Коронным блюдом любой хозяйки, всерьёз увлечённой кулинарией, неизменно становится что-то одно, особенное. Для Алёны такой вершиной мастерства были пироги. Её супруг Денис любил подтрунивать над ней, а заодно и объясняться в любви, повторяя: «Всё гадаю, чем же ты меня в итоге покорила. То ли этой своей утончённой талией, то ли невероятными трудами на кухне. Склоняюсь к тому, что всё-таки пирогами — этими удивительными творениями с самыми неожиданными начинками. Попробуй спроси, какой из них вкуснее: насыщенный мясной, душистый с картошкой, ароматный с грибами или хрустящий с капустой? А эти сладкие, с яблоками и вишней, от которых просто голова кружится? Или вот сюрпризы, где внутри скрывается нечто невообразимое, о чём я могу лишь строить догадки, да и то фантазии не хватает. Неизвестно мне, из каких волшебных ингредиентов ты каждое новое чудо создаёшь. Готов был бы есть их без передышки».
После подобных слов Денис обычно подхватывал Алёну и кружил по комнате, а она заливалась счастливым смехом, крепко обнимая его за шею. Они были молоды и горячо верили в совместное будущее, которое непременно сложится удачно. Сам Денис часто рассуждал вслух: «Поженились мы совсем недавно. Три года — разве это срок? За плечами у нас, по правде говоря, уже немало прожито — обоим скоро под тридцать. Но ведь это и есть самый интересный, насыщенный и пёстрый отрезок жизни. Уже не зелёные юнцы, но ещё и не умудрённые опытом старцы».
Вспомнив неожиданно пришедшее на ум слово «аксакалы», Денис тут же мысленно обратился к памяти своих предков. Он был родом с Кавказа, однако судьба распорядилась так, что жёнами его прадеда, деда и отца становились светловолосые славянки. Так в его жилах смешалось много кровей, что ярко отразилось и на внешности, и на самолюбивом, горячем нраве. Разве часто встретишь мужчину с такими выразительными, красиво изогнутыми бровями? Да и цвет глаз — пронзительно-синий, временами переходящий в тёмную лазурь — явно достался ему от женской линии рода. Этот пронзительный взгляд дополняли густые волнистые волосы, изящные скулы, чётко очерченный рот с полными губами. Завершающим штрихом, как это часто бывает у кавказских народов, стала природная грация и гибкость — подобно барсу, замершему в прыжке, полному скрытой силы и готовности к движению. Алёна так до сих пор и не призналась мужу, что влюбилась в него с первого взгляда, не оставив себе никакого шанса на сомнения. В ту самую секунду, когда их взгляды впервые встретились, её пронзила единственная мысль: «Оставь все свои мечты, наивная. Такой мужчина никогда даже не взглянет в твою сторону». Но волшебница-судьба распорядилась иначе.
Денис тоже сразу заметил хрупкую девушку, похожую на птичку-невеличку. Познакомились они при забавных обстоятельствах. Алёна Андреевна Фисюк работала в заводской лаборатории на предприятии по переработке мяса и птицы. Денис Валерьевич Игнатьев возглавлял крупный испытательный центр, занимавшийся проверкой качества пищевой продукции. Лаборатория Алёны формально не подчинялась ему напрямую, однако вердикт господина Игнатьева в ходе инспекционного контроля деятельности подобных заводских лабораторий решал очень многое. Кто знает, какие дела и тайны скрывались за стенами этих двух учреждений? А кухня там была своя, особенная.
Потребители, конечно, видели по телевизору, как разбирают на составные части какой-нибудь популярный продукт. А кому из производителей хочется, чтобы его ославили на весь белый свет, рассказав, что его вкусная продукция на деле не так уж качественна и даже может быть опасна? Никому. Следовательно, приходилось договариваться. В этой невидимой для обывателя цепочке всё было давно расставлено по своим местам. Сначала завод-изготовитель проверял свою продукцию сам, затем выборочные пробы попадали в лабораторию Дениса. Руководителем он был молодым, но его считали весьма перспективным, к тому же неглупым. Настоящий серый кардинал пищевой промышленности региона. Его отец, Валерий, занимал должность главного инженера на одном из крупных заводов, а мать, Галина Борисовна, работала в органах потребительского надзора. При её положении ей очень нужна была такая вот своя, «карманная» лаборатория. Сына на высокий пост она устроила не без труда, задействовав все связи, и в своей стратегии не ошиблась. Никто бы и не подумал, что судьбы пищевых предприятий порой решались на обычной семейной кухне. Именно Галина Борисовна давала сыну указания: кого стоит прижать, а кого можно и выпустить — даже при не самых лучших результатах анализов. «Никто серьёзно не отравится, — рассуждала она. — Большего и не требуется».
