Дорогие мои, есть в нашем шоу-бизнесе персонажи, глядя на которых, даже не знаешь, чему больше удивляться: их невероятному таланту или их невероятной же жизни. Вот как с тем самым знакомым, который раз в год является на встречу выпускников в шикарном пиджаке, весь в лучах былой славы, а потом тихо признаётся, что живёт один в маленькой квартире и главная радость — позвонить племяннице. Сначала восхищаешься, потом задумываешься, а в итоге остаёшься с одним вопросом: «И где же, собственно, счастье?»
Знакомая история, не правда ли? Вот и Сергей Пенкин — именно такой случай. Человек с голосом в четыре октавы, который мог бы петь для королей, и в то же время — упрямый дворник, подметавший улицы Москвы. Артист, чьи концерты расписаны на годы вперёд, и при этом мужчина, чьи два брака разбились о камень его же карьеры. Ему 63, он доцент, заслуженный артист, но когда звучит его знаменитое: «Каждый вправе сам выбирать, с кем спать», в воздухе повисает лёгкая, но знакомая грусть.
Давайте разберёмся, как мальчик из простой рабочей семьи, певший в церковном хоре, превратился в короля эстрадного пафоса и почему за всем этим блеском так и не нашлось места для простого семейного уюта.
Упрямец из Тулы: как комсомол проиграл церковному хору
Сергей Пенкин родился пятым ребёнком в обычной семье, где мама, тайная дворянка, привила детям глубокую веру. И уже в школе этот стержень дал о себе знать. Когда юному Сергею пригрозили исключением из комсомола за пение в церковном хоре, он не стал оправдываться или молить о пощаде. Он спокойно бросил: «Исключайте». И его… оставили в покое. Этот детский эпизод — чистый слепок его будущего характера: принципиальный, несгибаемый, готовый заплатить цену за то, во что верит.
Но если с верой было всё ясно, то с карьерой началась настоящая битва. Его путь в Гнесинское училище можно смело заносить в книгу рекордов как образец титанического упрямства. Одиннадцать попыток. Представляете? Одиннадцать раз он приходил, пел и получал отказ. Как та самая подруга, которая из года в год ходит на одни и те же свидания вслепую и всё надеется. Только Пенкин не надеялся — он шёл напролом. И в 1986 году, уже будучи не мальчиком, а взрослым мужчиной, поступил. По слухам, не без помощи протекции, но факт остаётся фактом: на последнем прослушивании он упал в обморок от нервного истощения. Вот она, цена мечты.
Дворник в блёстках: подметать улицы, чтобы покорить «Космос»
А пока шла эта одиннадцатилетняя война за студенческий билет, жизнь требовала есть и где-то жить. И Пенкин выбрал самый прямолинейный путь: он устроился дворником. Представьте картину: утром — метла и серый асфальт, вечером — сцена ресторана гостиницы «Космос» и ослепительные костюмы, взятые напрокат из театрального гардероба. Этот контраст и стал его фирменным знаком. Он не скрывал эту двойную жизнь, а сделал из неё легенду. «Дворник в блёстках» — так его и называли. Столики на его выступления бронировали за месяцы. Москва, которая ломает тысячи, склонилась перед его упорством и талантом.
В 1991 году, ещё будучи студентом, он выпускает дебютный альбом Holiday. В 1992 — получает диплом. И понеслось: мировые сцены, дуэты с Демисом Руссосом и Бой Джорджем, слава виртуоза, который принципиально не использует фонограмму. Казалось бы, живи и радуйся. Но личная жизнь, как это часто бывает у таких максималистов, пошла по совершенно другому сценарию.
Две жены-иностранки и ревность к аплодисментам
Пенкин женился дважды, и оба раза — на иностранках. И оба брака разбились, кажется, об одну и ту же скалу: его абсолютную, тотальную принадлежность сцене.
Первой женой стала англичанка Стефания. Брак мог бы быть счастливым, если бы не одно «но»: она настаивала на переезде в Великобританию. А для Пенкина, этого патриота в самом глубоком смысле слова, уехать из России, где его наконец-то признали, было равносильно предательству самого себя. Он не поехал. Брак распался.
