– Знаешь, а ведь если бы я тогда послушалась и перестала ездить, ничего этого бы не было, – говорит она, размешивая ложкой чай в глиняной кружке. За окном ее подмосковного дома шумит дождь, а на полках в комнате, заставленной книгами, стоят смешные керамические фигурки – ее собственные руки работы.
«Этим» Юлия Сулес называет все: и долгожданную дочь Варю, и мужа Евгения, рядом с которым уже больше двадцати лет, и роли в культовых «Наша Russia» и «Горько!», после которых ее лицо узнают в каждом супермаркете. Но главное «это» – состояние тихого, абсолютного покоя. Того самого, которое не купишь за деньги со съемочной площадки и не получишь в награду на премии.
Со стороны ее жизнь кажется идеальной картинкой из глянца про звездные пары. Но те, кто знает историю Юлии, понимают: этот покой выстрадан. Он оплачен шестичасовыми поездками в электричках в голодные девяностые, работой уборщицей в театре, годами безвестности и горьким уроком, который преподнесло ей собственное тело, когда оно вдруг перестало быть «узнаваемым товаром». И через все это она прошла, держась за руку одного человека – того самого парня, который был младше ее на целых пять лет и в которого она поначалу даже не верила.
Почему сегодня одна из самых востребованных комедийных актрис страны доверяет в этой жизни только своему мужу? И что скрывается за ее фирменной улыбкой, которая покорила миллионы? История, в которой путь к себе оказался длиннее, чем дорога из Подмосковья в Москву.
Дорога длиною в мечту: как шесть часов в электричке закалили характер
Юлия Стадник (такова ее девичья фамилия) родилась в 1972 году в самой обычной подмосковной семье, где царил культ точных наук[citation: Результаты поиска не содержат информации по запросу о Юлии Сулес]. Родители – инженеры-конструкторы. Сестра с блеском пошла по их стопам, увлеклась физикой и в итоге посвятила себя ядерным исследованиям. А Юля… Юля с детства жила в другом измерении.
Пока сестра решала задачи, она репетировала монологи. Вместо формул ее мозг запоминал тексты пьес. Родители, люди практичные, ее выбор не понимали и не особо поддерживали. Но девочка обладала упрямством, достойным истинного творца. Она нашла в Москве театральную студию и, будучи школьницей, сама, без чьей-либо помощи, стала ездить туда на занятия.
Представьте: раннее утро, темно, холод. Подросток садится в электричку, чтобы трястись три часа до Москвы. Потом – метро, пешком. Несколько часов занятий, отдача всех сил, эмоций, а потом – обратный путь. Еще три часа в вагоне, где пахнет махоркой и мокрыми шинелями. Домой она возвращалась затемно, уставшая до мозга костей, чтобы на следующий день снова сесть за учебники по алгебре.
– Шесть часов дороги туда-обратно, – вспоминает она теперь те годы. – Но мне это не казалось подвигом или наказанием. Это была плата. Плата за возможность прикоснуться к тому миру, о котором я мечтала. Я словно держала в руках билет в другую жизнь и боялась его уронить.
После школы она, полная надежд, подала документы в театральный – и провалилась. Удар был сокрушительным. Родители, возможно, даже вздохнули с облегчением: «Ну вот, одумается, пойдет по нормальной стезе». Но Юлия одуматься не собиралась. Она пошла другим путем – обходным.
Она устроилась в Театр киноактера. Не актрисой – уборщицей. Мыла полы в фойе и гримерках, выносила мусор. Потом стала кассиром, затем – администратором. Позже был Театр Романа Виктюка, где она также работала за кулисами, но не на сцене. Она была рядом. Дышала одним воздухом с актерами, слышала из-за кулис аплодисменты, видела, как рождается магия. Этого хватало, чтобы не сломаться. Чтобы понять: ее место – здесь. Просто путь к нему оказался длиннее и сложнее, чем она думала.
Студент, который оказался старше душой: история любви, начавшаяся с недоверия
В 22 года она наконец-то поступила в московский актерско-педагогический колледж. Казалось, мечта начала сбываться. Но впереди ее ждал сюрприз, который перевернет всю жизнь, причем в самом буквальном смысле.