В итоге молодого и пробивного Дениса Валерьевича в региональной продуктовой отрасли побаивались. Его родственные связи не были секретом. Никто никогда не мог предугадать, чем закончится очередная проверка с отбором образцов — его личный алгоритм решений и степень строгости были непредсказуемы, так как зависели от указаний матери. При этом громкие отраслевые выставки, конкурсы на самый вкусный и качественный продукт, многочисленные дегустации и презентации проходили с неизменной помпой. Все участники так искренни и сердечно улыбались друг другу, что у местных властей не оставалось никаких сомнений: с пищевиками в области полный порядок.
Именно к этому всемогущему Денису Валерьевичу и отправили однажды Алёну с ответственным поручением — доставить «дань» к предстоящим праздникам. Небольшой продуктовый набор килограмма на четыре. Так, по мелочи, всего понемногу.
В святая святых головного испытательного центра девушка попала впервые, но пропускной пункт прошла без проблем. Видимо, к посетителям с заводов и комбинатов здесь привыкли. Она шла по длинному коридору мимо закрытых дверей, почти на цыпочках, разыскивая нужный кабинет. Вот отдел приёма образцов — нет, не туда. Радиологическая мини-лаборатория (Алёна мельком вспомнила курсы по техрегламенту) — здесь начальства тоже вряд ли найдёшь. Наконец она увидела приёмные руководителей центра, солидные двери, таблички. Секретаря на его месте почему-то не было, даже компьютер был выключен.
Не решаясь сразу войти к высокому начальству, Алёна переложила увесистый пакет из правой руки в левую, сделала несколько неуверенных шагов к заветной двери. И в этот самый момент дверь распахнулась. Объёмистый пакет выскользнул из её рук и торжественно полетел прямо к ногам появившегося Дениса Валерьевича. Не выдержав нагрузки, пакет с подозрительным шорохом лопнул по пути. Ошеломлённый Денис и испуганная до смерти Алёна замерли, а затем на свет божий выкатился огромный охлаждённый цыплёнок-бройлер весом килограмма на четыре. Упитанный и чистенький, он совершил замысловатый кульбит и грохнулся на дорогие лакированные ботинки Игнатьева. Следом, как в замедленной съёмке, к нему присоединился увесистый кусок свиной вырезки, а затем пластиковый контейнер с уже нарезанными на стейки толстыми ломтями говядины.
На этом эффектное появление Алёны в кабинете завершилось. Несколько секунд в комнате стояла полная тишина, которую девушка, не выдержав, нарушила сдавленным смешком, подумав про себя: «Двум смертям не бывать, а одной не миновать». Глубоко вдохнув, она взяла под козырёк и отрапортовала: «Денис Валерьевич! Коллектив мясоперерабатывающего завода от всей души поздравляет вас с наступающими праздниками!»
Денис не остался в долгу. Он восторженно захлопал в ладоши и воскликнул: «Браво! Нет, даже бис! Меня ещё никто и никогда так оригинально не поздравлял, дорогая барышня. Это было поистине феерично!»
Через пару минут они вместе, уже смеясь, упаковывали разбежавшиеся подношения в новый плотный пакет, найденный в столе секретарши. Сконфуженная Алёна собралась было ретироваться, но не тут-то было. Денис Валерьевич театрально приложил руку к несуществующей шляпе, щёлкнул каблуками и предложил: «Я как раз собирался отлучиться, чтобы выпить чашечку кофе в кондитерской неподалёку. Не составите мне компанию, леди?»
От такого неожиданного поворота Алёна опешила. О внимании со стороны такого человека она и мечтать не смела. Но замешательство длилось недолго. По характеру она не была ни мямлей, ни робкой барышней. Поэтому, мужественно взвалив на стол секретаря не поместившегося в пакет бройлера, чтобы собраться с мыслями, она заявила: «Я после всех этих мясных кульбитов так перепугалась, что одного кофе мне будет недостаточно. Пусть к нему прилагается пирожное или хотя бы сладкая булочка».
— Идёт! — подмигнул ей Денис. И они, словно старые знакомые, весело покинули кабинет.
Сколько раз потом они вспоминали эту историю своего знакомства, сколько раз с улыбкой разыгрывали её снова! У Дениса при первой встрече сложилось впечатление о неопытной, милой девушке, впервые заглянувшей в логово большого начальства. Он ошибался. На тот момент Алёне было не так уж мало лет, да и жизнь уже успела изрядно её потрепать, как выражалась иногда его мать, «словно тузика грелку».
