Существует две версии возникновения галош:
- Первая версия — индейцы Южной Америки обмазывали ноги соком каучукового дерева и ждали, когда тот подсохнет, превращаясь в импровизированную непромокаемую обувь. Завоеватели взяли с собой несколько экземпляров этой обуви и привезли их на родину, но широкого распространения она не получила из-за отсутствия сырья для производства.
- Вторая версия — англичанин Рэдли в 1803 году запатентовал чехлы для обуви из ткани, пропитанной сырым соком каучукового дерева. Однако у этих галош был недостаток: на холоде они становились твёрдыми и ломкими, а в жару «таяли» — становились липкими и неприятно пахли.
- В современном виде галоши появились в 1840-е годы благодаря методу вулканизации каучука, изобретённому американцем Чарльзом Гудьиром. Сразу после открытия было налажено массовое производство галош, которые не промокали.
- В России массовое производство галош началось в 1859 году — в Петербурге открыли «Товарищество российско-американской резиновой мануфактуры» (ТРАРМ). С 1888 года на галошах появился фирменный знак — треугольник с начальными буквами фирмы внутри, со временем слово «треугольник» стало названием фабрики — «Треугольник» (после революции — «Красный треугольник»).
Красные галоши, или Как бабушка устроила переполох
В одном уютном доме, где пахло пирогами и звучал детский смех, жила шестилетняя Соня — непоседа с косичками, глазами‑пуговками и неугасимой фантазией. Больше всего на свете она любила яркие цвета, приключения и… неожиданные подарки. А ещё у неё была бабушка — добрая, но упрямая, как маленький носорог, женщина, которая свято верила: «Если вещь красная — значит, счастливая!»
Однажды утром бабушка, сияя, как новогодняя гирлянда, достала из шкафа пару ярко‑красных галош. Не просто красных — а таких, что даже светофоры могли бы им позавидовать.
— Сонечка, смотри, какие чудо‑галоши я тебе купила! — торжественно объявила бабушка, поставив обувь на пол. — Теперь ты будешь самой заметной девочкой во дворе!
Соня ахнула. Галоши казались ей сокровищем из сказки: большие, блестящие, с забавными пузырьками на подошве. Она тут же натянула их на ноги (пусть даже они были чуть великоваты) и закружилась по комнате, изображая балерину‑пожарного.
— Бабушка, они волшебные! — воскликнула Соня. — Я буду в них ходить везде! В садик, на прогулку, даже… даже в магазин за мороженым!
Но тут в комнату вошла мама. Взгляд её скользнул по галошам — и лицо мгновенно стало таким, будто она увидела инопланетный корабль на кухонном столе.
— Мама, — сдержанно начала она, — ты серьёзно? Эти галоши… они же…
— Красные! — радостно перебила Соня, подпрыгивая. — Самые красивые на свете!
— Они… очень яркие, — дипломатично подытожила мама, но в её голосе слышалось: «Они как пожарная сигнализация на ногах».
Бабушка подбоченилась:
— А что такого? Зато их издалека видно! Вдруг Соня заблудится — я сразу найду её по этим галошам!
— Но они же не сочетаются ни с одним её костюмом! — вздохнула мама. — И выглядят… э‑э‑э… экстравагантно.
— Зато весело! — парировала бабушка. — Детство должно быть ярким!
Соня, чувствуя, что спор грозит перерасти в «битву поколений», решила вмешаться. Она встала в позу супергероя, выпятила грудь и провозгласила:
— Я — Красная Галоша! Спасительница мира от скуки!
Мама не удержалась от улыбки. Бабушка расплылась в довольной улыбке. А Соня, воспользовавшись моментом, схватила зонтик (потому что супергероям он нужен даже в солнечную погоду) и помчалась к двери:
— Я иду спасать мир! От… от… от грязных луж!
Мама и бабушка переглянулись. Первая — с лёгким ужасом, вторая — с гордым блеском в глазах.
— Ладно, — сдалась мама. — Но только на прогулку. И если кто‑то спросит, почему у моей дочери обувь цвета сигнального маяка, я скажу, что это… модный эксперимент.
— Отлично! — обрадовалась бабушка. — А в следующий раз я куплю ей жёлтые варежки!
— НЕТ! — хором воскликнули мама и Соня, но было поздно: бабушка уже мечтательно разглядывала каталог с «самыми весёлыми вещами на свете».
На прогулке Соня действительно стала звездой. Дети во дворе окружили её с вопросами:
— Это что, специальные галоши для супергероев?
— Ты что, в них можешь ходить по воде?
— А можно померить?
Соня великодушно разрешила «пройти испытание», и вскоре половина двора топала в её галошах, изображая марсианских путешественников. Мама, наблюдая за этим хаосом, вдруг поняла: может, эти безумные галоши и не вписываются в её представления о стиле, но они подарили Соне столько радости, что спорить дальше бессмысленно.
Вечером, когда Соня, усталая, но счастливая, уснула с галошами под подушкой («Чтобы они не убежали!»), мама подошла к бабушке.
— Знаешь, — тихо сказала она, — может, я и перегибаю палку. Но эти галоши… они действительно делают её счастливой.
Бабушка обняла её:
— Вот и славно. А в следующий раз купим ей фиолетовый рюкзак. Шучу! — добавила она, увидев, как мама побледнела.
Так в доме воцарился мир. Соня продолжала носить свои красные галоши (теперь уже только на прогулки), мама научилась закрывать глаза на «избыточную яркость», а бабушка… бабушка просто улыбалась, зная: иногда самые странные вещи становятся самыми дорогими.