Их называли «ночными ведьмами». На фанерных бипланах У-2 они под покровом темноты наводили ужас на немецкие позиции. В ночь с 31 июля на 1 августа 1943 года одна из них, командир звена гвардии младший лейтенант Евгения Крутова, не вернулась с задания.
Её последний вылет стал не трагической случайностью, а преднамеренной жертвой, которая спасла десятки других жизней и изменила тактику целого полка.
Дорога к небу: от саратовской деревни до инструкторского кресла
Её путь в авиацию не был прямым и лёгким. Она родилась в крестьянской семье в саратовской деревне Труёвая Маза. Детство было трудным: переезды, ранняя смерть отца, необходимость помогать матери. После восьмого класса ей пришлось оставить школу и пойти на курсы стенографии, чтобы не быть обузой.
Но судьба распорядилась иначе. В Чебоксарах, куда переехала семья, работал аэроклуб имени А. Ляпидевского. Там открывался набор для девушек. Упорная и целеустремлённая, Женя Крутова записалась и с головой погрузилась в новую стихию.
Она жадно впитывала теорию, проводила на лётном поле всё свободное время. Её талант и трудолюбие быстро заметили. Уже через два года, как одну из лучших выпускниц, её направили в Коктебельскую школу лётчиков-инструкторов. К началу Великой Отечественной войны она вернулась в Чебоксары уже опытным инструктором, успевшим обучить двадцать одного курсанта.
На войне: от лётчика до гвардейца
В мае 1942 года её призвали в действующую армию. Она попала в легендарный 588-й ночной легкобомбардировочный авиаполк, полностью состоявший из женщин. Летать приходилось на тихоходных, но маневренных По-2, которые были уязвимы для зениток и истребителей, но идеально подходили для внезапных ночных налётов.
Крутова проявила себя как виртуозный пилот и меткий бомбардир. Мастерство её пилотирования отмечали даже бывалые однополчанки. За успешное выполнение боевых заданий её наградили орденом Красной Звезды.
К лету 1943 года 46-й гвардейский полк, в который был преобразован 588-й, базировался на кубанской станице Ивановская. Противник уже изучил тактику «ночных ведьм» и готовил ловушку.
Роковая ночь: прожекторная ловушка и новая тактика врага
В ту злополучную ночь экипаж Крутовой и её штурмана Елены Саликовой вылетел третьим в группе эскадрильи Татьяны Макаровой. Интервал между самолётами составлял обычные три минуты. Однако уже на подлёте к цели опытный глаз мог заметить неладное. Немецкие прожекторы работали непривычно: они не рыскали по небу в поисках целей, а коротко вспыхивали и гасли. Зенитная артиллерия молчала. В воздухе повисла зловещая, гнетущая тишина.
Штурман Саликова, как положено, сбросила светящую авиабомбу, чтобы осветить цель. И в этот миг заранее подготовленная ловушка захлопнулась. Яркий факел стал сигналом для десятков прожекторов, которые мгновенно слились в один ослепительный луч, намертво схватив фанерный У-2. Самолёт превратился в идеальную, неподвижную мишень на тёмном фоне неба.
Евгения Крутова, отличный пилот, отчаянно пыталась вырваться. Она бросала машину в крутые виражи, пикировала, пыталась уйти в скольжение. Но прожекторы держали самолёт с неумолимой точностью. И тогда из темноты, откуда не ждали, ударила новая угроза. Не гул зениток, а резкие очереди авиационных пушек. Это был немецкий ночной истребитель, поджидавший добычу в световой западне. Противник разработал новую тактику: ослепить прожекторами и расстрелять в упор.
Снаряды прошили правую плоскость. Самолёт вспыхнул и начал падать. Но даже в этой ситуации Крутова не выпустила штурвал. С невероятным усилием ей удалось сбить пламя и попытаться выровнять падение, переведя горящую машину в управляемое скольжение. Она боролась за каждую секунду, чтобы оттянуть неизбежное.
Цена трёх минут: сигнал, спасший полк
Пламя добралось до мотора. На исходе были последние секунды. Из кабины штурмана в ночную темноту вырвалась красная ракета — последний сигнал. В следующее мгновение самолёт огромным пылающим факелом врезался в землю у села Русское.
Прожекторы погасли. Засада была окончена. Но ее цель была достигнута с обратным эффектом. Экипажи, летевшие следом, увидели всё. Они поняли новую смертоносную тактику врага. У них появились те самые драгоценные минуты, которых не хватило Крутовой, чтобы отойти, принять решение, изменить высоту и курс. Ценой своей жизни экипаж Крутовой и Саликовой предупредил весь полк.
Память, выкопанная из земли
Долгое время о судьбе экипажа точно ничего не знали. Только после войны комиссару полка удалось разыскать свидетельницу — Надежду Кузнецову, которая в ту ночь была ребёнком. Она с сестрой нашла обгоревшие тела двух лётчиц и, рискуя, похоронила их в поле. Позже останки героинь с воинскими почестями перезахоронили в братской могиле в селе Русское.
Евгения Крутова была посмертно награждена орденом Отечественной войны II степени. Её имя носят улицы в Новочебоксарске и в том самом кубанском селе. Её последний бой длился всего несколько минут. Но в эти минуты она совершила больше, чем просто выполнила задание. Она изучила новый приём врага и, ценой невозможной цены, передала это знание другим, сохранив жизни тех, кто летел следом. Это был высший пилотаж не только лётного мастерства, но и солдатского долга.