Летом 1950-го, в душной столовке Лос-Аламоса, где, наверное, пахло пережаренным маслом и хлоркой, Энрико Ферми отложил вилку. Они жевали какой-то казенный ланч, стучали приборами по дешевому фаянсу. Разговор шел о летающих тарелках — газеты тогда сходили по ним с ума. Ферми, вытирая рот бумажной салфеткой, набросал на ней пару цифр — время, нужное, чтобы заселить Млечный Путь. Салфетка, должно быть, пропиталась жирным пятном. Он уставился в неё, рыгнул, может быть, в кулак, и спросил: «Где все, черт возьми?»?»
Вопрос казался простым. Если Вселенной почти четырнадцать миллиардов лет, если в одной только нашей галактике сотни миллиардов звезд, если даже крошечный процент из них имеет планеты с условиями для жизни — космос должен кишеть цивилизациями. Некоторые из них должны были возникнуть на миллионы, на миллиарды лет раньше нас. За это время они могли бы колонизировать всю галактику. Мы должны были бы видеть их повсюду. Но мы не видим ничего. У меня за окном только серая панелька напротив и мутный фонарь, который мигает уже вторую неделю. Космос — это та же панелька, только без жильцов.. Ни сигналов, ни следов, ни артефактов. Только тишина.
Артур Кларк однажды заметил, что существует две возможности: либо мы одни во Вселенной, либо нет, и обе одинаково пугают. Но есть третий вариант, о котором Кларк не сказал. Возможно, мы не одни. Возможно, космос полон жизни. Возможно, все молчат, потому что те, кто заговорил, уже уничтожены.
В 2008 году китайский писатель Лю Цысинь опубликовал роман, который превратил эту догадку в систему. Книга называлась «Темный лес». Метафора, которую он предложил,, оказалась настолько пронзительной, что вышла за пределы литературы и стала частью серьезных дискуссий о судьбе человечества.
Вселенная — это не лес из сказки. Это лесопарк в спальном районе, где разбили все фонари еще в девяностых. Каждая цивилизация — это мужик с заточкой в кармане, который идет домой после смены. У него болят ноги, он хочет жрать и боится каждого шороха. Если хрустнет ветка — он не будет спрашивать «кто там?». Он сначала ударит в темноту, а потом будет разбираться. Ад — это другие, особенно когда у других есть ресурсы, а у тебя — только паранойя и желание дожить до утра.. Вечная угроза, которая может исходить от любой живой формы, которая раскрывает свое существование.
Логика, стоящая за этим кошмаром, строится на двух простых аксиомах. Первая: выживание — главная потребность любой цивилизации. Вторая: цивилизации растут и расширяются, но материя во Вселенной конечна. Из этих двух посылок вырастает все остальное.
Представь: три часа ночи, звонок в дверь. Ты никого не ждешь. В глазок не видно ни черта, лампочку на площадке выкрутили. Кто там? Полиция? Сосед-алкаш, которому не хватает сотни на похмел? Или те отморозки, что на прошлой неделе вынесли хату на третьем этаже? Ты стоишь в трусах, сжимая в потной ладони молоток, и сердце колотится где-то в горле. Ты не откроешь. Ты даже дышать перестанешь, пока шаги не стихнут. Вот это и есть цепочка подозрения. Только вместо двери — световые годы, а вместо молотка — ядерный арсенал..
Но есть кое-что хуже. Технологический взрыв — возможность того, что цивилизация, которая сегодня примитивна, завтра может стать смертельной угрозой. Мой дед пахал на лошади, а я сейчас могу заказать пиццу и посмотреть порно с МКС, не вставая с дивана, который скрипит от каждого движения. Сто лет — это ничто. Дай той планете, которую ты сегодня пожалел, еще тысячу лет — и они прилетят сюда на кораблях, работающих на черной материи, чтобы забрать твою воду и пустить тебя на биотопливо..
В земной ядерной стратегии существует концепция взаимного гарантированного уничтожения. Она работает, потому что обе стороны знают, что ответный удар неизбежен. Но в космосе нет такой гарантии. Если вы можете нанести удар, который уничтожит противника прежде, чем он узнает о вашем существовании, логика меняется. Первый удар становится не безумием, а рациональным выбором.
Чарльз Пеллегрино, соавтор романа «Убивающая звезда», сформулировал это с пугающей простотой: когда вы смотрите в небо, вы смотрите в дуло пистолета.