Девушку воспитал дед, единственный человек, который оставался рядом. Собственных родителей она не помнила. Те уехали на север, на вахту, вскоре после её рождения и сгинули там, среди снегов, на какой-то ударной стройке. В те годы из их деревушки на заработки уезжала вся молодёжь, но почти никто не возвращался. Селение постепенно пустело и старело. Три десятка дворов, да и магазин — всего лишь автолавка, приезжавшая дважды в неделю с самым необходимым. За всем остальным приходилось отправляться в районный центр. Вот так дед Алёны, вдовец, давно похоронивший жену и собственными руками поднявший сына, взялся за дело, не слишком свойственное деревенскому мужчине, — стал печь хлеб и пироги на всю деревню. Ремеслу он учился у старушки-соседки, когда-то работавшей поваром в сельской столовой, а по образованию бывшей пекарем. Большой пекарни поблизости не было, и её навыки оказались как нельзя кстати. Переняв секреты соседки, дед долгие годы, пока позволяло здоровье, радовал односельчан свежей выпечкой. Брал за работу немного, и пироги его расходились быстро. Так с самых малых лет Алёна оказалась на короткой ноге с тестом, научившись готовить хлеб и другие мучные изделия буквально на коленке. Эти знания очень пригодились ей позже, в городе, после того как дедушки не стало.
О том, как она оказалась в заводской лаборатории, Алёна рассказала Денису почти сразу. Здесь они могли говорить на одном языке, ведь были, в каком-то смысле, коллегами. У девушки обнаружился ещё один своеобразный талант, если отвлечься от строгой науки. Мало кто из непосвящённых представляет себе всю сложность пробоподготовки образцов для испытаний. Взять, к примеру, ту же тушёнку. Разве специалисты проверяют содержание соли или жира во всей банке? Конечно, нет. От партии отбирают несколько банок, как предписывает стандарт, потом их содержимое объединяют, тщательно измельчают, перемешивают и только затем берут на анализ крошечную пробу в несколько граммов. Всё остальное считается отходами. Вот эти самые «отходы» — вполне качественные, но уже не нужные для протокола контрольные образцы уже проверенной и сертифицированной продукции, подлежащей утилизации, — Алёна аккуратно собирала в контейнеры. Она умела обрабатывать пробы так искусно, что остатки выглядели аппетитно. И потом ломала голову, какую бы новую начинку для пирогов из этого «неликвида» изобрести. Своими кулинарными экспериментами она угощала всех вокруг и за время работы в лаборатории придумала невероятное количество рецептов. Правда, пироги её чаще всего были с мясом или птицей. Да и Денису она никогда не признавалась, кем была начинка в его прошлой жизни. Порой мужчине лучше не знать всех подробностей происхождения вкусностей на его столе. А он уплетал её творения всегда с огромным энтузиазмом и искренним восхищением.
После первого совместного похода в кондитерскую молодые люди договорились встречаться снова. Алёна уже была без памяти влюблена. Денис же ощущал неподдельный интерес и какую-то душевную свежесть — после разговоров с ней у него всегда оставалось чувство, будто он напился чистой родниковой воды, освежившей самые потаённые мысли.
Галина Борисовна, к удивлению многих, отнеслась к потенциальной невестке подчеркнуто доброжелательно. Как будущая свекровь, она не чинила препятствий, не лезла с непрошеными советами и не разбрасывалась критикой. Сына она хотела видеть покладистым и мягким в делах, а познакомившись с Алёной, опытная и проницательная женщина не почувствовала со стороны девушки никакой угрозы своим планам. «Пусть будет эта, — размышляла она. — Нужна она ему — и хорошо. Только надо будет уговорить обоих, чтобы с детьми пока не торопились». У матёрой интриганки были на сына далеко идущие карьерные расчёты, и сейчас было не время вносить в семейные дела разлад. Пусть всё идёт тихо, помаленьку: свадьба, совместная жизнь. Пусть радуются друг другу. Симпатичная квартира, путёвки на курорты, красивые обновки, посещение различных светских мероприятий — мудрая свекровь ни на что не скупилась, да и сам Денис зарабатывал вполне прилично. А Галина Борисовна тем временем закидывала удочку всё дальше, ожидая крупного улова в карьере сына. «Всё это Дениске только на пользу, — рассуждала она про себя. — Довольный жизнью, умиротворённый мужчина — таким он мне и нужен. Моё время выйти на сцену наступит позже».
Именно так и складывалась жизнь молодой четы Игнатьевых, когда однажды Денис позвонил Алёне и взволнованно сообщил: «Алёна, у меня такие новости, просто зашибись! Но заранее ничего рассказывать не буду — хочу видеть твои глаза, когда ты всё узнаешь. И знаешь, мне вдруг дико захотелось твоего пирога. Совершенно неважно, с какой начинкой, но именно твоего. Побалуешь меня сегодня вечером?»
Скучавшая на вынужденном отгуле Алёна буквально подпрыгнула от восторга. На заводе как раз проходила плановая санитарная обработка технологических линий, и присутствие лаборантов было необязательно. Весь персонал отправили в недельные отпуска за свой счёт, и Алёна уже изнывала дома от безделья — она совершенно не привыкла бить баклуши. Конечно же, она испечёт любимому мужу огромный, самый лучший пирог. Осталось только решить, чем же его на этот раз удивить.
Продолжение: