В 1925 году, 29 сентября, в Краснодаре родился Алексей Аршакович Кастаньян. Отец - армянин, мать же происходила из рода кубанских казаков.
Отучился 5 классов, потом отчислили. Дело было в 1938 году - период массовых политических репрессий. Глава семейства разделил судьбу многих тысяч граждан того времени: его арестовали без предъявления конкретных обвинений. К слову, отец Алексея обладал незаурядными способностями и владел тремя языками: родным русским, турецким и английским.
После исключения из учебного заведения молодой человек был вынужден пойти на работу. Он был курьером, развозившем деловые бумаги по различным учреждениям. Позднее - извозчиком. В ту пору ему едва исполнилось тринадцать или четырнадцать лет. Среди прочих занятий была и работа грузчика – таскал тяжеленные мешки.
Июнь, воскресенье, безмятежные лица горожан… Внезапно из уличного громкоговорителя раздалось экстренное сообщение. Диктор объявил о начале войны. В тот момент юноша ощутил, как резко оборвалась его беззаботная молодость. Его старший брат немедленно отправился на передовую и впоследствии пал в боях на «Голубой линии». Лейтенанта брату присвоили посмертно.
Юноша пришёл в военкомат, хотя ему ещё не исполнилось шестнадцати лет, когда началась война. Там ему объяснили, что призовут позже, когда придёт срок, поскольку он слишком «зелен». Однако, когда он уже собирался уйти, его окликнули с предложением помочь в разноске повесток.
После призыва его зачислили в 694-ый стрелковый полк первой роты, входивший в состав 383-й дивизии. Это подразделение отходило с территории Донбасса на Украине.
Бойцы проходили интенсивную подготовку. Обучение длилось приблизительно двадцать-двадцать пять суток и включала освоение различных видов вооружения: от винтовок до автоматического оружия, а также средств индивидуальной защиты. Бойцов обучали основам фортификации и другим военным навыкам.
Качество обучения было на высоком уровне, однако продовольственное снабжение оставляло желать лучшего. Во время отхода войск по распоряжению Верховного Главнокомандующего уничтожались все продовольственные запасы, чтобы не допустить их захвата противником. В распоряжении бойцов оставались лишь сухие концентраты, которые требовали термической обработки. Приготовление пищи представляло серьезную проблему - любой дым от костра мгновенно привлекал внимание вражеской авиации, в частности истребителей «Мессершмитт». Каждое утро военнослужащим выдавалась порция водки объемом пятьдесят граммов.
Алексей Аршакович вспоминал, что употреблял алкоголь наравне с другими бойцами. Однако сослуживцы из Узбекистана от спиртного отказывались. Их товарищи делились с ними хлебными пайками, а положенную узбекам долю спирта распределяли между собой.
Первое боевое крещение произошло приблизительно осенью 1942 года. В те дни велись ожесточенные сражения, унесшие жизни многих однополчан. В районе хутора Пелико, расположенного неподалеку от Туапсе, Алексей Аршакович получил первое ранение.
Особенно врезался в память один эпизод. Где-то вблизи того же хутора Пелико находилась немецкая тыловая база со складами снабжения. После успешного захвата этого объекта бойцы обнаружили там трофеи: форму и продовольствие. Солдаты с энтузиазмом вскрывали найденные запасы и справедливо распределяли между собой. Впрочем, командование вскоре положило конец этой практике.
Боевые действия в том районе разворачивались с переменным. Сражения отличались особой жестокостью и кровопролитием. Одним ранним утром группа отправилась на разведывательное задание. Местность изобиловала лесными массивами и горными склонами. Внезапно разведчики обнаружили в кустах мерцающие огоньки, словно кто-то курил. Командир подразделения предположил, что мерцание от светлячков. Однако Алексей Аршакович возразил, он неоднократно наблюдал этих насекомых прежде, и свечение выглядело совершенно иначе. Командир принял решение проверить лично, и разведчики втроем окружили подозрительный куст с различных направлений.
Гуськом разведчики приблизились к кусту. Они были вооружены автоматами и гранатами! «Уже подходим к кусту, а там 7 немцев курят! Винтовки их валялись метрах в 10, мы мешкать не стали… Схватили их, забрали оружие – и в штаб!»
Осознав безвыходность положения, немецкие военнослужащие прекратили всякое сопротивление и подняли руки. В результате пленных без происшествий конвоировали в расположение штаба. По прибытии командующий 383-й стрелковой дивизии Провалов схватил Алексея Аршаковича и расцеловал его в щёку.
Часто встречались румынские войска, которые отличались крайней трусостью. Германское командование постоянно вынуждено было их подталкивать к наступлению, поскольку румыны при малейшей опасности либо отходили назад, либо капитулировали.
Алексей Аршакович вспоминал ещё один эпизод, как враги приближались совсем близко к их позициям. В те времена на всех бойцов не хватало стрелкового оружия. Когда ему наконец выдали автомат ППШ с дисковым магазином, он испытал настоящую радость. Этот автомат стал для него настоящим спасением в боях. Однажды им удалось взять в плен двух вражеских солдат. Когда они направились к реке, обнаружили, что немцы угоняли скот из деревень - примерно тридцать коз. Пленных расстреляли на месте, а захваченный скот погнали в свою сторону.
Он вспоминал, что в те времена люди постоянно голодали. Однажды ему досталась часть козьей туши - бедро. Эту ногу он поместил в котелок, который затем убрал в свой вещмешок. Во время боя рядом с ним разорвалась мина. Металлический осколок пронзил котелок, находившийся в мешке, но дальше его остановила та самая толстая кость из козьей ноги. Позвоночник получил серьёзный ушиб, но именно эта случайно оказавшаяся в мешке кость защитила его от смертельного ранения, не позволив осколку повредить позвоночный столб.