Вторая попытка была с журналисткой Еленой Проценко, тоже из Великобритании. Ирония судьбы: первая жена не приняла его страну, вторая — не приняла его профессию. Елена, как вспоминали позже, патологически ревновала мужа к его славе, к зрителям, к самому воздуху сцены. Ей нужен был муж, а не артист. А разделить эти две ипостаси Пенкин был не в состоянии. Скандалы, слёзы, разрыв.
Именно после этого и поползли слухи, которые преследуют его до сих пор. Мол, раз с женщинами не сложилось, значит… На что артист, уже наученный горьким опытом, дал витиеватый, но исчерпывающий ответ, ставший его визитной карточкой: «Каждый вправе сам выбирать, с кем спать». Говорил он и о том, что любит умных и красивых женщин, но признавал горькую правду: в его случае любить человека, а не артиста, оказалось непосильной задачей.
Доцент, дядя и Заслуженный артист: новая роль без грима
Что же остаётся человеку, когда традиционная семья не сложилась? Пенкин нашёл свой ответ. Во-первых, сцена. Она неизменна. Во-вторых, преподавание. Получив второе высшее образование, он стал доцентом в Институте изящных искусств МПГУ, уча студентов эстрадно-джазовому вокалу. Это идеально легло на его принципиальность: он учит честному, «живому» пению, без подлогов.
А в-третьих, он стал главой большой семьи. У него нет жены и детей, но есть сестры, племянники и племянницы. Для них он — дядя Сережа, семейный патриарх, который копит наследство (московская квартира и загородный дом) не для себя, а для них. Его жизнь наполнена их заботами.
В 2023 году ему присвоили звание Заслуженного артиста России. И характерный штрих: вместо пышного банкета для элиты он на гонорар от праздничного концерта устроил угощение для своих преданных поклонников. Этот жест — весь Пенкин. Щедрый к публике, скромный в быту.
Эпилог: одинокая планета по имени «Сцена»
Вот и получается, дорогие мои, что громкая слава и миллионная любовь зала иногда покупаются слишком высокой ценой — ценой тихого личного счастья. Народ в комментариях часто пишет: «Вот ведь талант!», «Уникальный голос!». И тут же добавляет: «Жаль, одинокий». И я их понимаю.
Шоу-бизнес — это прежде всего бизнес, но для таких артистов, как Пенкин, это ещё и религия. Нет сцены — нет жизни. И когда всё твоё существо, вся энергия отданы служению этой «церкви», для простых человеческих радостей порой не остаётся ни сил, ни места.
Возможно, я слишком строга. Может, для Сергея Михайловича его племянники, студенты и полные залы — и есть самое настоящее, выстраданное счастье. Но тогда тем более грустно осознавать, что этот человек, способный своим голосом обнять весь зал, так и не нашёл ту единственную, которая обняла бы его самого не как звезду, а просто как мужчину.
Как говаривала моя бабушка: «Любовь зрителей греет душу, но под одеялом-то согревать некому». Может, и правда, нашим звёздам иногда стоит вспомнить, что кроме оваций есть ещё и тишина, в которой так здорово слышно биение другого сердца.
Мы, зрители, прощаем артистам многое — и эпатаж, и странные костюмы, и даже некоторые вокальные эксперименты. Но только до тех пор, пока они дарят нам праздник. А вечное одиночество за кулисами — это та драма, которую не всегда хочется видеть, даже если она искренна.
Вот и выходит, что аплодисменты, которые звучат слишком громко, в итоге заглушают тихий стук каблуков в собственной пустой прихожей. Потому что, как говорится, «самый громкий успех иногда отзывается самым тихим эхом в пустом доме».
А как вы думаете, мои хорошие? Обязательно ли для счастья артиста та самая «вторая половинка»? Или сцена и публика могут стать единственной и полноценной семьёй? Что важнее для творца: личное счастье за закрытыми дверями или безраздельная любовь миллионов по ту сторону рампы?