На курсе она обратила внимание на парня по имени Евгений Сулес. Заметила не потому, что он был самым талантливым или самым красивым. А потому что он был… моложе. На целых пять лет. Для Юлии, уже прошедшей через неудачу в театре, работу уборщицей и чувствовавшей весь груз прожитых лет, это было серьезным психологическим барьером.
– Ну какой из него мужчина? – отмахивалась она от подружек. – Мал еще. Пусть сначала жизнь повидает.
Но Евгений оказался на редкость упорным и, что важнее, взрослым не по годам. Его ухаживания были не показными, а настойчивыми и искренними. Он не дарил громких слов, но всегда оказывался рядом, когда нужно. Шутил, но умел и поддержать. Провожал после занятий, и эти прогулки под вечерним московским небом постепенно стирали ее предубеждения.
Она сдалась. И, как признается теперь, ни разу об этом не пожалела. «Он оказался моей первой настоящей любовью. И, кажется, навсегда останется последней», – говорит Юлия.
Их свадьба была студенческой – шумной, веселой, без пафоса, но с душой. А перед этим пара совершила необычный поступок, который многое говорит об их серьезности. Подав заявление в ЗАГС, они не стали сразу бежать под венец. Вместо этого они устроили себе двухмесячный испытательный срок. Купили два больших зеркала, разлиновали их на 60 клеточек – по числу дней – и стали выставлять друг другу ежедневные оценки. Оценки за заботу, за нежность, за внимание, за терпение, за ту самую бытовую любовь, которая и держит семью.
– Когда срок истек, мы взглянули на наши зеркала, – улыбается актриса. – Они сияли одними пятерками. Вот тогда мы поняли – это оно. Наш шанс, и мы его не упустим.
Вскоре у них родилась дочка. Назвали Варварой. Сейчас Варе 14, и она, по словам матери, – творческая личность: увлекается вокалом, обожает школьные театральные постановки. Но Юлия не торопится вести ее в профессию. «Пусть сначала просто наиграется, почувствует жизнь. А там видно будет. Главное – чтобы человеком выросла», – рассуждает она.
От уборщицы в театре до героини «Наша Russia»: тернистый путь к признанию
90-е для молодой семьи были временем жестоких испытаний. Работы не было, денег – кот наплакал. Они перебивались, как могли. Снимались в массовках, где в кадре мелькали на секунду. Ведение детских праздников, выступления в полупустых ночных клубах… Юлия даже преподавала актерское мастерство детям в частной школе, лишь бы хоть что-то принести в семью.
Это была жизнь на грани выживания. Но они держались вместе. Евгений, несмотря на молодость, был опорой. Он не паниковал, не жаловался на судьбу. Искал возможности, поддерживал жену, верил в нее, даже когда ей самой эта вера начинала изменять.
Перелом наступил в начале 2000-х. Юлию стали замечать. Первой ласточкой стало скетч-шоу «Наша Russia» на ТНТ. Ее героиня – взбалмошная, вечно попадающая в нелепые ситуации, но до невозможности обаятельная и жизнелюбивая Юля – пришлась зрителям по душе. Это был не оглушительный успех, но важный шаг. О ней заговорили, ее начали узнавать.
А потом пришло кино. Сначала эпизоды, затем более серьезные работы. «Звоните ДиКаприо!», «Скорая помощь», «Вы все меня бесите»… Каждая роль добавляла ей уверенности. Но настоящий взлет случился в 2013 году.
«Горько!», которое стало сладким: цена неожиданной славы и уроки собственного тела
Комедия «Горько!» стала культурным феноменом. Фильм, снятый за копейки, взорвал прокат. Юлия Сулес, сыгравшая одну из ключевых ролей, проснулась знаменитой. Ее лицо теперь знала вся страна. Казалось, вот он, триумф. Плоды многолетних трудов, слез и шестичасовых поездок в электричках.
Но у славы оказалась и обратная, неожиданная сторона. Ее фирменная, такая родная и уютная внешность, ее «фактура», как говорят в кино, вдруг стала объектом пристального внимания. Посыпались советы, зачастую грубые: «Похудей!», «Приведи себя в порядок!».
И она поддалась. Решила измениться. За полгода жестких диет и изнуряющих тренировок она сбросила почти 30 килограммов. Стала стройной, подтянутой. Смотрела на свое новое отражение в зеркале и ждала, что вот теперь-то роли хлынут рекой.
