Работаю бухгалтером в небольшой компании уже восемь лет. Машину купила три года назад — ничего особенного, обычная Киа Рио, но своя. Езжу на работу каждый день, живу в спальном районе, до офиса минут двадцать без пробок.
Полгода назад к нам в отдел перевели новую сотрудницу Олю. Женщина лет сорока пяти, приятная в общении, разговорчивая. В первый же день она узнала, что я на машине езжу, и как бы между делом спросила: "А ты из какого района?" Я ответила, что с Юго-Западной. Оля обрадовалась: "Ой, как здорово! Я тоже недалеко живу, на Проспекте Вернадского. Слушай, а ты не могла бы меня один разок подвезти? А то у меня завтра с утра сантехник придёт, мне к восьми надо дома быть, а потом быстро на работу. На метро не успею".
Ну что тут такого? Человеку помочь — нормально же. Тем более коллега новая, хочется произвести хорошее впечатление. Я согласилась. Утром заехала к её дому — стоит, ждёт. Села, поблагодарила раз пять, рассказывала всю дорогу про своего кота и сантехника. Довезла я её, думала — на этом всё.
На следующий день Оля подошла ко мне с улыбкой: "Слушай, а ты сегодня не могла бы снова меня подвезти? У меня ребёнок заболел, его к врачу надо с утра отвести, времени совсем нет. Один раз ещё, ладно?" Ну ладно, думаю, бывает. Снова подвезла.
Потом она начала проситься регулярно. Сначала пару раз в неделю, потом три, потом каждый день. И каждый раз с какой-то причиной: то ребёнок, то муж машину забрал, то на метро давка невыносимая, то погода плохая. Я поначалу не возражала — вроде бы действительно по пути, ну подвожу и подвожу.
Только вот "по пути" оказалось не совсем так. Оля живёт не на моём маршруте. Чтобы к ней заехать, мне нужно делать крюк минут на тридцать пять в одну сторону. Утром это особенно чувствуется — пробки, светофоры, объезды. Вместо двадцати минут до работы я стала тратить час двадцать.
И ещё она меня ждать заставляла. Договаривались, например, к семи утра. Я приезжаю — её нет. Звоню — она говорит: "Ой, сейчас выхожу, буквально пять минут!" Эти пять минут превращаются в пятнадцать, а то и в двадцать. Я стою под её домом, мотор работает, бензин жрёт, а она там красится небось или кофе допивает.
Один раз я простояла двадцать пять минут. Когда она наконец вышла, даже не извинилась толком. Сказала только: "Прости, никак не могла найти перчатки, везде искала". Перчатки! В мае!
Бензин она, конечно, ни разу не предложила оплатить. Вообще ни разу. Я сначала думала, может, сама догадается. Потом ждала, что хоть символически предложит — скинуться рублей триста-пятьсот в неделю. Но нет. Молчит как рыба. Садится, здоровается, болтает всю дорогу о своих делах, выходит, говорит "спасибо" и всё.
Я посчитала как-то. Крюк к её дому и обратно — это лишних семьдесят километров в день. Умножаем на двадцать рабочих дней — тысяча четыреста километров в месяц. У меня машина расходует литров восемь на сотню по городу. Получается сто двенадцать литров бензина в месяц только на неё. По нынешним ценам — рублей шесть тысяч чистыми. За полгода я на неё потратила тридцать шесть тысяч рублей. Это почти половина моей зарплаты за месяц!
Но это ещё не всё. Оля начала просить заезжать по дороге в разные места. То ей в аптеку надо, то в магазин, то на почту. Каждый раз говорит: "Буквально на минутку, я быстро!" И каждый раз эта минутка растягивается минимум на двадцать минут.
Помню, один раз она попросила завернуть в гипермаркет. Говорит, нужно срочно продукты купить, вечером некогда будет. Я завернула. Она ушла — и пропала на сорок минут! Сорок! Я сидела на парковке, злилась, но что делать — не бросать же её там.
Когда она вернулась, у неё были четыре огромных пакета. Она начала их в багажник складывать, я говорю: "Оль, может, ты хоть за бензин скинешься? Мы вот уже полчаса тут стоим". Она на меня посмотрела удивлённо: "Ой, да ладно тебе, ты же всё равно на работу едешь! Не обеднеешь". И засмеялась.
Я тогда промолчала. Но осадок остался.
Ещё меня бесило, что она при всех рассказывала, какая я хорошая, что подвожу её. Но при этом делала вид, будто это само собой разумеющееся. Один раз в курилке девчонки обсуждали цены на бензин, жаловались. Оля говорит: "А я вообще не паримся, меня Лена возит". Вот так — не "Лена помогает", не "Лена выручает", а "Лена возит", как будто я её личный водитель.
Терпение моё лопнуло месяц назад. Оля как обычно попросилась с утра. Я приехала к её дому в семь ноль-ноль, как договаривались. Стою, жду. Семь десять — её нет. Семь пятнадцать — её нет. Звоню — не берёт. Пишу в мессенджер — молчит. В семь двадцать пять она наконец выходит, в телефоне роется, даже не поздоровалась.
Села в машину, я говорю: "Оля, мы договаривались на семь. Я двадцать пять минут стояла". Она отмахнулась: "Да ладно, чего ты нервничаешь? Всего ничего опоздала. Давай поехали быстрее, а то я опоздаю на планёрку".
