СЦЕНА ТРЕТЬЯ
(Кабинет де Тревиля. Де Тревиль, входит д’Артаньян)
ТРЕВИЛЬ
Входите, д’Артаньян! Уж не знаю, что вы сделали, куда ездили, но Королева соизволила поблагодарить меня за славного мушкетёра д’Артаньяна. Такая честь! А ведь вы вовсе не мой мушкетёр.
Д’АРТАНЬЯН
Сердцем я всегда был мушкетёром, и я не скрываю этого. И лишь от вас зависит, чтобы я стал им на самом деле.
ТРЕВИЛЬ
(Тревожно смотрит на д’Артаньяна, спрашивает себя)
Куда подевался весь его пафос?
(Вслух)
Вы не добавили, что все ваши друзья – мушкетёры. И не удивлён этим. Ведь ваши друзья пропали! И, между прочим, насколько я могу судить, сопоставляя факты о том, каким образом двое из них получили у меня отпуска по самой высокой протекции, а Атос, имевший отпуск для излечения, отправился самовольно в поездку с вами, я предвижу худшее.
Д’АРТАНЬЯН
Каждый из них совершил свой подвиг.
ТРЕВИЛЬ
Защищая вас?
Д’АРТАНЬЯН
Не только. Защищая кое-кого повыше меня. Если меня они защищали всего лишь от смерти, то одной персоне грозило нечто гораздо более страшное, чем смерть.
ТРЕВИЛЬ
Страшнее смерти только потеря чести.
Д’АРТАНЬЯН
Я сказал достаточно, вы поняли намного больше, чем я сказал.
ТРЕВИЛЬ
Итак, трое моих лучших мушкетёров принесены в жертву чести указанной особы? Печально, что за сумасбродные причуды важных персон приходится платить такую цену.
Д’АРТАНЬЯН
Я убеждён, что этих трёх мушкетёров не так легко списать, как это пытались сделать наши враги, поджидавшие нас в коварных засадах.
ТРЕВИЛЬ
Я был бы счастлив, если бы ваше убеждение приобрело материальное подтверждение. Что же вы думаете предпринять? Ожидать их возвращения?
Д’АРТАНЬЯН
Я хотел бы поехать в те места, где я был вынужден их покинуть, чтобы разузнать об их судьбе. Если им необходима помощь, я окажу её им, если к несчастью мне осталось лишь воздать им последний долг, я привезу их в Париж, где им в последний раз будут салютовать все мушкетёры Его Величества.
ТРЕВИЛЬ
Понимаю. Вы хотите, чтобы я ходатайствовал о продлении вашего отпуска перед Деззесаром? Что же вы сами не попросите его об этом?
Д’АРТАНЬЯН
Я не могу высказывать предположение о гибели мушкетёров ни перед кем, кроме вас, господин капитан.
ТРЕВИЛЬ
Вы уже пятую фразу начинаете со слова «Я», вы не заметили? Хотелось бы мне, чтобы вы вместо этого говорили «мы»!
Д’АРТАНЬЯН
Именно для этого мне и нужно продление отпуска.
ТРЕВИЛЬ
Вам не нужно продление отпуска, ваш отпуск ещё не закончен. Для вас был выхлопотан отпуск на гораздо больший срок, чем тот, в который вы управились с данным вам поручением, в чём бы оно ни состояло.
Д’АРТАНЬЯН
И при всём том я чуть было не опоздал. Если бы я задержался хотя бы ещё на полчаса, всё могло бы закончиться совсем не столь благополучно.
ТРЕВИЛЬ
Не знаю и не хочу знать сути вашей поездки, но по долгу дружбы вы просто обязаны немедленно предпринять то, что вам следует, вместо того, чтобы обсуждать это дело со мной. Я бы дал вам провожатых, но не могу, у меня нет лишних мушкетёров. Я и без того по вашей милости лишился трёх шпаг. Надеюсь, не навсегда. Перед тем, как вы отбудете, послушайте один мой совет и ответьте мне на один вопрос.
Д’АРТАНЬЯН
Да, господин капитан.
ТРЕВИЛЬ
Мой совет состоит в том, чтобы вы были осторожны. Остерегайтесь ловушек. Не ходите под окнами домов, из которых на вас может упасть что-то тяжёлое, или напротив тех домов, из которых может прозвучать выстрел. Обходите за версту группы гвардейцев кардинала.
