что-то, потом стукнул себя ладонью по лбу:
— Грибы-то, бабуля… Я корзину там забыл. Давай кошку спасём!
Мальчик умоляюще посмотрел на бабушку.
— В каком колодце-то, спрашиваю, — не отпускала старушка внука.
Тимоха махнул рукой в сторону леса:
— Да там, на краю поля который.
— Ох ты боже мой, — всплеснула руками бабушка. — Не поможет лестница, она невысокая, а тот колодец глубокий. Возьми верёвку, привяжи к дереву и вокруг себя обмотай — так спустишься к своей кошке и по верёвке вылезешь.
Тимоха стремглав убежал. Бабушка, улыбаясь, вернулась к своим делам: хороший растёт мальчишка, добрый, всем на помощь спешит.
Юный спасатель схватил верёвку в сарае и помчался к лесу. Животное всё ещё было в западне. Увидев мальчика, снова стало призывно мяукать.
«А как же я её поднимать буду? — подумал Тимоха. — Она же царапаться будет…»
Он осмотрелся по сторонам и нашёл взглядом свою корзину с грибами. Недолго думая, мальчик вытряхнул грибы на землю, надел корзину через плечо за ручку и полез в колодец.
Внизу было темнее, чем казалось сверху. Тимоха осмотрелся и увидел животное. Серая пятнистая шкурка, большие жёлтые глаза смотрели на мальчика. Кошка оказалась крупнее обычной. Мальчик поставил корзинку на дно и протянул руки к кошке. Она оскалилась и зашипела, обнажив клыки приличного размера. Тимоха стал ласково с ней разговаривать и, показывая рукой то на корзинку, то наверх, объяснял, что хочет помочь, что не обидит.
То ли кошка оказалась слишком умной, то ли мальчик хорошо объяснял, но вскоре она встала, подошла к корзине, обнюхала её и залезла внутрь. Тимоха заметил, что хвост у кошки какой-то короткий, шерсть пятнистая, а не полосатая, как у всех деревенских Мурок. На ушах были забавные кисточки.
Мальчик снова просунул руку через ручку корзины, сдвинул её до самого плеча, ухватился за верёвку и полез наверх. Кошка оказалась довольно увесистой.
Наверху его уже поджидала бабушка, которая подала внуку руку и помогла выбратьться. Она не могла допустить, чтобы мальчик один в лесу лазил по колодцам. Закрыв заслонку у печки, старушка поспешила за внуком — она хорошо знала, где находится тот колодец, про который он говорил.
Тимоха обрадовался, увидев бабушку. Снял с плеча корзину:
— Смотри, бабуль, какая здоровая!
Кошка смотрела на своих спасителей огромными глазами. Видно было, что животное совсем молоденькое.
Бабушка только ахнула:
— Да это же рысь!
— Рысь?! — Тимоха аж присел.
Животное огляделось по сторонам, щурясь от яркого дневного света. Вылезло из корзины и очень медленно, крадучись, сделало пару шагов. Мальчик с бабушкой успели разглядеть необычное белое пятно на затылке между ушами — как будто седая прядь, словно метка какая. Рысь, не оборачиваясь, рванула в лес — только её и видели.
Тимоха присвистнул ей вслед. Бабушка перевернула пустую корзину, нарочито потрясла её и, смеясь, глядя на внука, сказала:
— Где же грибы-то, спасатель?
Тимоха обернулся и показал бабушке на горку отборных крупных грибов возле берёзки.
— Ух ты, молодец какой! — похвалила бабушка внука.
Они собрали грибы в корзинку и пошли по тропинке к оврагу, через поле и домой.
Когда наступала зима, Тимоха тоже был завсегдатаем леса. Чаще — на лыжах, а иногда и просто пешком, пробираясь по сугробам. Он любил съехать на пузе через занос, уткнуться носом в снежную кочку, разгрести её руками и рассматривать прошлогоднюю траву и листья, которые уже превратились в скелетики. Иногда находил спящих букашек. Тогда мальчик закрывал их листьями получше и засыпал снегом.
В тот злополучный день погода была просто прекрасная: светило солнышко, на небе — ни облачка. Снег искрился и переливался всеми цветами радуги, отражая лазурно-синее небо. Казалось, всё замерло — ни ветерка. Тимоха схватил лыжи и умчался в лес.
Он ездил без палок — в лесу они только мешались. Если надо было, придерживался за деревья, выписывая ловкие кульбиты. Он носился по лесу с довольно большой скоростью, иногда даже в ушах посвистывало.
Вот и сегодня мальчишка разогнался что было сил, ухватился рукой за берёзу, повернул направо, не рассчитав силу разворота, и полетел в овраг. Тимоха плюхнулся на пятую точку, что-то хрустнуло, и мальчик взвыл от боли. Нога! Он почувствовал, как сломанную ногу стало раздувать прямо на глазах, и ей стало тесно в валенке. Попробовал встать — тут же снова плюхнулся от боли.
Тимоха лежал на спине и думал, как ему теперь добраться до дома. Попробовал на четвереньках — тоже больно, ужасно. Ползком на животе далеко не продвинешься: рыхлый снег забивался за шиворот, становилось холодно. Снег щипал и колол кожу. Так он и лежал на спине, глядя в небо, пока не понял, что уже сгущаются сумерки.
Тимоха даже не слышал, как кто-то подошёл к нему сзади. Только вдруг чья-то большая голова закрыла почти всё небо и стала нюхать его щёки и нос, щекоча маленькими усиками. Мальчик подумал, что это, может, чья-нибудь собака и его сейчас найдут. Но собака бы уже давно стала лизать ему лицо.
На фоне темнеющего неба он чётко увидел силуэт круглой головы с острыми ушами-кисточками. Рысь! Это была рысь. Тимоха сел, зверь отскочил в сторону, мелькнув белой отметиной на затылке.
«Это же моя рысь, которую я спас из колодца», — изумился мальчик.
Он протянул к ней руку. Рысь вытянула морду и понюхала шерстяную варежку. Тимоха снова лёг на спину.
Мягкие, пушистые лапы ступали очень осторожно, почти не приминая снег, поэтому он и не услышал, как рысь подошла. На фоне неба снова появилась круглая голова и обнюхала его лицо. Затем мальчик почувствовал, как рысь взялась зубами за капюшон его куртки и потянула.
Сначала было тяжело, но потом куртка заледенела, и рысь довольно быстро вытащила его из оврага. Мальчик упирался и отталкивался здоровой ногой, помогая ей.
Сначала он думал, что она хочет его утащить и съесть. Но потом решил, что если бы она хотела его съесть, то не тащила бы так далеко. Наконец он услышал, как вдалеке лают собаки. Рысь продолжала его тащить. Мальчик почувствовал запах дыма из печных труб, высвободил капюшон и сел. Деревня была совсем близко. Рысь притащила его к самой дороге и села рядом, словно хотела удостовериться, что его найдут.
Мальчик услышал голос бабушки, как она звала его:
— Тимоша! Тим!
Он понял, что бабушка всё это время очень волновалась. Набрав воздуха в грудь, Тимоха что есть мочи крикнул:
— Ба! Я тут, бабушка!
— Э-эй, Тим! — отозвалась бабушка.
Рысь прижала уши, прислушиваясь, но продолжала сидеть рядом.
Вскоре бабушка нашла внука. Она посмотрела на большую кошку, сидящую рядом.
— Это она меня притащила, бабушка. Я, кажется, ногу сломал, — объяснил Тимоха.
Рысь посмотрела на мальчика, на бабушку, словно удостоверилась, что ребёнок спасён, и побежала в лес.