Я очень люблю бездонный по смыслам фильм Марлена Хуциева «Послесловие», в котором герой одного из лучших советских актеров Ростислава Плятта, рассказывает о встрече с Маяковским. Фильм бесконечный по открытиям. Каждый раз, когда его смотришь, ловишь новые ощущения в себе. Рефлексия и очищение души при каждом просмотре. Считаю этот фильм настоящим шедевром.
Но как я удивилась, прочитав недавно интервью Плятта, в котором он рассказывает еще за 15 лет до съемок фильма «Послесловие», о его настоящей встрече с Маяковским.
Из интервью в 1968 году:
И вот я не могу забыть, как я долго-долго, завидев его (а его нельзя было при его колоссальности не заметить в толпе)… он спустился с Кузнецкого, повернул куда-то по Неглинному , я тоже немножко прошел за ним и завороженно, восхищенно думал о том, какой же это просто человеческий экземпляр. Тогда уже были модны набитые пиджаки. Я как раз подумал о том, как ему это не нужно, оценил разворот его плеч, понимаешь? Причем очень любопытно: он франтом ведь никогда не был — элегантным, очевидно, всегда, потому что у меня дважды от него впечатление в жизни…
Элегантен. Красив. Странное впечатление: не красавец…
Я долго смотрел: не красавец (ну, если так его анализировать отдельно), а вместе с тем ослепительное нечто. Тоже люди оглядываются, как оглядывались вослед ослепительному Василию Ивановичу Качалову. Вот эта самая прочность фигуры и ширина ненабитых плеч (мне все не давало покоя: вот, не надо ему ни набитых ватой плеч, чем тогда занимались мужчины), свои собственные! Может, там немного ватки и было, но… Вот это. В чем-то сером. Очень «над». Очень «над». Ну, в силу роста и в силу еще чего-то. Вот он… Может, он в этот момент, о котором я рассказываю, был и над бытом, думал о чем-то — вот он шел с высоко поднятой головой где-то так сказать, там… И не знаю, поздоровался ли бы он, если бы кто-то в этот момент бытово ему кивнул. Вот это ощущение красавца-человека опять же меня поразило, поразило, и я тоже, прошел за ним, глядя ему вслед, пока он не скрылся, возвышаясь над, задумался о том, какой экземпляр! Ты понимаешь, вот даже если не знать о нем и его, а просто увидеть на улице.
Почему я говорю, что он «над». Вот это я и говорю: он был физически «над» и внутренним образом «над».
Из фильма «Послесловие» 1983 года:
- А знаешь…Я видел Маяковского.
- Кого?
- Маяковского.
Не помню сейчас в каком году это было. Помню… осень, сентябрь… Знаешь? Когда вся улица идет на работу, вдруг вижу на углу стоит человек, стоит никуда не идет, что-то пишет в свою записную книжечку. Человек высокого роста в сером костюме, в серой кепке, папироска в углу рта. Через руку перекинута трость. Он стоит и что-то пишет. Как скала возвышается среди людей и среди толпы. Как скала. С ним здороваются. Он кивает не отрываясь. И вдруг я вижу чистильщик ему ботинки дочищает, щетки мелькают. А я стоял и смотрел…. Стоял и смотрел. А когда я проходил мимо, я сказал: «Здрасьте, Владимир Владимирович!» Он перевернул страничку, посмотрел на меня, улыбнулся и кивнул.
Знаешь, я шел по улице и мне казалось, что Маяковский смотрит мне вслед. Но я ни разу не обернулся. Знаешь, почему?
А ты знаешь, почему, почему я не обернулся? Я боялся, что он не смотрит мне вслед….А мне этого так хотелось….
Теперь там табачный киоск.