– Кристина, ну пойми же ты наконец, что это наш единственный шанс, – Антонина сидела на краешке дивана, крепко сцепив пальцы. – Семьсот пятьдесят тысяч. Ровно столько нужно, и квартира будет наша.
Кристина отвела взгляд к окну, где за стеклом моросил унылый дождь. Семьсот пятьдесят тысяч. Сумма, которую она откладывала почти два года, отказывая себе в отпусках, в новой машине, в элементарном ремонте собственной однушки.
– Тоня, ну, я даже не знаю...
– Там три комнаты, Кристина! Три! У детей наконец-то будет свое личное пространство, им не придется спать в одной комнате до совершеннолетия, – сестра подалась вперед, глаза заблестели. – Олег нашел этот вариант две недели назад, мы уже внесли залог, собрали все документы. Хозяева ждут до пятницы, а потом продадут другим. Там очередь, понимаешь? Живая очередь из желающих.
Кристина потерла переносицу. В висках начала зарождаться тупая ноющая боль – верный признак того, что разговор сворачивает куда-то не туда.
– А ипотека? Вы же оформляли ипотеку.
– Банк одобрил меньше, чем мы рассчитывали, – Тоня всхлипнула, достала из кармана скомканную салфетку. – Олег два раза переделывал справки с работы, но у него же официалка маленькая, сама знаешь. А то, что он реально получает, банку не покажешь.
Кристина знала. Как знала и то, что Олег уже лет пять обещает найти нормальную работу с белой зарплатой, а воз и ныне там. Шабашки, халтуры, какие-то мутные подработки – все это позволяло семье сестры держаться на плаву, но не более того.
– Тоня, послушай... – Кристина запнулась, подбирая слова. – Ты у меня три месяца назад десять тысяч брала. Помнишь? На школьную форму детям. Так вот, я их до сих пор не увидела.
Сестра дернулась, словно ее укололи.
– Господи, Кристина, да я забыла просто! Столько всего навалилось, ты не представляешь!
– Я понимаю. Но это было три месяца назад. А сейчас ты просишь в семьдесят пять раз больше.
– Это же совсем другое! – Тоня вскочила с дивана, принялась ходить по комнате. – Десять тысяч – это мелочь, просто вылетело из головы, я верну, клянусь тебе! Но семьсот пятьдесят – это на квартиру нужно… Такой долг я не забуду! И Олег тоже!
– Не забудете, – Кристина невесело хмыкнула. – Мы говорим о том самом Олеге, который уже четвертый год клянется, что вот-вот отдаст маме сто тысяч за вашу свадьбу?
Тоня замерла посреди комнаты. Губы ее задрожали.
– Это жестоко, Кристина
– Это правда.
В дверном проеме возникла мать. По ее лицу было ясно – она слышала достаточно.
– Кристина, можно тебя на минуту?
Это не было вопросом. Кристина тяжело поднялась с кресла и пошла за матерью в коридор, к вешалке с куртками, подальше от сестры, которая осталась стоять посреди комнаты со слезами на щеках.
– Мам, не начинай.
– Она твоя сестра, – Елена Павловна говорила негромко, но от каждого слова хотелось вжать голову в плечи. – Родная кровь, Кристина. Там двое детей растут в клетушке двадцать восемь метров. Макс в этом году в школу пошел, ему делать уроки негде – кухня или родительский диван. Ты когда последний раз у них была? Видела, как они живут?
– При чем тут это?
– При том. Ты сидишь одна в своей квартире, деньги на счету гниют, а семья задыхается. Тоня просит не просто так, не на шубу, не на машину – детям на крышу над головой. А ты ей про десять тысяч рублей напоминаешь?
Кристина прислонилась к стене. В груди горело, и это был не гнев. Что-то другое. Что-то похожее на стыд, перемешанный с обидой.
– Мам, это мои деньги. Я их два года собирала.
– На что? – мать прищурилась. – На что ты копишь, Кристина? На памятник себе при жизни? На старость, которая еще не скоро? У тебя ни мужа, ни детей, так для кого эти деньги?
Это было больно. По-настоящему больно.
– Отдай их сестре, – Елена Павловна положила ладонь дочери на плечо. – Они вернут. Не сразу, но вернут, я прослежу. А ты своей сестре поможешь и племянникам. Это же семья, Кристина. Семья. Помоги, ну что тебе стоит.
Кристина обреченно кивнула.
...Три недели пролетели в каком-то странном оцепенении. Кристина ловила себя на том, что по несколько раз в день проверяет банковское приложение, словно цифры могли волшебным образом измениться, вернуться к прежним значениям. Не возвращались, разумеется. Счет зиял пустотой, и каждый раз при взгляде на него в груди неприятно ныло.