Лю Цысинь не был первым, кто думал в этом направлении. В 1983 году астроном Дэвид Брин опубликовал статью о «Великом молчании», где, среди прочего, рассмотрел сценарий смертоносных зондов — автоматических систем, которые сканируют космос и уничтожают любой источник радиоизлучения. Достаточно всего одной расы, решившей уничтожать всех, кто шумит, чтобы объяснить молчание Вселенной.
В 95-м, когда у нас стреляли на улицах и жрать было нечего, Пеллегрино и Зебровски писали свою «Убивающую звезду». Формула у них вышла простая, как удар кирпичом: ломать — не строить. Разогнать болванку из вольфрама до скорости света дешевле, чем строить щиты. Это как в драке: первый, кто даст в челюсть, обычно выигрывает. Защиты нет. Есть только скорость реакции..
Если теория верна, что делает цивилизацию заметной? Мы орем в эфир уже сто лет. «Гитлер», «Битлз», «Дом-2», реклама прокладок — весь этот мусор летит во все стороны. Мы воняем на всю галактику. Наша атмосфера — это выхлоп старого дизеля. Если у кого-то есть телескоп получше китайского бинокля, они видят наш метан, наш смог и наш кислород. Мы как пьяный подросток, который идет по ночному гетто и орет песни под гитару..
Время между обнаружением и уничтожением может составлять тысячи лет — мгновение по меркам планет, но достаточно, чтобы целые культуры родились и умерли, не подозревая о приближающейся смерти.
Холодная бухгалтерия космоса выглядит примерно так. Контакт несет высокий риск: ресурсы на коммуникацию, угроза вторжения, культурный шок, непредсказуемые последствия. Уничтожение стоит дешево: кинетический снаряд, запущенный один раз, не требует переговоров, не создает обязательств, не оставляет свидетелей. Математическое ожидание выгоды от уничтожения выше.
Стивен Хокинг в 2010 году сказал в эфире Discovery Channel: результат контакта может быть похож на то, что случилось после прибытия Колумба в Америку, и это не слишком хорошо закончилось для коренных американцев. Он был одним из самых известных критиков программ METI — активной отправки сигналов в космос.
В начале нулевых, пока народ отходил от дефолта, астроном Зайцев из Евпатории решил, что ему скучно. Он начал пулять сигналы к звездам. Просто брал и отправлял, без всяких ООН и согласований. Брин и остальные там, на Западе, чуть не подавились своим кофе от ярости. Кто дал право этому мужику в свитере подставлять под удар семь миллиардов идиотов? Но Зайцеву было плевать, он, наверное, считал, что хуже уже не будет.?
Теория не безупречна. Любая развитая цивилизация производит тепло, которое нельзя полностью скрыть. Инфракрасное излучение выдает даже тех, кто молчит в радиодиапазоне. Сет Шостак из института SETI задает резонный вопрос: если цивилизация способна уничтожать звезды, зачем ей бояться нас? Ресурсы Вселенной огромны, война экономически сомнительнее освоения необитаемых систем.
Митио Каку предполагает, что цивилизации третьего типа могут существовать в форме чистой информации, и наши страхи для них так же нелепы, как муравьиные войны для нас. Но даже он не рекомендует активно кричать в пустоту.
Сам Лю Цысинь признает, что «Темный лес» — литературный прием. Но добавляет: возможность ненулевая, и этого достаточно, чтобы быть осторожными.
Самый жесткий вариант теории предполагает существование чистильщиков — цивилизаций или автоматических систем, которые методично сканируют космос и уничтожают все, что шумит. Их оружие может быть чем угодно: от частиц, разогнанных до околосветовой скорости, до вещей, которые мы пока не можем вообразить.
Что делать нам? SETI — слушать — кажется безопасным. Мы не выдаем себя, мы только наблюдаем. METI — кричать — совсем другая ставка. Даже если вероятность того, что теория верна, составляет один процент, цена ошибки — существование вида.
Я не знаю, прав ли китаец. Сейчас вообще хрен поймешь, кто прав. Но когда я выхожу курить на балкон и смотрю на звезды, у меня немеют пальцы. И не от холода. Тишина там, наверху, — это не спокойствие. Это тишина в засаде.
Космос молчит. Я тушу бычок о перила, закрываю балконную дверь и поворачиваю оба замка. Нам бы тоже заткнуться..
Рекомендую ПОДПИСАТЬСЯ на канал, поставить лайк этой публикации, а так же прочитать другие не менее увлекательные статьи:
Перевал Дятлова: почему они резали палатку ножом, а не открыли молнию. Версия без мистики
Год без лета: как климатический апокалипсис 1816 года изменил нашу культуру
Вши, растяжки и политический капитал: Как Хюррем Султан превратила женское тело в инструмент власти