Д’АРТАНЬЯН
Вы предлагаете мне превратиться в труса?!
ТРЕВИЛЬ
Ничуть, но я хотел бы, чтобы вы превратились в осторожного храбреца. Если потребуется, идите напролом, но делайте это с открытыми глазами. Если из кустов может вылететь пуля, приглядитесь, не блеснёт ли среди листвы ствол мушкета. Уж если встретить предательскую пулю, то не в спину, а в грудь. Это всё, что я хотел вам посоветовать.
Д’АРТАНЬЯН
Благодарю вас, капитан. А в чём состоит ваш вопрос?
ТРЕВИЛЬ
А вопрос вот в чём. Что с вами случилось? Я не вижу прежнего гасконца! Где эта уверенность и бравада, порой излишняя, но неотъемлемая черта всякого южанина? У меня такое впечатление, что я разговариваю не со своим земляком, а с каким-нибудь эльзасцем!
Д’АРТАНЬЯН
У меня личная потеря, господин капитан.
ТРЕВИЛЬ
Я так и подумал. Что ж, дай вам Господь сил пережить это и храни вас Бог на вашем пути по поиску друзей.
(Де Тревиль протягивает руку для пожатия, но потом вдруг в каком-то порыве обнимает д’Артаньяна)
Видит Бог, я полюбил вас, как родного сына, хотя знаком с вами совсем недолго. Возвращайтесь живым и дай вам Бог найти всех наших друзей в добром здравии.
Д’АРТАНЬЯН
На случай, если я не вернусь, знайте, что Портоса я потерял в Шантильи, Арамиса — в Кревкёр-сур-л’Эско, а Атоса — в Амьене.
ТРЕВИЛЬ
И после этого вы хотите, чтобы кто-то поверил в байку, что вы ездили провожать Атоса на воды в Форж? Рассказывайте всем, что вы ездили в Фор-Маон.
СЦЕНА ЧЕТВЁРТАЯ
(Гостиница в Шантильи. Хозяин, пара посетителей, которые впоследствии уходят. Входит д’Артаньян)
Д’АРТАНЬЯН
Хозяин, вина!
ХОЗЯИН
И самого лучшего. Только специально для вас, монсеньор!
Д’АРТАНЬЯН
Почему ты называешь меня монсеньором?
ХОЗЯИН
Если монсеньор желает, он может путешествовать инкогнито. Я буду обращаться к вам так, как монсеньор прикажет.
Д’АРТАНЬЯН
(Оглядываясь по сторонам, обращаясь только к хозяину, тихо)
Предположим, ты угадал. Что тебя навело на эти мысли?
ХОЗЯИН
Я же не слепец! Я видел в окно, на каких конях вы приехали! Да ещё два столь же великолепных коня на поводу! А какие сёдла! Все четыре! Кто же может себе такое позволить? Только герцог!
Д’АРТАНЬЯН
Ну ладно, ты меня раскусил. Тогда отвечай, как на духу герцогу и не вздумай водить меня за нос. Несколько дней назад тебе принесли раненного мушкетёра, большого роста и неимоверной силы.
ХОЗЯИН
Вы говорите о господине Портосе!
Д’АРТАНЬЯН
Да, именно о нём! Он уехал? Куда, когда?
ХОЗЯИН
Если бы он уехал! Он проживает у меня и не платит ни су!
Д’АРТАНЬЯН
Но ведь у него были деньги!
ХОЗЯИН
Может быть, и были! Да только на следующий день после того, как он заехал у меня, здесь останавливались два человека, с виду дворяне, но, такие пройдохи! Они играли с господином Портосом в ландскнехт. На следующий день они уехали, и забрали даже коня господина Портоса. Он видел это и не возражал.
Д’АРТАНЬЯН
Проигрался! А что же вы?
ХОЗЯИН
На следующий день я спросил господина Портоса об оплате по счетам.
Д’АРТАНЬЯН
И остались живы, с чем я вас и поздравляю. Подобные вопросы опасно задавать господину Портосу, когда у него в кошельке ветер гуляет!
ХОЗЯИН
Я очень быстро бегаю и ловко укорачиваюсь от тарелок и сковородок, иначе не быть бы мне живу.
Д’АРТАНЬЯН
Что ж, я оплачу его долги и заберу его у вас.
ХОЗЯИН
Да воздаст вам Господь за вашу доброту, монсеньор!