...В тот вечер она машинально открыла социальные сети, пролистывая ленту без особого интереса – чужие ужины, чьи-то дети, бесконечные репосты новостей. А потом палец замер над экраном.
Тоня выложила фотографию. Лазурное море, белоснежный песок, два счастливых детских лица в панамках от солнца. Геолокация услужливо подсказывала: Анталья, Турция. Под снимком красовалась подпись: «Наконец-то настоящий отпуск! Дети в восторге!»
Кристина перечитала три раза, не веря собственным глазам. Пролистала дальше. Еще фотографии – Олег у бассейна с коктейлем, Тоня в новом купальнике, шведский стол с горами фруктов, детская анимация, номер с видом на море. Судя по количеству снимков, отдыхали они уже не первый день.
Пальцы сами нашли нужный контакт в телефоне. Гудок, еще один, третий. Сброс. Кристина набрала снова. Длинные гудки, потом механический голос автоответчика. Она попробовала в третий раз, в четвертый – с тем же результатом.
Тоня перезвонила только через десять дней. К тому моменту в ленте появились еще два десятка фотографий из Турции, включая восторженный пост о том, какой замечательный отель они выбрали и как важно иногда баловать себя и детей.
– Кристина, привет! Ты звонила?
Кристина стиснула телефон так, что заныли пальцы.
– Тоня, вы в Турции были?
– Ага, только вчера вернулись, – сестра говорила легко, беззаботно, и от этой легкости у Кристины скрутило живот. – Потрясающе отдохнули, дети до сих пор про море вспоминают, Максимка научился плавать без нарукавников, представляешь?
– Подожди, – Кристина прижала ладонь ко лбу, пытаясь собраться с мыслями. – Вы же квартиру покупали. Вам денег не хватало. Какая Турция, Тоня?
На том конце повисла пауза, а потом сестра хмыкнула.
– Ну, Кристина, мы же не можем совсем без отдыха. Детям нужно море, витамины, впечатления. Они же дети, им положено отдыхать нормально, а не на даче у бабушки комаров кормить.
Кристина медленно опустилась на стул, потому что ноги вдруг отказались держать.
– Тоня, я тебе семьсот пятьдесят тысяч дала. На квартиру. Ты плакалась, что единственный шанс, что жилье уведут, что дети в клетушке задыхаются. А теперь море! Когда ты собираешься возвращать деньги?
– Возвращать? – Тоня переспросила так искренне удивленно, что у Кристины на секунду мелькнула безумная мысль: может, она чего-то не понимает? – Кристина, ну какое возвращать? Мы же семья, родные люди. Ты помогла, и это прекрасно, я очень благодарна, честно. Но мы же не чужие, чтобы деньги туда-сюда кидать.
– Ты одолжила, Тоня, – Кристина с трудом выталкивала из себя каждое слово. – Одолжила. С возвратом. Ты сама говорила! Ты обязана вернуть эти деньги!
Сестра рассмеялась. По-настоящему рассмеялась, весело и звонко, и этот смех резанул Кристину наотмашь.
– Ой, ну, Кристина, ну что ты как маленькая? Обязана? Я что-нибудь подписывала? Ты расписку брала? Нет же! Ты просто помогла семье, как любой нормальный человек бы сделал. Считай, что подарила на новоселье. Ну или на улучшение жилищных условий, как это официально называется.
– Тоня, ты серьезно сейчас?
– Абсолютно, – сестра фыркнула. – Слушай, мне некогда, я детей из сада забрать должна. Давай как-нибудь созвонимся, нормально поговорим, а не про деньги. Пока!
Короткие гудки ударили в ухо.
Кристина еще долго сидела с телефоном в руках, глядя в одну точку. Семьсот пятьдесят тысяч. Два года жизни, сотни отказов себе во всем ради этих денег. Мечта о собственном большом ремонте, о нормальном отпуске, о новой машине взамен разваливающейся десятилетней развалюхи. Все это утекло в турецкое море, в шведские столы и детские нарукавники.
А все потому, что она поддалась на уговоры тех, кого считала семьей. Но больше она не собирается никому помогать. С нее хватит...
Дорогие мои! Если вы не хотите потерять меня и мои рассказы, переходите и подписывайтесь на мой одноименный канал "Одиночество за монитором" в тг. Там вам предоставляется прекрасная возможность первыми читать мои истории и общаться лично со мной в чате) И по многочисленным просьбам мой одноименный канал в Максе. У кого плохая связь в тг, добро пожаловать!