Но произошло обратное. Телефоны молчали. Режиссеры, видевшие ее в новом облике, разводили руками: «Это не вы. Мы вас не узнаем». Оказалось, что ее природная, мягкая, «домашняя» стать была ее главным актерским капиталом. В ней видели не просто актрису, а персонажа – понятного, близкого, своего.
– Это был шок, – признается Юлия. – Я изменилась, а мир вокруг меня от этого… отдалился. Я перестала быть «своей». И только когда вес начал возвращаться, стали возвращаться и предложения. Это был самый важный урок в моей жизни. Меня любят не за параметры, а за суть. И эту суть надо беречь.
Сегодня она относится к себе без фанатизма. Плавание, пешие прогулки, здоровая еда – но без насилия над организмом. А по вечерам она с удовольствием готовит для семьи, особенно удаются у нее запеканки и венгерский гуляш по фирменному рецепту мужа.
Мир в стиле прованс: как дом в Подмосковье, лаванда и гуляш стали формулой счастья
Сегодня семья Сулес живет не в шумной Москве, а в уютном частном доме в ближнем Подмосковье. Это их крепость, их тихая гавань. Дом небольшой, но в нем чувствуется душа. Интерьер выдержан в стиле прованс: светлая деревянная мебель, кружевные занавески, много книг и семейных фотографий в рамках.
Евгений – заядлый библиофил, и одна из комнат отдана под его библиотеку. Там стоят собрания сочинений Бунина, Куприна, Бродского. «Это его святая святых», – улыбается Юлия.
Но главное украшение дома – сад. Там растет малина, смородина, груши. И несколько кустов лаванды, которую Юлия очень любит. Недавно у нее появилось новое хобби – садовая керамика. Она своими руками лепит и расписывает забавные фигурки для сада: гномов, улиток, грибов. «Это моя лучшая терапия, – говорит она. – Когда пальцы в глине, все тревоги уходят». Своими работами она даже одарила коллег – Екатерину Скулкину и Наталью Медведеву.
В городе они бывают только по работе. Вся их жизнь сосредоточена здесь, в этом доме, в этом саду, в кругу самых близких.
«Пусть он боится, что я уйду»: философия доверия в семье, где муж – не «спутник звезды»
О Евгении Сулесе часто пишут как о «муже актрисы». Это злит Юлию, потому что это неправда. Евгений – самодостаточная, яркая творческая личность. Он телеведущий, сценарист, автор литературных программ и книг. Работал на «Радио Культура», создавал глубокие передачи о русской прозе, записывал интервью с мэтрами театра и литературы. Его уважают в профессиональной среде за интеллигентность, эрудицию и тонкое чувство юмора.
Он не живет в тени жены. Он идет с ней рядом, по своей параллельной, не менее интересной дороге. И при этом он – основа их семьи. На нем держится тот самый надежный тыл, который позволяет Юлии творить.
Их отношения – не сказка про принца и принцессу. Это союз двух взрослых, сильных людей, которые смотрят в одном направлении. Они умеют молчать вместе, громко смеяться над глупостями и просто быть. Без масок, без игры.
Когда Юлию в соцсетях или в прессе пытаются уколоть, мол, «не похудеет – муж уйдет», она лишь пожимает плечами. Ее ответ стал уже знаменитым: «А с чего вы взяли, что он должен уйти? Пусть лучше он боится, что это я уйду».
За этими словами – не гордыня, а глубочайшее, выстраданное доверие. То самое, которое они ковали годами, проходя через безденежье, неудачи, славу и снова возвращаясь к тишине своего сада. «Мы доверяем друг другу абсолютно, – говорит она. – Это не данность, а наша ежедневная работа. Но это та работа, которую хочется делать».
Сегодня Юлия Сулес продолжает сниматься. У нее за плечами более 100 проектов, в планах – новый комедийный сериал и театральные эксперименты. Но главные свои роли она давно определила: это любящая жена и мама. Она не гонится за грандиозными планами, предпочитая жить «по внутреннему барометру». А ее барометр неизменно показывает на семью, на дом в Подмосковье, где пахнет лавандой и домашним гуляшом, и на человека, которому она может доверять как самой себе.
– Я не идеальная, – говорит она, и в ее глазах светится покой. – Но я наконец-то настоящая. И мне с этим – очень хорошо.
А что вы думаете о такой жизненной философии? Доверяете ли вы в важных вопросах только одному, самому близкому человеку?