Найти в Дзене
Ни Хвоста Ни Чешуи

Зачем рыболовы отпускают пойманную рыбу? Простой ответ без философии

Тишину обрывает не всплеск. Её разрывает на куски возмущенный голос за спиной: «Да как ты можешь! Совсем что ли?» Вы оборачиваетесь и видите человека, лицо которого искривила неподдельная обида. Его гнев направлен на вас — потому что вы только что отпустили в воду свою же, только что пойманную рыбу. Этот странный, накаленный конфликт на пустынном берегу — одно из самых загадочных явлений в рыболовном мире. Почему ваш личный, никого не касающийся выбор кого-то всерьез оскорбляет? Для меня ответ прост, но он лежит не в плоскости принципов, а в плоскости обыкновенных бытовых привычек. Я приезжаю на водоём не за продуктами. Я приезжаю за самим процессом: за скрипом удилища, за дрожью кончика кивка, за секундным адреналиновым звоном в крови при поклёвке. Рыба в этой формуле — прекрасное, но не обязательное дополнение. Страсть к её вкусу в моём случае с точностью уравновешивается стойкой ненавистью к чистке. Поэтому внутренний диалог перед садком всегда один: «Готов ли я сегодня вечером, в

Тишину обрывает не всплеск. Её разрывает на куски возмущенный голос за спиной: «Да как ты можешь! Совсем что ли?» Вы оборачиваетесь и видите человека, лицо которого искривила неподдельная обида. Его гнев направлен на вас — потому что вы только что отпустили в воду свою же, только что пойманную рыбу.

Этот странный, накаленный конфликт на пустынном берегу — одно из самых загадочных явлений в рыболовном мире. Почему ваш личный, никого не касающийся выбор кого-то всерьез оскорбляет?

Для меня ответ прост, но он лежит не в плоскости принципов, а в плоскости обыкновенных бытовых привычек. Я приезжаю на водоём не за продуктами. Я приезжаю за самим процессом: за скрипом удилища, за дрожью кончика кивка, за секундным адреналиновым звоном в крови при поклёвке. Рыба в этой формуле — прекрасное, но не обязательное дополнение.

Страсть к её вкусу в моём случае с точностью уравновешивается стойкой ненавистью к чистке. Поэтому внутренний диалог перед садком всегда один: «Готов ли я сегодня вечером, возиться с этой рыбой?»

Если ответ «нет», рыба получает свободу. Если «да» — я забираю ровно столько, сколько съем, без запасов впрок. Морозилка — для магазинных полуфабрикатов.

Это не этическая позиция. Это — моя личная лень, сформировавшая правило. Я не требую от других её разделять и не читаю лекций. Но именно это частное, даже немного эгоистичное решение почему-то становится красной тряпкой для некоторых людей на водоёме.

-2

Их ярость кажется иррациональной, пока не попробуешь понять её истоки. Вероятно, всё дело в глубинной подмене понятий. Для многих рыбалка исторически была и остается не увлечением, а способом добычи. Рыба — это ценный ресурс, почти священная добыча, символ успеха и пользы. Увидеть, как эту добычу «выбрасывают», — значит стать свидетелем кощунства. В их картине мира вы не просто отпустили окуня/мелкого сазана/карася. Вы публично обесценили саму суть процесса, над которым они, возможно, поколениями трудились в ином ключе.

-3

Это столкновение двух вселенных, которые говорят на разных языках. Одна измеряется килограммами и сантиметрами, другая — часами покоя и количеством поклёвок. Они оба правы по-своему. Трагедия в том, что одна вселенная часто считает себя вправе судить другую.

Поэтому в следующий раз, почувствовав на себе осуждающий взгляд или услышав едкий комментарий, просто вспомните: вы вмешались не в его ловлю, а в его картину мира. А он, в свою очередь, безуспешно пытается влезть в вашу. Самый мудрый и сложный вывод здесь — не пытаться переубедить, а просто позволить другому человеку рыбачить так, как он хочет.

Ваша рыба — ваши правила. Его обида — его проблема. Вода же всё смоет.