Я поехала. Молча. Уже закипала внутри, но сдерживалась. А она как ни в чём не бывало: "Слушай, а давай заедем в Ашан? Мне акция там на кофе, хочу взять. Или ты торопишься?" Я сквозь зубы говорю: "Да, тороплюсь". Она обиделась: "Ну ладно, ладно, не надо так".
На следующий день повторилась та же история. Договорились к семи, она вышла в семь двадцать. Я уже ничего не говорила, просто завелась и поехала. По дороге она начала: "Слушай, а давай сегодня через Икею поедем? Мне там надо шторы посмотреть, я быстро". Я ответила: "Нет, не поедем. Я на работу еду, а не по магазинам кататься".
Она надулась: "Подумаешь, десять минут лишних. Жадная какая-то стала". Вот тут я не выдержала.
Остановила машину. Прямо посреди дороги, включила аварийку, развернулась к ней: "Оля, ты вообще понимаешь, что творишь? Я тебя полгода вожу бесплатно. Каждый день делаю крюк больше часа. Трачу на тебя по шесть тысяч рублей в месяц на бензин. Ты ни разу — слышишь, НИ РАЗУ — не предложила скинуться хоть на копейку. Каждый день заставляешь меня ждать по двадцать минут. Просишь заезжать по твоим делам. А теперь ещё называешь меня жадной?!"
Она растерялась: "Ну я же не знала, что тебе это в тягость... Ты никогда не говорила..." Я перебила: "А ты никогда не спрашивала! Тебе в голову не пришло, что возить человека каждый день — это не бесплатно? Что моё время и мои деньги тоже чего-то стоят?"
Оля начала оправдываться: "Ну извини, конечно... Я думала, тебе не сложно... Хочешь, я скинусь сейчас? Сколько надо?" Я говорю: "Поздно уже. За полгода ты должна была об этом подумать". Она: "Ну так давай я скинусь за всё время? Сколько? Пять тысяч хватит?"
Пять тысяч! За полгода ежедневных подвозок! Я только головой покачала. Доехала до ближайшей автобусной остановки, остановилась: "Выходи". Оля испугалась: "Ты что, серьёзно?!" Я кивнула: "Абсолютно. Дальше сама. Вот остановка, автобус через пять минут будет".
Она начала было возмущаться: "Да ты что, с ума сошла?! Как я на работу попаду?! Ты не можешь меня просто так бросить!" Я спокойно ответила: "Могу. Точно так же, как ты не могла шесть месяцев предложить скинуться на бензин. Выходи, пожалуйста. Не заставляй меня повторять".
Она вышла, хлопнула дверью так, что зеркало дрогнуло. Я уехала. Чувствовала себя одновременно виноватой и облегчённой. С одной стороны — вроде бы жёстко поступила. С другой — сколько можно терпеть наглость?
На работе она пришла через час, лицо кислое. Зашла в отдел, демонстративно со мной не поздоровалась. Зато всем остальным рассказала, какая я жадная и бессердечная. Говорит: "Представляете, высадила меня посреди дороги! Из-за каких-то копеек на бензин! Я же не миллион у неё просила, всего лишь подвезти!"
Девчонки разделились. Одни на моей стороне: "Правильно сделала, нечего на шее сидеть". Другие осуждают: "Ну можно было по-человечески поговорить, а не выбрасывать её на остановке". Начальница вызвала меня и сказала, что не хочет конфликтов в коллективе, и что я, может, слишком резко поступила.
Олины подруги в курилке шушукаются за моей спиной. Одна из них вчера прямо сказала: "Из-за каких-то пяти тысяч рублей человека бросить — это низко". Я ей объяснила, что там не пять тысяч, а минимум тридцать шесть только на бензин, плюс моё время, плюс нервы. Она только плечами пожала: "Всё равно некрасиво получилось".
Муж мой говорит, что я правильно поступила. Сестра считает, что можно было мягче — мол, предупредить заранее, что больше не буду возить, дать ей время найти другой вариант. Мама вообще удивилась: "Ты что, полгода молчала? Надо было сразу озвучить условия — либо скидывается, либо ищет другой транспорт".
А Оля продолжает обижаться. На днях была корпоративная планёрка, она демонстративно села в другом конце стола, на меня даже не смотрела. После планёрки я подошла к ней, хотела спокойно поговорить, объяснить свою позицию. Она отвернулась: "Мне с жадными людьми разговаривать не о чем".
Теперь вот думаю: может, и правда перегнула? С одной стороны, она действительно наглела с каждым днём всё больше. Ни разу не предложила скинуться, воспринимала мою помощь как должное, заставляла ждать, просила заезжать по её делам. За полгода я потратила на неё больше тридцати тысяч рублей и кучу времени.
С другой стороны, может, стоило не высаживать её на остановке, а просто спокойно сказать: "Оля, извини, но дальше возить тебя не смогу. Это слишком накладно для меня"? Дать ей неделю на то, чтобы найти другой способ добираться на работу?
Коллеги теперь косо смотрят. Некоторые открыто поддерживают Олю, говорят, что из-за денег дружбу терять глупо. Другие шепчут мне: "Ты молодец, что поставила её на место, а то совсем распоясалась". А я сама теперь не знаю — правильно ли поступила?
Вот и хочу спросить: что вы думаете об этой ситуации? Права ли я была, что высадила Олю на остановке после шести месяцев бесплатных подвозок? Или надо было по-другому решить этот конфликт? Стоило ли мне продолжать терпеть или я правильно сделала, что поставила точку именно так?
Девочки, у кого был похожий опыт — как вы выходили из таких ситуаций? Жду ваших мнений в комментариях!